Ван Ван из Чайны 3 (СИ)

— Офигеть, — перебил я.
— Офигеть, — согласился со мной тренер. — А еще в твоей деревне и окрестностях тоже работают ученые: собирают пробы воздуха и воды, пытаются притянуть к твоим способностям специфическую деревенскую диету, благодаря которой ты так вымахал…
— Рис с овощами везде одинаковы, — хохотнул я.
— Смейся пока можешь, — зловеще улыбнулся тренер Ло. — Пока тебя не засунули в лабораторию на месяцок-другой для вдумчивого изучения.
  
По спине пробежал холодок, и я невольно поёжился. Ло Канг бессердечно заржал:
— Ага, испугался! Не волнуйся — пока ты зарабатываешь для Китая победы, тебе это не грозит.
— Это что вообще за новая форма мотивации?!!
* * *
— Ван! Ван! Ван!
Вот теперь атмосфера привычная — трибуны до отказа набиты китайцами, а я только что выложился на двести процентов, и, весь потный, дрожащей от усталости рукой им машу.
Федерер выглядел еще хуже — он старше и сильнее устает — но виду, как и ожидалось, не подавал.
— Давай левыми! — предложил я во время традиционного подхода к сопернику для рукопожатия.
— Давай, — вполне искренне улыбнулся он, оценив потенциал такой фотографии.
«Битва левшей» — не удивлюсь, если такие заголовки появятся в инфополе стараниями журналистов, которым громкий заголовок важнее деталей.
— Спасибо за интересную игру, — после пятисекундного позирования фотографам и операторам поблагодарил я.
— Буду рад преподать тебе новый урок в Англии, — проявил здоровый реваншизм Роджер, и мы разошлись.
Подрагивающие ноги донесли меня до родных и близких, которых я принялся обнимать перед камерами. Сначала — бабушка Кинглинг, затем — Катя, далее — уважительный поклон тренеру Ло и несколько благодарных во все стороны, для трибун. О, журналюги идут, время говорить давно заготовленный набор шаблонов о любви и благодарности ко всем подряд. Акцент в этот раз на тех, кто сидит на трибунах:
— Спасибо уважаемым зрителям, которые проделали долгий путь и пожертвовали другими делами для того, чтобы посмотреть финал.
К этому моменту тело остыло, и холодные прикосновения поздней осени заставили поскорее спрятаться от них под горячими струями душа в раздевалке.
Третий подряд турнир высшего уровня выиграл! Ну разве я не молодец? Разве не заслужил личный «рог изобилия», намертво закрепленный над моей головой? Всё, окончательно и бесповоротно доказал свою эффективность. Расслабляться, однако, нельзя — мой путь только начинается, и нужно быть кретином, чтобы сесть на первый понравившийся камень на нем и забить на остальное.
Закрыв воду — согрелся и частично смыл усталость, к громкому публичному мероприятию готов! — я хорошенько вытерся, натянул носки, джинсы и футболку с «Антовской» худи поверх нее и взял со скамейки телефон.
«Забытое средство Конфуция — достаточно всего четыре капли в день…» — сообщил мне уведомлением почтовый клиент. Отработанным движением я отправил шедевр тизерной рекламы в спам и вздрогнул от пришедшей в голову мысли. Я под очень мощным «колпаком», но брешь в нем есть — вот она, прямо здесь. Электронная почта у меня наполовину мертва: вся деловая переписка проходит через «Вичат», причем даже не мой, а моих сотрудников. Как следствие, за почтовым ящиком никто толком не следит, и, если я получу на него странное письмо и с веселым смехом покажу его Фэй Го — «смотри какую чушь прислали, Го!» — есть шанс, что он чисто из служебного рвения отправит копию куда следует. Проблема в дальнейшем — «уйдет» ли письмо дальше? Примут ли меры спецслужбы? А я и телохранителю-то напомнить об этом не смогу: мало ли что там шлют, почему я вообще запомнил именно это? Подозрительно.
Как придать силы зловещему предсказанию? Добавить несколько легко проверяемых других, которым суждено сбыться в ближайшие дни. Усевшись на скамейку, я задумчиво постучал телефоном по коленке. Что я помню? Давай, голова, ну хоть что-то!
В памяти всплыла предельно прозаичная картинка — «чужие» волосатые ноги уперлись в мохнатый коврик, в районе голеней — натянутые серые трусы, перед глазами — экран смартфона. Дата — 5 декабря 2014 года, Иван читает новости во время утреннего посещения туалета.
