Кофе в постель, пожалуйста! (СИ)
— Тамара, вы обворожительны. — Вот же, я и не заметила, когда Константин вернулся на свое место и принялся наблюдать за мной, сняв очки и прикусив их за дужку. — Сегодня особенно.
— Спасибо, мне очень приятно, — отозвалась я, одарив мужчину своей самой вдохновляющей улыбкой. — А вы сегодня особенно трудолюбивы.
— И не говорите. — Константин вздохнул, устало потер глаза и расплывчато пояснил: — Надо было срочно решить одну проблему.
— Но вы справились? — спросила я и плавно переместилась к его столику, положив руку на спинку свободного кресла. — Позволите?
— Да, я как раз все закончил, присаживайтесь, конечно, — рассеянно произнес журналист, убирая со стола ноутбук, лежащий рядом с чашкой кофе и красивой записной книжкой.
На исписанных страницах пестрели непонятные наборы букв и цифр вроде «M249» и «XM1014», перемежаемые столбиками каких-то заметок. Увидев мое любопытство, Константин деликатно закрыл и спрятал книжицу, на обложке которой я успела рассмотреть золотое тиснение в виде переплетающихся букв «К» и «Р». Сразу понятно, что дорогая вещь, сделанная на заказ.
— Эм… — замялась я, судорожно ища тему для разговора. — А почему вы работаете в кафе? Вас не отвлекают разговоры посетителей и звуки кофеварки?
— Здесь очень удачное сочетание шума и тишины. Дома последнее время слишком спокойно. Я люблю, когда вокруг кипит жизнь, что-то происходит, меняется.
— Вот как…
Черт, а что дальше-то? Все приемы обольщения, известные мне в теории, я уже применила — между прочим, впервые в жизни. Как-то так вышло, что инициаторами моих предыдущих отношений всегда были мужчины, а мне оставалось только благосклонно принимать их ухаживания. К смене ролей я оказалась банально не готова.
— К слову об изменениях, — вдруг помог мне Константин, когда я уже всерьез подумывала заговорить о погоде, — вы заметили новую картину?
О нет, только не это! Может, лучше обсудим дождик?
— Посмотрите, как интересно падает свет на ее спину, — тем временем продолжил ценитель прекрасного. — Будто проходит сквозь ткань. Невероятно талантливо! И… как бы это сказать…
— Чувственно, — подсказала я и покосилась в сторону Кирилла, протиравшего стол, на который неловкая девушка только что пролила кофе.
Красивые у него все-таки руки. Особенно когда рукава вот так по локоть закатаны.
— Именно! Чувственно! На мой взгляд, очень верная характеристика, — восхитился Константин, невероятно воодушевившись. — Интересно, кто автор? Ага, кажется, там есть подпись…
Увлеченный своим маленьким исследованием, Константин подскочил с места и целеустремленным шагом прошел к «Танцовщице». Смирившись с неизбежным, я поднялась и последовала за ним. В душе ворочались смешанные чувства: сквозь разочарование от того, что Константин ради картины покинул межсубъектную зону интимности, пробивалось самолюбивое понимание, кто именно изображен на полотне, заинтересовавшем мужчину. В принципе, он только что променял оригинал на копию. Может быть, стоит просветить его на этот счет?
— Вот тут, в углу, сигнатура, — пробормотал себе под нос журналист, почти уткнувшись носом в холст. — Жанна… Волынская? Волинская? Что-то знакомое…
Константин странно посмотрел на меня, но я лишь невинно захлопала глазами. Не может же он, в самом деле, знать мою фамилию? Андрей не стал бы просвещать его в этом вопросе. Успокоив себя подобным образом, я придвинулась поближе к мужчине, встав так, чтобы касаться его локтя, и тоже посмотрела на картину. Мама здесь превзошла саму себя. Ей удалось чудесным образом совместить телесность с духовностью, передать ощущение радости от движения, легкими штрихами обозначить страсть, горящую в сердце танцовщицы. Неудивительно, что Константин не может отвести взгляд от холста.
