Между семьей (ЛП)

— Врунишка, — сказала я. Я уронила окровавленный нож и легко сбежала вниз по лестнице, миновав шеренгу эрлингов. Они не пытались остановить меня — на самом деле, казалось, они отступили от меня, — и к тому времени, когда я вернулась к Саре и Зеро, в рядах началось слабое шевеление. Одно оружие упало на землю и было поспешно поднято, но его владелец схватил его и бросился к двери.
  
Я настороженно наблюдала за остальными, стоя рядом с коленопреклоненной фигурой Зеро, но вскоре после того, как первый из них вышел из строя, остальные начали уходить по одному и по двое, сжимая оружие и избегая смотреть в нашу сторону. Я не винила их; кровь начала стекать к ним по лестнице, и, насколько я знала, это была первая смерть, которую они увидели.
— Врунишка, — снова сказала я Зеро, прислоняясь к его плечу и обнимая его за шею, пока смотрела им вслед. — Это нормально — пережить момент, когда ты думаешь, что кто-то, кого ты любишь, умер. Это нормально — нуждаться в моменте, когда кто-то, кого ты любишь, тоже предаёт тебя.
— Осталось совсем немного времени, — сказал он. — Слишком много всего происходит.
— Тогда у тебя нет времени не воспользоваться моментом, — сказала я. — Ты либо сейчас воспользуешься моментом сейчас, либо позже упадёшь в обморок. Выбирать тебе. Прямо сейчас нам никуда не нужно. Просто присядь на корточки и подыши немного, хорошо?
Он не сказал «да», но и не сказал «нет» — и не встал. Он просто сидел на корточках, опершись на колени и уставившись на мрамор, а я прислонилась к нему, чтобы дать ему время прийти в себя, и пыталась почувствовать то, что я могла почувствовать в комнате.
Большая часть того, что я ощущала, было небытием: огромное, пустое пространство, притворяющееся тем, чем оно не было на самом деле, и лишённое какой-либо жизни, которой не было в комнате, в которой мы находились. «Значит, Джин Ёна тут нет», — машинально подумала я, пытаясь отогнать мысль о том, что где-то в этом небытие может быть безжизненный Джин Ён.
— Я ничего не чувствую, — сказала Сара. Она взглянула на Зеро и спросила: — С ним всё будет в порядке?
— Ага, просто дай ему минутку, — посоветовала я. — Я тоже ничего не чувствую. Такое ощущение, что мы находимся в одной из комнат для компьютерных 3D-игр; мы могли бы идти куда угодно и чувствовать, что куда-то придём, но всё это время мы топтались бы на месте.
Сара скорчила гримасу.
— Спасибо. Это действительно утешительная мысль.
— Извиняй, — сказала я. — Не парься, мы обязательно выберемся.
Я немного прогулялась по комнате, чтобы посмотреть, что можно увидеть, и ненадолго остановилась в углу, где на стене висели забавные маленькие часы в виде мягкого завитка, который плавно складывался сам по себе и почти касался часов.
— У меня дома есть один из вас, — сказала я часам, затем оставила их там, где они были, и двинулась дальше.
Я не спеша обошла комнату, наслаждаясь мастерством всего этого, пока оно ещё было здесь, и наблюдая, как серебристая филигрань каждого образа всё ещё медленно распадается с каждым мгновением после смерти его создателя. Я, наверное, добрых полчаса бродила по комнате, пока Зеро молча справился со своими эмоциями, и когда мне показалось, что он вот-вот встанет, я направился обратно к нему.
Я ударила его коленом по ноге, когда он встал, и сказала:
— Ты же знаешь, что на самом деле я бы не стала убивать Джин Ёна, верно?
— Конечно, — сказал он, и на этот раз в его голосе звучала уверенность.
— Я бы сказала тебе, если бы могла сделать это, не выдавая свою затею, — сказала я. — Но я знала, что у меня будет всего секунда, чтобы поймать ублюдка, прежде чем он превратится во что-нибудь другое, как только поймёт, что я знаю, что он один из Джин Ёнов. Решила, что лучше схватить его как можно быстрее и безболезненнее, иначе он найдёт способ снова использовать этих бедных детей против нас.
