Одиночка. Том III (СИ)
Она не представилась. И не нужно было. Ирина Воронцова вышла из тени. Прежде чем я успел что-то спросить, связь прервалась. Я опустил телефон и взглянул на шпица. Тот зевнул, сверкнув глоткой, похожей на портал в миниатюре.
— Ну что, приятель, — пробормотал я. — Похоже, отпуск закончился.
* * *Вечером я отправился на окраину. Складской район «Г» был идеальным местом для тайных и мутных дел: полуразрушенные корпуса, разбитые фонари, тишина, нарушаемая лишь ветром, гуляющим по ржавым фермам. Корпус «Г» оказался самым дальним, похожим на бетонный гроб. Дверь была приоткрыта. Внутри пахло сыростью, пылью и чем-то ещё — сладковатым, химическим. Я вошёл, оставив дверь открытой сзади. Луч света луны выхватил из тьмы пустые поддоны, горы мусора и, в глубине, одинокую женскую фигуру, прислонившуюся к бетонной колонне.
Она почти не изменилась. Тактический костюм, короткие волосы, но…
Но если раньше её лицо было обычным, таким, как у большинства людей — радостным, расстроенным, любопытствующим, то теперь там была лишь усталость.
— Привет, — сухо поздоровался я. — Вроде встреча должна была пройти раньше. Помнится, ты говорила про два дня, а не про неделю.
— Кто именно убил моего брата? — спросила она, не здороваясь.
Я присвистнул, медленно обводя взглядом затемнённые углы склада.
— Прямо к делу? Ну ладно, — я расстегнул верхнюю пуговицу куртки, давая себе немного свободы движений. — Если говорить о формальном убийце, то это была Катя. Та самая эска. Твоя знакомая, вроде.
— Капризова.
— Ага. Она его… э-э-э… добила. Но было за что.
— Он был моим братом. Убийцей, ублюдком, но своим, — её голос оставался ровным, будто она докладывала о погоде. — Я не зна…
— Ох, — перебил ей и покачал головой, чувствуя, как по спине пробегает знакомый холодок азарта. — Ир, давай начистоту. Твой браток решил, что он тут царь и бог, принёс в жертву кучу ни в чём не повинных людей, и вообще вёл себя как последняя скотина. Мир поступил с ним по справедливости. А ты вместо того, чтобы сказать спасибо, что гены такие подлые прервались, пришла мстить?
Я прекрасно понимал, для чего она здесь. Месть. Типичная месть. За брата, за свою кровинушку. Не зря за ней охотилась Васильева. У Воронцовых — ничего святого.
— Спасибо? — Она наконец оторвалась от колонны и сделала пару шагов вперёд, в луч света. В её руке не было оружия, но от этого не стало спокойнее. — Ты думаешь, я пришла мстить?
Я замер. Это был неожиданный поворот.
— Погоди. Значит, никакой личной драмы? Никакого «умри, собака, за братца»? — Я даже разочарованно вздохнул. — А я уже настроился на высокую трагедию, с монологами и возможностью кого-нибудь здесь пристрелить!
— Я не ради этого здесь, Вов… — она подошла ближе, остановилась в паре шагов от меня. — Мне нужна твоя помощь!
— Чё⁈
— Витя, — продолжила она. — У него появилось тоже… самое, что было у Игоря. Те же, непонятные цифры перед глазами… те же психи, что были у Игоря… он… он…
Аху… Чего-чего⁈ Так, а теперь стоп.
Я начал хаотично соображать. Это что же получается… так, Игорь был системным, остальные, видимо, нет. После смерти Игоря, дар передался Вите? Такое реально может быть⁈
Или она дуру из себя строит? Замануха? Ничего не понимаю…
И другой вопрос, значит, система ничего не имела против, когда Игорь рассказывал о своих способностях.
— Значит так, тебя от того, чтобы лишиться головы прямо сейчас, — резко заявил я. — Отделяет только одно — правда. Когда ты узнала, что у Игоря есть какой-то там дар⁈
— Когда это произошло в предпоследний раз, — как-то истерично ответила Воронцова. — Когда мы первый раз встретились с тобой! Тогда Игорь признался, что он способен на такое…
Чуйка в момент её ответа — молчала. Но это не означало, что Ира не врёт.
— И почему вы об этом никому не сообщили?
— Игорь клялся, что те, белые разломы, которые открывались до этого — не его рук дело! Он… он ведь брат, понимаешь⁈
Я задумался на секунду, ощущая, как мозг с трудом перемалывает эту информацию.
