Одиночка. Том III (СИ)

Анна понимала. Она видела это тело утром. Не сражение, а бойня. Она обернулась, встречая его ледяной взгляд.
— Мы делали всё, что могли, товарищ генерал. От нас ничего не…
— От нас ничего не зависит — это фраза для оправданий, — отрезал Анисимов, откидываясь в кресле. — Местное отделение не справляется с координацией, с анализом, с контролем ситуации. И речь не только о тварях из Портала. Речь о том, что творится здесь. Слишком многие из ваших «благородных» охотничьих родов забыли, что их дар — для защиты, а не для сведения счётов и охоты друг на друга. Гибель Романова — последняя капля. Она пахнет заговором.
  
Он поднялся, и его тень накрыла карту Новгорода на стене, утыканную красными флажками погибших.
— С сегодняшнего дня в Новгороде будет действовать особая оперативная группа центрального подчинения. Шесть человек. Среди них — два S-ранга. Сёстры Покайло — Светлана и Виктория. Их задача — разведка. Настоящая разведка. Они будут смотреть, кто дышит вам в спину в Порталах, кто подписывает смертные приговоры, сводя кланы, и чьи амбиции поливаются кровью рядовых охотников. Ваше отделение будет оказывать им всемерное содействие. Фактически, вы переходите в режим обеспечения.
В дверь без стука вошли они. Первой — Светлана. Высокая, с волосами цвета воронова крыла и взглядом, который сканировал комнату, оценивая углы, расстояния, людей — всё как потенциальную угрозу или ресурс. За ней, почти вплотную, — Виктория. Младшая, но от этого не менее опасная. Её светло-рыжие волосы были туго стянуты, а в зеленых глазах светился холодный, почти машинный интерес. Они не представились. Просто заняли позиции у стены, завершая переформатирование пространства. Теперь кабинет принадлежал им.
— Ваша задача, лейтенант, — сказала Светлана, её голос был тихим, но в нём слышался лязг лезвия по кости, — предоставлять данные по всем вылазкам за последний год. Личные дела каждого охотника, связанного с инцидентами. И своё присутствие — ограничить. Мы будем работать в тени. Вы — наше официальное алиби.
Анна чувствовала, как ярость и унижение комом подкатывают к горлу. Её люди гибли, а теперь их смерть становилась поводом для чужаков указывать ей, как нести службу.
— А если я откажусь? Если мы здесь всё-таки кое-что понимаем в местной специфике?
Виктория Покайло ответила первой, лёгкая улыбка тронула её губы.
— Тогда статистика, лейтенант, станет ещё на одно имя краше. И мы найдём того, кто понимает. Проблема в том, что вы все здесь слишком погружены в свои местные склоки, чтобы видеть картину целиком. Мы — нет. Мы здесь чтобы очистить авгиевы конюшни. И неважно, кто будет местись под ногами: твари, дворяне или некомпетентные офицеры.
Генерал Анисимов кивнул, словно услышав ожидаемый ответ.
— Обсуждение окончено. Лейтенант Васильева, вы свободны. Завтра в 08:00 жду вас с полными архивами. И приготовьте помещения для группы.
Анна вышла в коридор, где пахло старым линолеумом. За спиной щёлкнул замок. Её кабинет, её город, её война — всё было поставлено под чужое, холодное управление.
Война входила в новую фазу, и Анна с горечью понимала, что из охотницы её впервые превратили в одну из возможных мишеней.
  
