Первое правило волшебника
Она замолчала, и Зедд ласково заглянул ей в глаза.
– Когда я увидел тебя впервые, то повел себя просто глупо. Главным образом от удивления, что вижу Исповедницу: не ожидал снова повстречаться с кем-нибудь из вас. Я покинул Срединные Земли, чтобы никогда больше не иметь дела с магией. Ты неожиданно вторглась в мое одиночество, а я был к этому не готов. Приношу извинения за резкость и за то, что ты почувствовала себя здесь нежеланной гостьей. Надеюсь, ты больше не обижаешься на старика? Я отношусь к Исповедницам с уважением, возможно, даже большим, чем ты можешь себе представить. Ты хорошая женщина и желанная гостья в моем доме.
Кэлен пристально посмотрела ему в глаза:
– Спасибо тебе, Зеддикус З’ул Зорандер.
Неожиданно выражение лица Зедда изменилось. Сейчас в его глазах была угроза более свирепая, чем у Кэлен при первой встрече. Она стояла в оцепенении, боясь пошевелиться.
– Но знай, Мать-Исповедница! – Его голос понизился до свистящего шепота и таил смертельную угрозу. – Этот мальчик был моим другом многие годы, и если ты коснешься его своей властью, ты ответишь мне за это. В этом случае тебе не поздоровится. Ты все поняла?
Она с трудом сглотнула и слабо кивнула.
– Да.
– Хорошо.
Выражение угрозы сошло с лица Зедда и сменилось обычным спокойствием. Он повернулся к Ричарду.
Кэлен позволила себе перевести дыхание, схватила Зедда за руку и развернула к себе. Она не хотела оставлять никакой недоговоренности.
– Зедд, я не сделаю этого не из-за твоих угроз, а потому, что Ричард очень мне дорог. Я хочу, чтобы ты понял это.
Они стояли лицом к лицу и долго изучающе смотрели друг другу в глаза. Затем напряжение исчезло, и на лице Зедда появилась плутоватая улыбка.
– Если бы мне предложили выбор, я предпочел бы эту причину, милая.
Кэлен расслабилась, довольная тем, что все наконец сказано. Затем она подошла к Зедду и обняла его. Старик с жаром заключил ее в объятия.
– Но кое-что все-таки осталось недосказанным. Ты так и не попросила меня о помощи в поисках волшебника.
– Да, не попрошу и теперь. Ричард боится того, что я сделаю, если ты ответишь «нет». Я пообещала Ричарду, что дам ему возможность поговорить с тобой об этом первым.
– Так, очень интересно! – Зедд заговорщицки подмигнул ей и положил руку на плечо. – Знаешь, милая, из тебя бы вышел хороший Искатель.
– Разве женщина может стать Искателем?
Зедд удивленно приподнял брови и пожал плечами:
– Конечно. Некоторые из лучших Искателей носили платье.
– У меня уже есть одна непосильная ноша. Две – это слишком даже для меня.
Зедд улыбнулся, глаза его засверкали.
– Возможно, ты и права. А сейчас уже очень поздно, милая. Отправляйся в соседнюю комнату, располагайся на моей кровати и постарайся хоть немного поспать. Я сам посижу с Ричардом.
– Нет! Я не могу оставить его теперь. – Она отрицательно замотала головой и решительно уселась в кресло.
Зедд пожал плечами, но спорить не стал.
– Как хочешь.
Он зашел за спинку кресла и успокаивающе похлопал Кэлен по плечу. Затем мягко приложил пальцы к ее вискам и стал делать круговые движения. Девушка тихонько застонала, глаза ее закрылись.
– Спи, милая, – прошептал он.
Кэлен положила руки на бортик кровати и уронила голову на руки. Мгновение спустя она уже спала крепким сном. Зедд укрыл ее одеялом, вышел в гостиную, распахнул дверь и выглянул в ночную тьму.
– Кошка! Иди скорей сюда, ты мне нужна.
Кошка вбежала в комнату и потерлась о ноги старика. Он наклонился и ласково почесал ее за ушком.
– Пойди к гостье, свернись клубочком у нее на коленях и спи, оберегая тепло.
Кошка бесшумно удалилась в спальню. Зедд посмотрел ей вслед и вышел из дома в холодную ночь.
Он брел по узкой тропинке, и холодный ветер развевал складки широкого балахона. Призрачный лунный свет пробивался сквозь облака, разгоняя мрак. На улице было светло, впрочем, Зедд в освещении и не нуждался. Он ходил этой дорогой уже тысячи раз.
