«Три звезды» миллиардера. Отель для новобрачных (СИ)

— Как приехал? — беспомощно лепечу. — Сюда?
— А я разве тебе не сказала? — делано удивляется бабушка. — Я пригласила его на обед. На курицу.
Разве это осада? Это настоящий заговор!
— Не вздумай назвать меня Аленой при Асадове, — предупреждаю бабулю свистящим шепотом и сломя голову несусь в свою спальню.
  
Глава 10
 
Отчаянно мечусь по комнате, выдвигаю ящик за ящиком в надежде найти спасительное средство. Шапки-невидимки у меня нет, превратиться на время в мышку или птичку я тоже не могу.
Взгляд падает на упаковку с корейской тканевой маской, которыми я недавно начала пользоваться. Мне ее посоветовала Мария. Очень хвалила, я потом почитала в интернете отзывы. Там тоже все хвалили.
Но для меня главное их преимущество в том, что эти штуки просты в использовании. Разорвать упаковку и наклеить маску на лицо. Все. А то у меня вечно на себя не хватает времени.
Зато теперь я спасена!
Разрываю упаковку, достаю изделие и в недоумении смотрю на одно-единственное отверстие. Мда, зря я решила поэкспериментировать и сменила производителя.
Ладно, пусть это будет рот. Хотя для рта оно слишком круглое. Ну может это для тех, кто подкачал губы? Может. А где отверстия для носа и глаз? И зачем здесь «уши»?
Слышу из коридора голоса и лихорадочно роюсь в косметичке в поисках маникюрных ножниц. Потом буду выяснять, что и почему. Значит, мне как всегда повезло, попалась бракованная маска. А уши тоже надо увлажнять, корейцы не дураки, знают что делают.
Быстро складываю маску поперек и вырезаю отверстия для глаз. Затем ромбик для носа. Здесь мне нет равных, я могу это делать на скорость. Трое детей, а еще и девочек, лучший способ стать профессиональной вырезальщицей масок и снежинок.
Внахлест прилепляю маску на лицо. Губы неудобно сворачиваются в трубочку, но не отдирать же ее теперь, чтобы увеличить отверстие. Раньше надо было думать.
Для моего лица маска явно велика. Или это у меня лицо маленькое? Вроде было обычное, по крайней мере, я ничего такого не замечала. Не хватало теперь начать комплексовать. Наверное, просто взяла не свой размер.
Делаю несколько глубоких вдохов-выдохов и выхожу из комнаты. Асадова нигде не видно. Тишину взрывает переливчатый детский смех, ему вторит низкий хриплый баритон. Крадусь по коридору к детской комнате, прислушиваюсь.
Так и есть. Он уже там. Просочился к нам как ядовитый воздух. На цыпочках отхожу от двери и пробираюсь в кухню, где бабушка вовсю гремит посудой.
— Зачем ты его позвала, ба? — говорю с упреком, входя в кухню.
— Он помог мне вызвать такси и загрузить мешки, — не поворачиваясь, отвечает бабушка. Она моет овощи в мойке. — Лучше помоги нарезать салат.
— Полный отель сотрудников, — ворчу, вставая рядом, и беру нож. — Некого было попросить?
Бабушка поворачивается, чтобы ответить, и видит меня.
— А! — кричит она и в ужасе отшатывается. — Кто это?
— Бабуль, будешь так кричать, нас отсюда выселят, — стараюсь ее успокоить. — Это я, а на мне маска для лица. Ты не узнала мой голос?
— Господи-Боже, — хватается она за сердце, — разве это маска? Это страх и ужас.
— Она просто телесного цвета, — отвечаю примирительно, — потому жутковато смотрится. Это другой производитель, я решила его попробовать.
— Это хорошо, что ты решила привести себя в порядок, — хвалит бабушка. — Артем такой привлекательный парень! Только не держи долго, не доведи Господь ему тебя в ней увидеть.
— Я ее не собираюсь снимать, бабуль, — отвечаю, кромсая помидоры, — тем более не собираюсь для него прихорашиваться. У него есть жена, пусть ею любуется.
Бабушка ничего не говорит, лишь поджимает губы. Мы быстро накрываем стол в гостиной, и я иду в детскую звать всех к столу.
Распахиваю дверь и застываю на пороге с открытым ртом. Мысленно открытым, в реале это сделать мешает маска.
Асадов сидит на полу за игрушечным столом, разбросав свои длинные ноги в джинсах по бокам. Перед ним стоит тарелка с пластиковой курицей и кукольная чашка с блюдцем. На стульчиках сидят девочки и игрушечный динозавр Максимилиан, бусинкам его подарил мистер Рич.
 
