Две жены моего мужа (СИ)

— Ты прекрасный человек и где-то сейчас по Земле ходит мужчина, созданный специально для тебя. Просто вы еще не пересеклись, — пытаюсь воодушевить ее, а самой становится грустно от того, что мой любимый мужчина больше не мой.
Выйдя из парной, проходим на массаж, а оттуда в специальную зону, где можно посидеть и выпить чаю. На нас белые халаты и тапочки. Не знаю, как подруга, а я действительно отключилась от проблем на те два часа, что мы здесь.
  
— Зара, это ты? — слышу удивленный женский голос, поворачиваю голову и вижу Миру.
К нашему столику подходят две наши одноклассницы — тоже дочери богатых родителей и жены не менее состоятельных мужей. Мы с Индирой их терпеть не могли за заносчивость, но до сих пор вращаемся в одних кругах.
— О, там еще и Индира сидит. Наша сладкая парочка — вторит ей Данара.
Вижу, как подруга сначала напряглась, но быстро натянула на лицо притворную улыбку и посмотрела на них снизу вверх.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Как жизнь, девочки? — без особого интереса спросила подруга.
— У нас-то отлично. но мы слышали, что Зара разводится, — приторно-сладким голоском говорит Мира. Кстати, та еще стерва.
Случилось то, о чем предупреждала Индира: все кому не лень, будут полоскать наше грязное белье и, возможно, обвинять меня в черствости и бесчеловечности.
— Да, развожусь. Так получилось, — безэмоционально киваю.
— Я слышала, твой муж завел токалку, и она беременна, — Мира хочет казаться милой и участливой, но в голосе так и слышится злорадство.
— Да ты что? Бедняжка, как же ты теперь живешь? А ведь все думали, что у вас крепкий брак, — охает Данара.
Я в ступоре и впервые не могу ответить. В поисках поддержки смотрю на Индиру, и она понимает меня без слов. Подруга встает с кресла и оказывается на голову выше Миры. Она берет ее за лацкан халата банного халата и улыбнувшись, громко говорит:
— Девочки, а не пошли бы вы на х*й.
Мы тут же приковываем внимание других посетительниц спа. Все они повернули головы в наши стороны и ждут, что будет дальше. Но Индира не дает Мире и Данаре опомниться.
— Хотя подождите. Твой муж, Мира, кажется, уже давно не слазит со своей токалки. Бедняжка, как же ты живешь так? — подруга с удовольствием насмехается над одноклассницами. — А твой, Данара…Напомни, на каком он месте в “списке “Айки”?
— Этот список фейк! Его слили, чтобы шантажировать бизнесменов! — красная как помидор Данара истерично оправдывается.
— Да, конечно, — цокает Индира и скрещивает руки на груди. — А слухи про его фавориток из ВИП-эскорта — это просто слухи.
— С*ка, — шипит Данара. — Неудивительно, что тебя муж избил.
Все происходит очень быстро. Индира хватает Данару за волосы и тянет на себя. Кто-то из посетительниц вскрикивает, и в зал забегает растерянная девушка-администратор.
— Мы все знаем, Данара, что и твой далеко не ангел, — шипит Инди. — Или ты не все знаешь о его тайных увлечениях?
— Заткнись, — вопит Дана.
— Извините, пожалуйста, — лопочет девчушка в форме, — вы не могли бы пожалуйста, отпустить гостью. Прошу вас, давайте все успокоимся.
Индира не просто отпускает одноклассницу, а чуть не швыряет ее на пол. Но ту удерживает ее подружка Мира. Вместе они быстро выходят из комнаты, бросив напоследок, что мы дуры.
А моя подружка садится за столик, с невозмутимым видом берет в руки белоснежную чашку и делает маленький глоток чая.
— У меня только один вопрос, — смотрю на нее с восхищением. — Откуда ты знаешь об увлечениях мужа Данары?
— Не знаю, — расплывается в улыбке Индира. — Я просто взяла ее на понт.
— Ты страшная женщина! — качаю головой, еле сдерживая смех.
— Да. Поэтому со мной лучше дружить, — она расплывается в коварной улыбке.
СПРАВКА: Список Айки — это утечка документов в интернет, содержащих личные данные предполагаемых клиентов элитных эскортниц самих дам легкого поведения, работавших на вип-сутенершку Айку. В этом спорном списке упоминаются имена известных людей в Казахстане. Некоторые считают этот список фейком и рычагом давления на бизнесменов и политиков.
  