Ничего не понимал… какого черта они вообще ко мне пошли⁈
Было понятно одно, каким-то образом, после смерти Игоря, «дар» перекочевал к Вите.
Или…
— Так, я нихера не понимаю, — медленно проговорил я, не сводя с неё глаз. — Допустим, я верю в эту сказку про наследственную хрень. Но при чём тут я? Даже если у Вити что-то появилось, как у Игоря, то я-то что тут могу сделать⁈
Чуйка в этот момент накалилась до предела. Мой взгляд сам собой выловил одинокий силуэт вдали. Ну и, собственно говоря, все мои подозрения оказались верными.
Они пришли мстить. И видимо, для начала, решили разузнать что-то полезное для себя. Классика.
Тень в глубине склада пошевелилась. Из-за груды пустых бочек вышел Витя. Он выглядел ещё более измождённым, чем Ира, с лихорадочным блеском в глазах, который я видел когда-то у его брата. В его руке беспокойно перекатывался шарик сизого, почти невидимого в полутьме света.
'Ух ты, та же хрень, что и у Игоря. Правда, тот это свечение в хлыст превращал. Я у Кати спрошу, при следующей встрече, может ли система передаваться по наследству, хотя… мало вероятно, что она это знает. Но я себе это запишу в блокнотик.
— Вот видишь, — сказал я, не удивляясь. — А говорила, одна пришла. Классический развод, Ир. Сперва «помоги-спаси», а потом — бац, и нож в ребро. Я-то думал, у вас хоть фантазия есть.
— Он не для этого, — быстро проговорила Ирина, но её голос дрогнул. — Он… он просто рядом. Он не контролирует это иногда.
— Очень удобно, — я медленно отступил на шаг, чтобы видеть обоих. — Ладно. Давайте по порядку. У тебя, Витя, перед глазами пляшут циферки? Команды всякие? «Повысь уровень», «убей десять гоблинов»?
Витя кивнул, сжав шарик в кулаке. Свет из его ладони на мгновение брызнул сквозь пальцы.
— Как и у Игоря. Всё точно так же. Только… только я не хотел этого. Оно само… после того как он… а ещё… я теперь А-ранговый!
— Был С, помню, — хмыкнул я. — А где ранг измерил? М⁈
— Частники… — прошипела Ира. — В пригороде, где прятались, есть старый артефакт — сфера, меряющая ранг. Дар Игоря, как и ранг, получается…
— Перешёл по наследству, — закончил я. — Мило. Прямо семейный подряд. И что, вы думали, я тут энциклопедия по вашим аномалиям? Или надеялись, что я сведу вас с Капризовой, чтобы вы ей голову оторвали за братца? Она тебе, Ира, кстати, передавала привет. Очень тёплый.
Ирина побледнела, но не от страха, а от ярости. В этот момент она была похожа на ту, старую Иру.
— Где она?
— Ага, вот мы и подобрались к сути, — я усмехнулся. — Всё ради этого. Не помочь Вите хотите, а узнать, где ваша любимая эска и ищет ли она вас. Боитесь? И правильно делаете. Она вас, как назойливых тараканов, прихлопнет, если найдёт. Васильева, к слову, тоже. Вы на всех парах летите под откос.
— Он не виноват! — выкрикнула Ирина, и в её голосе впервые прорвалась неподдельная, животная паника. — Ему нужна помощь! Он не справляется! Символы, цифры… всё тоже самое, что было у Игоря…
— А мне-то что с того? — огрызнулся я. — Ваш брат был психопатом, который устроил бойню. А теперь этот психоз, похоже, фамильный. Ты слепа, Ира. И глупа. Вместо того чтобы бежать в первую попавшуюся дыру и прятаться, ты тащишь его сюда, на склад, и пытаешься вести дурацкие игры в шпионов. Вы как дети малые.
Витя вдруг застонал, схватившись за голову. Шарик света у его ног вспыхнул и погас, отбросив на стены безумные, мечущиеся тени.
— Они… они говорят… нужно открыть… разлом… — он выдохнул, глядя на меня пустыми глазами. — Если я это не сделаю через два часа, штраф…
«И ваше сердце остановится, — мысленно пробормотал я».
— … ваше сердце остановится!
Я посмотрел на них: на исступлённую, отчаявшуюся сестру и на её брата, медленно сползающего в ту же бездну, что и первый. В них не было ни капли здравого смысла, только инстинкты загнанного зверя и слепая родовая солидарность. Они были опасны не силой, а своей непредсказуемой, отчаянной глупостью. Как неисправная граната в маленькой комнате.