«Три звезды» миллиардера. Отель для новобрачных (СИ)

Артем не стал выдавать Миланку, а с понимающим видом кивнул.
— Все в порядке, мадам Плохая, не беспокойтесь.
— Но ваша жена, что она подумает?
— Об этом тоже не беспокойтесь. Владе очень понравились девочки. Она слова против не скажет.
«Пусть только попробует…»
Елизавета Алексеевна еще раз махнула веером и неожиданно сообщила:
— Только я не Плохая. Это они Плохие, — кивнула она на насупленных, притихших малышек, — и внучка моя тоже. Я вообще-то прабабушка для этих бусинок. Паша Плохой был моим зятем. Они видать в него пошли, в деда. Это же надо додуматься стащить у Ханны списанную тележку!
— Бабушка Плохих девочек? — улыбнулся Асадов.
— Меня все так называют, — призналась ему Елизавета Алексеевна.
В мозгу Асадова что-то встрепенулось. Встрепенулось и затихло.
— А Хелена где? — спросил он, потирая лоб, и наткнулся на непонимающий взгляд. — Лена, где она?
— Хе..? Але..? А, Леночка! Уехала по делам, скоро будет дома, — глаза пожилой леди странно забегали.
— Я обещал девочкам, что поговорю с ней, — объяснил Артем.
— Знаете что? Приходите к нам сегодня на обед, — внезапно предложила Елизавета Алексеевна, — у нас сегодня курица со шпинатом в сливочном соусе.
— С удовольствием! — заверил Асадов. Подмигнул девочкам, отчего те немного оживились, попрощался с их бабушкой и вернулся в отель.
— Дорогой, нам принесли завтрак! — встретила его Владислава, наряженная в кружевной пеньюар, который, Артем готов был спорить на новый «Резорт», присоветовала его маман.
Он, кстати, такие терпеть не мог. Ему «вставляли» совсем другие модели, короткие и прозрачные.
Представил Плохую Хелену в такой штучке, и еле сдержался, чтобы не поправить ширинку. Не хватало, чтобы временная жена приняла это на свой счет.
— Завтрак? Отлично, — он подошел к столу и откусил половину круассана. — Будь добра, распорядись, чтобы мне накрыли в кабинете.
— Как это? — глаза Кругловой сделались такими же круглыми, как ее фамилия. — Я думала, мы позавтракаем вместе.
Артем налил из кофейника кофе, положил надкушенный круассан на тарелку и доверительно склонился над Владиславой.
— Слушай, Владка, я вот думаю, ты зря не махнулась на динозавра. Поверь, от него было бы намного больше толку. Все-таки, интерактивный!
И направился в кабинет.
— На черта мне твой динозавр, — услышал за спиной ворчливое. — Лучше тогда домик для принцесс.
Артем хмыкнул, закрыл ногой дверь и уселся за ноутбук. Забил в поисковик «Павел Плохой», и как только на экране появилась информация, даже глаза рукой прикрыл.
Как он мог забыть? Известный успешный отельер, который погиб почти двадцать лет назад, и чьи отели прикарманил подонок Берсенев. У Павла оставалась маленькая дочь, Елена. И эта дочь лишилась отцовского состояния из-за глупости своей матери.
Так вот откуда ты взялась, фантастическая Плохая девочка!
Артем ругал себя, что забыл о Павле. Его оправдывало только то, что когда Плохой погиб, Артем был подростком. Но сейчас вспомнились все родительские разговоры.
Нужно попробовать больше нарыть о Берсеневе. Несправедливо, что этот мерзавец обманом пользуется чужим имуществом, а его законная владелица работает управляющей в чужом отеле.
Еще и сама растит троих детей. Не мешало бы еще узнать, куда девался отец-герой. Вот кому Асадов с удовольствием подправил бы аватарку.
И он обязательно сегодня пойдет на обед. Даже если это не понравится Елене Плохой. Не она его приглашала, а ее дочери. И бабушка. А кто в здравом уме откажется от обеда, на который приглашает бабушка?
Артем посмотрел на часы и открыл электронную почту. Надо поработать, пока есть время до обеда. Но все равно при этом не переставал улыбаться.
***
А я еще радовалась, что у меня дочки, а не сыновья!
Обвожу мрачным взглядом понурившую головы троицу.
Это же надо до такого додуматься! Поменять игрушки на Асадова. Представляю его физиономию.