Глава 25
 
Вернувшись из спа салона, снова погружаюсь в тишину большого дома. Поднявшись на второй этаж, замечаю, что в комнате Карима горит свет, но не захожу к нему. Мы снова в доме одни: рабочий день Нурии закончился, Аскар у нас уже не ночует, а Дильназ снова осталась у свекрови. Енешка, кстати, на меня обиделась из-за того, что я сбросила ее любимчика Карима с пьедестала. Теперь она говорит со мной сдержанно, коротко и по делу. Комментарий по поводу совета директоров лаконичный: “не ожидала от вас с Искандеров такой подлянки”.
Впервые пришлось уколоть ее, сказав: “И я не ожидала такой подлости от своего мужа”.
Енешка поджала губы и нахмурилась, но ничего не ответила. Понимает, наверное, что я права. Зато потом мне позвонила мама и отругала за такое неуважение. Она тоже в шоке от того, что я учудила. Еще больше — от того, что Аделина приложила к этому руку. Хотя она просто вскользь бросила фразу о возможной смене генерального. Но я за нее ухватилась.
Сейчас мне как никогда надо поговорить со старшей сестрой. У нас вечер субботы, а у них в Нью-Йорке день только начинается. Прислонившись к мягкому изголовью кровати, нажимаю на белую иконку мессенджере и жду ответа.
— Зара! Твои ранние звонки скоро сведут меня с ума, — смеется Ада, которая с недавних пор стала произносить мое имя на английский манер, с мягкой буквой “р”.
— Я же знаю, что ты уже не спишь, — улыбаюсь ей в ответ, глядя на счастливое, светлое личико Аделины — матери троих детей. — Прекрасно выглядишь.
— Don’t lie (Не ври), мы с Мэттом полночи клеили этот чертов макет солнечной системы для выставки Тима.
Мэтт — это муж Ады, с которым она познакомилась на последнем курсе университета. Поженились они позже нас с Каримом, и осели в самом большом городе Америки. Оба работают и растят двоих мальчишек-погодок и одну дочку.
— А почему Тим сам его не клеил?
— Мы всей семьей его клеили, но дети сошли с дистанции.
— Хай, Зара! — в камеру заглядывает племянница четырехлетняя Амелия и машет мне рукой.
— Hi, baby (Привет, детка)! Как дела?
— Хорошо, — с сильным акцентом отвечает девчушка. — Ты и granny (бабушка) приедете к нам скоро?
Умиляюсь тому, как старательно и в то же время смешно она выстраивает предложения на русском.
— Бабушка точно приедет, а мы с Дилей пока не знаем.
— Baby, go play with daddy please. Tell him mommy is talking to aunt Zara. (Детка, иди поиграй с папочкой, пожалуйста. Скажи ему, что мама говорит с тетей Зарой), — просит Ада на безупречном английском.
— Okay. Bye, Zara! (Окей, пока Зара!) — помахав ладошкой на прощание, Амелия убегает, а мы с Адой, наконец, можем спокойно поговорить.
— Рассказывай, — строго велит она.
— Что рассказать? Теперь все знают, что у нас случилось. Столкнулась с одноклассницами в спа, они меня ехидно жалели. Потом Индира их шуганула и послала на три буквы. А я пока еще не знаю, что делать дальше.
— Не думала, что ты сразу начнешь действовать. Надо было сначала посоветоваться с кем-то. Хотя бы с Искандером.
— Он-то теперь больше всех рад. Для него это было неожиданностью, но я уверена он справится.
— Искандер, может, и справится, но удар по самолюбию Карима ты нанесла жесткий. Он же с детства number one (номер один). Тетя Рианна за младшим так не бегала, как за ним. А дядя Даниал, я помню, уже со старших классов обрабатывал его и готовил, как преемника.
— Знаю. Карим очень злится. Считает меня предательницей.
— В таком случае один-один. Или как говорится, око за око, зуб за зуб. Ты знаешь, я не сторонница мести бывшим и все такое. И Карима я люблю. Давай смотреть правде в глаза, он отличный руководитель. Мы с ним жили…как это по-русски? — Ада щелкает пальцами, пытаясь вспомнить нужное слово.