Глава 12
 
Прошло три дня. Три долгих, проклятых, мышиных дня, в течение которых я ощущал себя безумным фитнес-инструктором, нанятым самим собой. Всё потому, что задание на класс оказалось с изюминкой!
Башня, та самая чёртова башня, как оказалось, открывалась только после использования навыка — Разлом Путешественника. И фактически, я мог либо пройди разлом, либо, перейти в «портал» ведущий в башню. Что гасило мой ежедневный рост.
Ну а само задание на класс, оказалось суровее любой тётеньки-следователя Васильевой.
Мой первый визит туда был кратким и унизительным. Я, такой важный, победитель ассасинов, системных, и боссов в порталах, вошёл в сияющий портал с видом бывалого сталкера.
А вышел через семь минут, весь в синяках и в глубочайшей степени — раздражения!
Первый этаж встретил меня не гоблинами, а парой тенеподобных существ, быстрых как взмах хлыста. Они методично пытались вскрыть меня, и я потерял сорок единиц здоровья, только по своей глупости. Благо, я восстанавливался, но противники действительно были серьезными!
Если учесть мой уровень и то, как я расправился с Колей, то эти мобы… ну, по отдельности, разумеется слабее покойного охотника. А вот когда их двадцать тел… это прям, мощно!
Второй день стал уроком смирения. Там уже не двадцать, а сорок теней, и они научились слаженно работать, загоняя меня в угол. Пришлось вспомнить, что я не только «Волк-одиночка», но и довольно хороший бегун на короткие дистанции. Я отбивался, пятился и в итоге не без труда, но прошёл второй этаж.
Четвёртый и пятый этажи смешались в памяти в кашу из адреналина и тупой рутины. Тени обзавелись какими-то мерзкими щитами из тьмы, которые приходилось долбить по пять-шесть ударов. Моё некогда грозное оружие внезапно ощущалось как детская погремушка. Я вышел после пятого, плюхнулся на пол амбара и съел все свои запасы еды, ощущая, как каждая клетка тела ноет в унисон.
«Очень сложно» — это было самое ласковое, что я мог подумать.
Шестой и седьмой — это было чистое издевательство системы. К теням добавился гадёнок, похожий на летучую тварь, которая пилила мозг пронзительным визгом. Половину времени я дрался, вторую — безуспешно пытался заткнуть уши ладонями. Победа на седьмом принесла не только синяки, но и лёгкое помутнение рассудка.
«Нахер мне этот класс…»
Восьмой и девятый этажи я прошёл на одном упрямстве. Тело горело от усталости, а тени, будто сговорившись, били именно в больные места. Я уже не сражался красиво. Я выживал: падал, откатывался, тыкал кинжалом наугад и орал от злости, поднимаясь снова. Каждый выигранный бой чувствовался не как победа, а как украденная у системы кроха. А потом был десятый.
Десятый этаж я прошел, но это была не победа. Это была ничья, которую система милостиво засчитала в мою пользу. После того как последний удар моего кинжала всё-таки нашел щель в защите этой глыбистой тени, и она рассыпалась в прах, я просто рухнул на спину и минут пять смотрел в потолок амбара, слушая, как стучит сердце.
Оно стучало чётко и обиженно, как будто требовало объяснений: нафига мы всё это делаем? Идти дальше, на одиннадцатый, а потом ещё на тридцать девять? Это был бы не героизм, а самое настоящее самоубийство с элементами мазохизма. С моим-то уровнем. Тупо. Бессмысленно.
Утром четвёртого дня я проснулся с простой и ясной мыслью: с меня хватит. Я активировал Разлом Путешественника, не глядя купил ключ В-ранга и шагнул внутрь.
Задание на класс могло и подождать.
Так же, за эти три дня я устроил себе небольшой, но очень душевный отпуск. Точнее, две акции. Две «зоны» Барановых. Я нанёс визит поочерёдно, глубокой ночью. Никакого геройства, только холодный, методичный беспредел.
А ещё…
Совершенно случайно, на последней такой «прогулки», я наткнулся на одного из Барановых.
Я не стал устраивать спектакль. Просто выждал момент перед тем, как устроить «демонтаж» оборудования Крога. Взял под контроль охрану, и тупо снёс башку охотнику. Затем, устроил поджог.
На четвертый день, когда я уже практически смирился с мыслью, что мир окончательно меня игнорирует — и слава богу! Я качаюсь спокойно, никто меня не беспокоит…
Короче, о себе дала знать Ирина Воронцова. Я сидел на коробках в своём амбаре, чесал демонического шпица за ухом и тупо смотрел в одну точку, пытаясь заставить мозг забыть про идею, продолжить качаться в башне прямо сейчас.
  
Телефон зазвонил, разрывая тишину, отчего я дёрнулся, как на взводе. Неизвестный номер. Голос с той стороны был тихим, ровным и абсолютно без эмоциональным, будто читали инструкцию к стиральной машине.
— Встреча. Сегодня. Двадцать три ноль-ноль. Складской район, улица Промышленная, дом 12, корпус «Г». Приходи один. Если увижу хвост — исчезну. Навсегда.