Максимилиан интерактивный, у него на морде и боках стоят датчики, которые реагируют на касание рук. Он может рычать, клацать зубами, двигать головой, хвостом и лапами.
Теперь выясняется, что динозавр еще может пить чай с Асадовым.
Девочки наперебой болтают, теребят Артема за рукава рубашки, тот блаженно жмурится, откинувшись на стенку шкафа. В общем, по-человечески за столом себя ведет только Максимилиан.
— Пойдемте обедать, — зову я и, спохватившись, добавляю: — Здравствуйте, господин Асадов.
Артем поворачивает голову и цепенеет, впившись пальцами в стол.
— Ой, мамочка, это у тебя что? — дочки подбегают ко мне и обхватывают за ноги. — А можно и нам такое?
Асадов в ужасе вскидывается, но не говорит ни слова. Поднимает руку и машет перед носом, как будто прогоняет видение.
— Что такое, господин Асадов? Вы онемели? — интересуюсь невинно. — Какое счастье… Простите, хотела сказать, какая жалость!
— Я хотел спросить, — выдает он, наконец, сипло, — где ваши уши, мисс Хелена? И что вы опять творите со своим лицом? Я думал, вас пытали.
Хватаю себя за уши. Все на месте. Они просто спрятаны под маской.
— Не пугайте меня, господин Асадов, ну что за дремучесть? Это экспресс-уход, корейская увлажняющая маска для лица на тканевой основе. Эффект изумительный, очень рекомендую.
— У мамы есть еще панда, тюлень, кот и собака, — хвастается Миланка и смотрит на меня умоляюще. — Мамочка, а можно нам одну? С пандой? Мы будем играть с Артемом в салон красоты.
— Нет, малышка, — Асадов торопливо встает с пола, — давайте лучше играть в мороженщика. Я буду делать мороженое и вас угощать.
— Напрасно отказываетесь, господин Асадов, — говорю с сердечностью в голосе, — в их составе коллаген и гиалуроновая кислота, они способствуют омолаживанию кожи.
— Я все же предпочту мороженое. Глядя на вас меньше всего хочется экспериментировать, мисс Плохая, — говорит язвительно Артем, подходя ближе.
— Вам можно за собой не следить, вы уже женаты, — делано вздыхаю. — А мне нужно быть в тонусе. Мужчинам нравятся ухоженные женщины.
Асадов мрачнеет на глазах, и мне это доставляет мстительное удовольствие.
— Жаль, что вы в этот раз не выбрали тюленя, — говорит он резко, — я бы не пропустил такое зрелище.
«Ну так я его и выбрала. Шесть лет назад», — хочется ответить. Но девочки берут его за руки и тянут в гостиную. Миланка с Маргариткой тянут, а Марьяша сзади подталкивает.
Асадов выходит из детской, и мне ничего не остается, как поплестись за ними.
***
— Очень вкусно, — хвалит Артем, бабушка благодарно улыбается. — Только ваша внучка почему-то ничего не ест.
Он смотрит на меня, и я поспешно отвечаю:
— Не успела проголодаться.
На самом деле я еле держусь. Не знаю, что там за действующее вещество использовали производители, но проклятая маска начала греть как только мы сели за стол. Потом стало пощипывать.
А теперь такое ощущение, что я сунула лицо в раскаленную духовку.
Кожа под тканью жжет и горит. Впервые такая странная реакция, сколько раз я уже использовала экспресс-уход, никогда такого не было.
Артем всматривается в меня, затем его взгляд скользит по шее.
— Вы уверены, что нормально себя чувствуете, Хелена? — спрашивает он. — У вас на шее красные пятна.
Больше терпеть не могу. Бормочу извинения, вскакиваю и несусь в ванную. В зеркале кажется, что мое лицо стало вдвое больше.
Тяну за края маски и шиплю от боли, даже слезы на глазах выступают. Треклятая маска как будто вросла. А когда вижу себя в зеркале, они уже льются ручьем.
Из зеркала на меня смотрит чудище с красным распухшим лицом и красными воспаленными глазами. Как же я в таком виде вернусь в отель?