Искоса наблюдая за мужчиной, явно наслаждавшимся работой моей родительницы, я украдкой втянула носом его аромат: дорогой парфюм с популярными кедровыми нотами, смешанный с запахом тела, вызвал у меня вполне ожидаемую физиологическую реакцию. Я чуть прикрыла глаза и приподняла подбородок, чтобы мое сходство с женщиной на картине стало очевидным. Вот только предполагаемый партнер, не заметив моих потуг, достал смартфон и принялся что-то печатать. Да что с ним не так? Или со мной? Неужели я не в состоянии привлечь внимание понравившегося мужчины?
Не привыкла я все-таки к подобной охоте, одни осечки выходят да рикошеты по самолюбию. С резко упавшим настроением, я без слов двинулась к своему столику. Вдруг фитнес-браслет завибрировал, я на ходу подняла руку и увидела новое сообщение от гепарда: «Урок 1. Будь естественной». Вот паршивец! Но не успела ему ничего ответить, как левая нога провалилась в пустоту в том месте, где заканчивался коварный подиум.
— Черт!
Нога подвернулась, и в глазах потемнело от боли. Вскрикнув, я чуть было не упала, однако совершенно неожиданно была подхвачена на руки.
— Тамара, осторожно! — Константин, удививший быстротой реакции, поднял меня, будто перышко. — С вами все в порядке?
— Нога… — простонала я, мысленно прокляв треклятую ступеньку, а заодно и любимые сапожки на каблуках.
Мужчина стремительно подошел к креслу и, аккуратно опустив меня на сиденье, встал на одно колено.
— Позвольте я посмотрю?
Я коротко кивнула и зашипела сквозь зубы, когда теплые пальцы коснулись лодыжки. Темнота перед глазами уже рассеялась, но боль не отпускала.
— Ни перелома, ни вывиха, скорее всего небольшое растяжение. Нестрашно, но ногу лучше поберечь, — резюмировал Константин и вдруг выдал, уже набирая что-то на телефоне: — Я вызову такси и провожу вас домой.
Я резко вскинула голову, удивленно посмотрев на мужчину. А что, так можно было?
— Спасибо.
— Что вы, это мой долг. Простите, я покину вас ненадолго, надо сделать важный звонок.
Дождавшись моего кивка, Константин отошел за спину, скрываясь из вида. Я обернулась и, увидев, как мужчина прислоняется к дальнему стеллажу и роется в смартфоне, достала свой. Отправив фелинологу картинку с жирной черной галочкой, свидетельствовавшей о том, что урок по естественному поведению усвоен, закрыла мессенджер. Потерла больное место, попробовала наступить на ногу — и снова ойкнула. Как это все не вовремя! Или, наоборот, вовремя? Однако из-за ноющей боли оценить свою удачу не получалось.
Пользуясь одиночеством, успела написать Вере: «Если у меня с ним ничего не получится, то психологу потребуется психолог». И даже получила ответ: «В четверг муж с детьми валит к своей маме с ночевкой. Приходи в любом случае!» Я невольно улыбнулась: все же верная подруга поднимает боевой дух как никто другой.
Такси подъехало очень быстро. Сразу после того, как моя цель расплатилась за кофе, а я прочла новое наставление виртуального секс-гуру: «Урок 2. Пользуйся случаем». Признав своевременность совета, я попыталась встать и опереться на плечо Константина, но ковылять получалось очень медленно, так что мужчина, отмахнувшись от моих вялых возражений, снова подхватил меня на руки. И, вроде бы, я должна радоваться, наслаждаясь объятьями сильного и надежного спутника, его запахом и теплом, но острая боль в лодыжке не позволила мне должным образом проникнуться моментом. Пока Константин уверенно нес меня на руках, я, в пику всем любовным романам, думала не о наших бьющихся в унисон сердцах, а о том, как мне, мать твою, больно! Сквозь выступающие на глазах слезы я увидела Кирилла, который, глядя на нашу удаляющуюся композицию, подмигнул мне и беззвучно изобразил аплодисменты. Да я ведь не нарочно!
В машине, следуя теме второго урока блиц-курса по соблазнению, я села поближе к мужчине и послала по Ватсапу очередную галочку. Однако, несмотря на мои попытки максимально эффективно использовать короткий путь до дома, Константин упорно рассуждал о том, что в ближайшие дни мне нужно воздержаться от физических нагрузок, и даже перечислил список необходимых медикаментов, включающий три вида охлаждающей мази. Все это время меня не отпускало ощущение, что он специально издевается надо мной самым извращенным способом.