Кофе в постель, пожалуйста! (СИ)
Придя к выводу, что для завоевания Константина нужно что-то посерьезнее, я встала и прошествовала мимо него к дальним книжным полкам, аккуратно преодолев злосчастную ступеньку. Выудив там первую попавшуюся книгу и совершенно, вот совершенно случайно уронив ее, я с томным вздохом нагнулась за распахнувшимся при падении томиком. Конечно же, стоя спиной к заветному столику. И, разумеется, не сгибая ног. Когда моя вполне себе приличная юбка длиной по колено задралась до максимально допустимой в общественном месте высоты, я замерла, досчитала до пяти и только потом выпрямилась, чуть было не забыв поднять с пола раскрытую книгу. Делая вид, что читаю, посмотрела через плечо: Константин снова строчил что-то в ноутбуке, не отрывая взгляда от экрана. Р-р-р! Скрипнув зубами, я раздраженно посмотрела на книгу в своих руках, будто это она была виновата в моем провальном пикапе.
«Мужчины влекутся к позорным деяниям многими страстями, а женщин же ко всем злодеяниям влечет одна страсть, — гласили строчки, от которых у меня глаза полезли на лоб, — ведь основа всех женских пороков — это жадность». А? Это ты мне, Вселенная? Даже ты сегодня не на моей стороне!
Сердито захлопнув книгу, я собралась уже модельной походкой вернуться к своему месту, но вдруг увидела то, чего никак не могла здесь увидеть.
На стене, прямо напротив барной стойки, красовалась знакомая картина. С трудом поборов в себе желание как следует протереть глаза, я уставилась на мамину «Танцовщицу», раскинувшую руки на фоне широких огненных мазков. Запрокинув голову, она отставила назад ногу, скрытую длинным подолом красного платья, и не проявляла никакого интереса ко мне — своему прототипу, потратившему на позирование почти пятнадцать часов свободного времени. «Подбородок выше! — тут же раздалось в голове эхо маминых указаний. — И разверни корпус правее, не ломай мне композицию, Тамара!» Невольно попятившись от холста, который еще долго будет являться мне в ночных кошмарах, я забыла об опасной ступеньке и нелепо взмахнула руками, все еще сжимая в одной из них трактат по демонологии.
— Осторожнее, — предупредил меня тихий мужской голос с легкой хрипотцой, в то время как упершаяся в спину ладонь не дала позорно упасть на лопатки. — Здесь приступка.
— С-спасибо… эм… Кирилл. — Во взгляде бармена, впервые услышавшего свое имя в моем исполнении, смешался легкий коктейль из удивления и любопытства. — Засмотрелась на картину. Красивая, да?
— Да, — кратко согласился со мной парень, помогая спуститься с коварного подиума, — очень чувственная.
Ой, а у него сережка в ухе, оказывается. Интересная такая, в виде свернувшегося кольцом Чужого.
— Ммм, наверное…
Краем глаза заметила, что Константин наконец поднял голову и посмотрел в мою сторону, привлеченный тихой беседой. Воодушевленная, я скомканно поблагодарила бармена за помощь и направилась к своему столику, стремясь закрепить неожиданный успех. Проходя мимо Константина, призывно и многообещающе улыбнулась, и он, поймав мой прямой взгляд, ответил улыбкой. Исключительно вежливой улыбкой и не менее вежливым вопросом:
— Почитать решили?
— Да вот… В целях саморазвития…
Мы синхронно покосились на обложку выбранной мной книги, мрачно сверкнувшей заглавием «Молот ведьм» на фоне пылающего костра. Оу.
— Что ж, как говорит Фолкс, книги — это ключ к реальности, — прокомментировал мой странный выбор Константин и вновь отвернулся, уходя в свои записи.
Ну уж нет! Я три дня на тебя охотилась, каждый вечер сидя в засаде с чашкой кофе. И все это не для того, чтобы так просто сдаться!
Вернувшись за стол и чуть откинувшись назад в кресле, я скопировала позу Константина и, достав из сумочки карандаш, потыкала им в раскрытую наугад книгу. Если уж техники НЛП меня не спасут, то останется только признать свою несостоятельность и сдаться Игорю. Хотя нет, я не настолько еще отчаялась.
Я поводила карандашом над строчками и потерла пальцами переносицу, поправляя несуществующие очки. Нос уже начал побаливать от постоянного трения, но своего я добилась, сумев привлечь внимание журналиста, оторвавшегося от работы. Не успела обрадоваться, как стало понятно, что мужчина просто задумался и смотрит сквозь меня, постукивая ручкой по блокноту. Что ж, иду на абордаж! Я негромко кашлянула и пленительно улыбнулась, когда Константин, стряхнув задумчивость, перевел на меня осознанный взгляд.