– Ничто никогда не дается легко, – бормотал он на ходу.
Дойдя до деревьев, он остановился и прислушался. Затем осмотрелся по сторонам, тщательно изучая обстановку. Зедд вглядывался в черные тени, отбрасываемые деревьями, наблюдая, как гнутся и раскачиваются ветви от порывов ветра. Он втянул носом воздух и продолжал отыскивать признаки опасности. Муха больно впилась ему в шею. Старик раздраженно прихлопнул ее и выругался.
– А, кровавая муха! Проклятие! Так я и думал.
В кустах послышался шум, и что-то огромное с ужасающей стремительностью бросилось к Зедду. Тот не двигался с места и спокойно ждал. За мгновение до последнего броска Зедд вытянул вперед руку, и короткохвостый гар остановился, словно наткнувшись с разбега на невидимую преграду. Зверь был значительно выше Зедда и вдвое свирепее длиннохвостого гара. Он рычал и бесновался, напрягая мышцы в тщетных попытках преодолеть препятствие, неожиданно возникшее в метре от добычи. Гар трясся от злости в полном бессилии протянуть лапу и прикончить жертву.
Зедд поманил зверюгу скрюченным пальцем и заставил нагнуться поближе. Гар, пыхтя и задыхаясь от бессильной злобы, наклонился. Зедд ухватил его цепкими пальцами за нос.
– Твое имя? – зловеще прошипел он.
Гар дважды хрюкнул и издал глубокий горловой звук.
Зедд кивнул:
– Я запомню его. Скажи мне, ты хочешь жить или умереть?
Гар попытался дернуться назад, но у него ничего не вышло.
– Хорошо. Ты должен сделать все так, как я скажу. Где-то между Д’Харой и этим местом ты найдешь квод, направляющийся сюда. Убей их. Когда покончишь с кводом, возвращайся в Д’Хару, откуда пришел. Если ты исполнишь все, я позволю тебе жить. Но знай, я запомнил твое имя. В случае, если ты не убьешь квод или когда-нибудь вернешься сюда, я убью тебя и скормлю твоим мухам. Ты понял меня?
Гар хрюкнул, подтверждая, что все понял.
– Отлично. Тогда проваливай.
Зверь заторопился и лихорадочно захлопал крыльями, сбивая траву. Наконец ему удалось оторваться от земли. Зедд наблюдал, как гар кружит в воздухе, высматривая квод. Он летел на восток. Круги, которые он выписывал в воздухе, становились все меньше и меньше. Наконец старик совсем потерял его из виду. Только убедившись, что гар улетел, Зедд продолжил путь на вершину холма.
Он встал рядом со своим Облачным камнем, опустил вниз указательный палец и стал совершать им круговые движения, словно помешивая тушеное мясо. Массивный камень заскрежетал и стронулся с места, как бы пытаясь повернуться вслед за движением пальца. Затем камень дрогнул и раскололся, тонкие трещины покрыли всю его поверхность. Вся содрогающаяся громада камня сражалась с неведомой силой, структура смягчалась, плавилась и наконец стала достаточно жидкой, чтобы вращаться, повторяя движения пальца. Скорость вращения нарастала. Из жидкой вращающейся массы вырвался столп света. Зедд вращал рукой все быстрее и быстрее, и свет становился все ярче и ярче. В добела раскаленном, кружащемся, словно смерч, потоке появлялись и исчезали странные тени и фигуры. Яркость света продолжала нарастать. Казалось, еще секунда – и морозный воздух осенней ночи вспыхнет обжигающим пламенем. Раздался оглушительный свист ветра, осенние запахи сменились зимней морозной прозрачностью, затем повеяло дыханием весны, вспаханной земли, донесся аромат летних цветов, и вновь вернулся запах прелой осенней листвы.
Камень внезапно затвердел, и Зедд встал на него, шагнув в столп света. Яркое сияние померкло, превратившись в слабое свечение. Перед стариком возникли две призрачные фигуры. Их черты были неопределенными, словно в воспоминаниях, но все же узнаваемыми. У Зедда часто забилось сердце.
Он услышал голос матери, глухой и далекий.
– Что тревожит тебя, сынок? Зачем ты вызвал нас после стольких лет? – Тень протянула к нему призрачные руки. Зедд потянулся навстречу, но не смог коснуться ее.
– Меня встревожил рассказ Матери-Исповедницы.