«Бывший министр общественной безопасности КНР Чжоу Юнкан был задержан по обвинению в коррупции. Это — первый за всю историю нового Китая случай, когда под обвинение попал чиновник настолько высокого уровня».
Вот оно!!! Китайская партийная верхушка — каста предельно закрытая, и о грядущем аресте никто по идее знать не должен. Чжоу Юнкан подходит идеально — в силу бывшей должности взяточника Фэй Го попросту не может не обратить внимание начальства на письмо, в котором об этом предсказано. Решено — при первой же возможности нужно «намутить» себе второй смартфон и «левую» сим-карту.
Далее в голову пришла НАСТОЯЩАЯ ШПИОНСКАЯ МЫСЛЬ: «ставить» письмо на таймер, чтобы приходило тогда, когда я чем-то публично занят так, что не до телефона — например, во время матча. Алиби!
Попрощавшись с львиной долей родных и близких прямо в раздевалке, я в компании Кати, Ли, его невесты Бинси и Фэй Го погрузился в микроавтобус, нанятый «Антой». Здесь нас ждал старый знакомый — Сун Да.
— Поздравляю с великолепной победой, уважаемый Ван Ван, — поздравил он.
— Ты — самый лучший! — чмокнула меня в щеку сидящая рядом Катя.
«Лук» ей выписанный из «Шанели» работник под «бензиновую» сумочку подобрал зачетный, поразительным образом «вписывающий» не самую приятную казалось бы цветовую палитру сумочки в идеально «сбалансированный» между заметностью и практичностью наряд.
— Спасибо, — поблагодарил я по большей части девушку.
— С вашего позволения, я бы хотел провести скажем так «брифинг», — с вежливой улыбкой заявил посланец «Анты».
— Конечно, уважаемый Сун Да, — разрешил я.
— Уважаемая Тейлор Свифт связана многими контрактами, поэтому подписать с ней еще один юридически невозможно, даже если бы она согласилась стать одним из лиц «Анты», — поделился корпоративной проблемой Сун Да. — Однако мы нашли иную возможность: на правах спонсора сегодняшнего концерта, мы имеем право на рекламные площади, которые попадут на записи и фотографии. Также уважаемая звезда не отказала нам и отечественному филиалу журнала «Vogue» в парочке снимков — в ее контрактах есть лазейка, позволяющая ей подобные подработки.
— Снимки со мной? — догадался я.
— С вами, — подтвердил «антовец», посмотрел на Катю, затем — обратно на меня. — По плану фотографа снимкам решено придать несколько провокационный характер… — умышленно сделал паузу.
— Расскажите подробнее, — попросил я.
Сун Да рассказал.
— Ничего такого — это же «Vogue», — пожала плечами Бинси.
— Партия одобрила, — добавил Фэй Го.
Я посмотрел на Катю. Улыбнувшись мне, она шепнула:
— Хочу автограф Тейлор!
— Сделаем, — улыбнулся я в ответ. — Нет проблем, уважаемый Сун Да.
Статус «Вип» штука все-таки приятная: вместо общей очереди нас ждали подземная парковка и служебные коридоры, позволившие добраться до вип-ложи в относительном спокойствии — народу здесь была тьма.
«Анта» попользовала свое положение спонсора по-полной: в отдельный сектор ложи помимо нас набралось десятка три китайских граждан, а еще — чиновник из нашего посольства. Ранга невеликого, но все же!
Пока народ заполнял танцпол и трибуны, корпоративные дядьки похвастались тем, что через пару недель в Париже откроется магазин «Анты». Сомнительное на мой взгляд бизнес-вложение — ну кому во Франции нужны чисто китайские шмотки? — но, полагаю, дело здесь в статусности: не ларёк дядюшки Ляо, а серьезная международная корпорация.
  
Пока меня грузили корпоративными планами, на Катю сыпался поток комплиментов, отчего девушка почти впала в ступор. Тяжело хорошей девочке дается околосветская жизнь, но ничего, привыкнет и войдет во вкус.
Звезда начала концерт с приветствия на французском и хита «Shake it off». Катя приникла к перилам ложи и не отлипала от них всю полуторачасовую программу, подпевая любимым песням, а я благодаря столь же надежно «прилипшим» ко мне корпоратам почти не скучал: Тейлор ни я, ни они не слушаем. Непосредственно на сцену мы отвлеклись всего раз: на нее вытащили китайского бульдога — «маскота» корпорации — который отработал вместе с Тейлор целую песню.