Мда, жаль, конечно, что никто не догадался в этот момент его сфотографировать.
Выражение лица нашей новобрачной боюсь даже представить.
 
— Ну, и? — спрашиваю с надеждой. — Кто-нибудь объяснит мне, каким образом вы собирались меняться? Я жду!
Девочки переглядываются.
— Обыкновенно, — бубнит Маргоша. — Мы ей игрушки, она нам… его.
Представляю, как дочки везут Асадова на тележке через весь квартал и чуть не захожусь в истерическом хохоте. Но я хочу лишь отчитать детей, а не испугать.
— Почему вы без разрешения ушли из дома? — продолжаю допытываться. — Вы кого-то предупредили?
О том, как они уходили, даже не спрашиваю.
Ясно как. Бабушка дождалась, пока они выйдут на связь с преподавателем, и со спокойной совестью уснула.
Но у нас с детьми существует негласное правило — они не могут переступить порог, не спросив разрешения. Я сама пока еще никуда их не отпускаю, они слишком маленькие. А договорились мы заранее.
И каково же мое удивление, когда девочки радостно кивают.
— Да. Предупредили.
— Мы спросили разрешения, — добавляет Марьяша.
— И у кого же? — мне даже интересно. Я была вне зоны действия сети, потому что ездила в офис «Цитадели». С бабушкой тем более ясно.
— У дедушки Джорджа! — дружно отвечают девочки, и я вперяю взгляд в бабушку.
— Он разрешил, — на всякий случай добавляет Марьяша.
— Мы ему все рассказали, — объясняет Миланка.
— Ты не отвечала, а бабушка спала, — сдает все пароли Маргаритка.
Это правда, я когда вышла из офиса, увидела пропущенный звонок от детей.
— И откуда же он узнал, кто тут у нас в гостях, а? — спрашиваю медовым голосом, сверля бабушку взглядом. Она виновато моргает, и у меня появляется стойкое ощущение, что я в осаде.
Мистер Рич давно выдал девочкам свой личный номер и сказал, что они могут звонить ему в любое время. Еще бы наш добрый дедушка Джордж не разрешил им выменять на пластиковую курицу родного отца!
— Влада Асадова наша гостья, — пробую достучаться до упрямо насупленных малышек. — Вы подумали, как это отразится на репутации отеля?
— Мамочка, — вдруг говорит Марьяша, захлопав ресничками, — но если он уедет, как же мы потом его найдем?
— Он может никогда не вернуться, — шепчет потерянно Милаша, — а он нам больше всех подходит!
Этот аргумент полностью выбивает из-под ног почву. Моя девочка права. Шесть лет наши с Артемом пути не пересекались. Какие шансы встретить его снова? Никаких. Если честно…
И я снова ощущаю жгучую вину перед своими детьми.
— Не сердись, мамуля! — девочки чувствуют, что я дала слабину, и все втроем бросаются на шею. Это действует безотказно.
Все, что мне остается, это взять с них слово, что в следующий раз они не станут беспокоить дедушку Джорджа. А разбудят бабушку.
Малышки убегают в детскую, и я не успеваю ничего сказать.
— Аленка, честное слово, я прилегла буквально на минутку, — самоотверженно говорит бабушка, и я скептически хмыкаю.
Хорошая такая получилась минутка. Насыщенная.
У девочек закончился урок, они успели сбегать к Ханне за тележкой, сгрузить игрушки и привезти их в отель. А, еще и с мистером Ричем созвониться.
Но бабушка так виновато смотрит, что я вздыхаю.
Я все понимаю. Ей тяжело с тремя, она и так мне очень помогает. Бабуля тем временем скорбно качает головой.
— Тебе не мешало бы больше уделять внимания детям, Аленка. Они совсем от рук отбились, — и многозначительно добавляет: — Без отца!
Она мне уже успела выесть в мозге огромную дыру насчет того, что я должна все рассказать Артему. Но я не остаюсь в долгу.
— Откуда Рич знает про Асадова? — подозрительно щурюсь. — Это ты ему доложила?
— Не помню, — честно глядя в глаза, отвечает бабушка, — может и говорила. Так, мельком упомянула…
Снова все то же чувство, что я окружена. Решаю сделать себе кофе, но только встаю со стула, как раздается звонок.
— Это Артем! Он приехал! — радостно визжат девочки, глядя в домофон, и я прирастаю к полу.