Пользуясь моментом, я облокотилась на стол, чтобы вырез на груди предстал в самом выгодном свете, обхватила губами карандаш и чуть подалась вперед. Тяжелая артиллерия в бой! Медленно повертела карандаш во рту, поправила волосы. Бросила взгляд искоса и тут же опустила ресницы. Снова тряхнула волосами, которые уложила сегодня романтичными волнами, и боковым зрением заметила, что мои усилия даром не пропали.
Константин заметно оживился и, быстро что-то напечатав, захлопнул крышку ноутбука. Встретившись с ним взглядом, я послала ободряющую улыбку, которая, как магнит, должна была притянуть к себе желанную добычу. Подчиняясь ее притягательной силе, Константин встал и, захватив со стола мобильный, приблизился ко мне… И прошел мимо, прямо к барной стойке.
— Еще американо, будьте добры, — попросил мужчина, прежде чем скрыться в коридоре, ведущем к уборным.
Со злости я закуталась в кардиган, пряча порядком замерзшее плечо. Взяла свой стакан с кофе двумя руками и отхлебнула, глядя в окно. Да меня хоть прямо сейчас на фотку в инстаграм! Красивая девушка сидит в кафе — главная тема осенних фоток, у любого эстета уже давно бы случился визуальный оргазм. Почему наш любитель искусства не обращает внимания на такое очарование?
Чувствуя, что просто так раздражение не уляжется, я разблокировала экран телефона и открыла мессенджер. Набрав Вере жалобное «Кажется, соблазнение не моя стезя», я отложила телефон, и вновь уставилась в окно, где начал моросить дождь. Ну вот, а я опять забыла зонт дома…
— За счет заведения.
Я вздрогнула и немного растерянно посмотрела на Кирилла, внезапно очутившегося совсем рядом. Молодой человек принес мне новую порцию кофе и блюдечко с кусочком пирога, украшенного черникой, чуть присыпанной сахарной пудрой. Не дожидаясь благодарности, бариста вернулся за стойку, а я едва слышно вздохнула. Вот теперь картинка стала идеальной, хоть сейчас на рекламу кофейни. Ну и у кого тут больше художественного вкуса: у мужчины, уткнувшего нос в ноутбук, или у человека, который варит мне кофе?
Вяло ковыряя халявный десерт, я почувствовала вибрацию браслета, оповещавшего о новом входящем. Странно, Верунчик обычно так быстро не отвечает. Глянув на экран телефона, я прочитала: «Эй, кого ты там соблазняешь без меня?» Вот только отправителем значилась вовсе не Вера. Чувствуя, как по спине стекает холодная капелька пота, я застыла, глядя на аватарку с гепардом: предыдущее сообщение улетело к нему, когда я случайно ткнула в соседнюю строчку.
Стоп, а почему это я так разволновалась? Вот если бы моя личная переписка засветилась в школьном чате, тогда можно было бы проявить беспокойство. А фелинолога я и держу у себя для подобных бесед, разве нет?
«Прости, это не тебе», — напечатала я, быстро успокоившись.
Взяв второй стакан с кофе, сделала большой глоток и попробовала кусочек черничного пирога. Ммм, вкуснота!
«У меня появился конкурент? — Ответ гепарда, как всегда, не заставил себя долго ждать. — Имей в виду, я рассчитываю на эксклюзивность наших отношений».
Ой, какая прелесть.
«Не подумай, такие отношения у меня только с тобой!»
«О, ты научилась выделять слова жирным шрифтом?»
«Как видишь, я хорошая ученица», — набрала я, продолжая наслаждаться десертом.
«Так и хочется научить тебя плохому, детка!» — признался неизвестный, отчего я фыркнула себе под нос.
Заметно повеселев, я набрала ответ с шутливым требованием дать мне несколько уроков соблазнения, и подняла глаза от телефона. В углу сидела парочка новых посетителей, на приход которых я даже не обратила внимания. Кирилл, уже успевший их обслужить, стоял за своей стойкой и, медленно прихлебывая кофе из маленькой чашечки, смотрел прямо на меня. Указав на пирог, я улыбнулась и подняла вверх большой палец. Он в ответ показал на меня, затем на уголки своих губ и тоже поднял большой палец вверх. Доволен, что смог порадовать клиента? Как это мило!