Его огромная рука, холодная и влажная, обхватила мою.
— Спасибо, — сказал он.
— Эй, это мои слова, — сказала я ему.
— Нет, — сказал он, и на этот раз взял меня за обе руки и внимательно посмотрел на меня. — Спасибо, что позволила нам спасти всех.
— Ну, а для чего ещё нужны племянницы? — сказала я, улыбаясь ему. — Давай, нам лучше попытаться выбраться отсюда.
— Что с Джин Ёном? — спросил он, вставая. — Мимик, возможно, говорил правду, когда сказал, что работает с оригинала.
— Если он здесь, в доме, мы никогда не сможем его найти, — сказала я. — И не думаю, что он здесь: мимик не стал бы рисковать, выдавая себя за него, если бы он всё ещё был здесь и мы могли его найти. Думаю, он ушёл некоторое время назад; вероятно, он искал нас.
— Не жди, что он появится в доме, — сказал Зеро, и он очень осторожно не стал указывать на то, что, скорее всего, Джин Ён уже мёртв.
— Не, он, вероятно, задумал что-то ещё, — сказала я, потому что тоже не хотела говорить «мёртв». Я отказывалась в это верить: у Джин Ёна был план, когда я в последний раз видела его у окна, и он бы так легко не сдался.
Я в последний раз оглядела похожее на пещеру помещение и заметила серебристый отблеск, который всё ещё каким-то образом присутствовал в центре площадки наверху.
— Ой, — сказала я. — Нож никуда не делся.
— Должно быть, он предпочитает быть ножом, а не разделёнными частицами Между, — сказал Зеро.
— Похоже на то. Думаешь, мне стоит взять его с собой? Жаль оставлять его здесь.
Более того, мне казалось жалким оставлять его здесь, чтобы кто-то другой подобрал его и использовал. Дело было не в том, что я особенно хотела иметь своё собственное оружие, которое не нужно было доставать из Между; скорее, мне не нравилось создавать что-то, что явно доставляло бы удовольствие от существования, а затем оставлять это кому-то другому для использования.
Может быть, я была из ревнивых.
Я уже поднималась по лестнице, чтобы подобрать его, когда Зеро сказал:
— Принеси его. Посмотрим, пойдёт ли он с тобой. А ещё лучше, посмотрим, будет ли он на месте завтра, когда ты вернёшь его домой.
— Я больше беспокоюсь о том, будем ли мы здесь завтра, — бросила я через плечо, но сказала это бодро, и я чувствовала себя бодрой. Знаете, для той, кто только что убила другого человека, и её надежды снова рухнули. — Но ты же считаешь, что Джин Ён на самом деле на арене, верно?
— Думаю, Джин Ён настроен очень решительно, — сказал Зеро. — И, по-моему, мы не видели его в окнах этим утром.
— Ты думаешь, он мёртв или где-то здесь, — перевела я, подхватывая нож и бросаясь вниз по лестнице к двери. — Лады, это хорошо. Значит, он здесь.
— Я этого не говорил, — сказал Зеро, устремляясь за мной. — Пэт! Я этого не говорил!
— Не парься, — сказала я ему, улыбаясь через плечо. — Я говорила.
Я тоже мрачно держалась за эту мысль, потому что если Джин Ёна здесь не было, значит, он был где-то в мире людей и не подошёл к окну в то утро по неизвестной причине. Но если он был здесь, то как он сюда попал и почему мы его не видели? Хуже того, где он сейчас?
Здесь не было таких поворотов, как наплёл мимик, но дверные проёмы и лестницы определённо вели не туда, куда следовало, и мы довольно долго бродили по раздражающе чистым мраморным залам, прежде чем нам пришлось остановиться и подвести итоги.
— Ну, в любом случае, мы снова на нижнем уровне, — заметила я. — Это хорошо, не?
— Только если мы сможем найти выход, — сказал Зеро, его голос ещё долго звучал в коридоре, когда он вошёл в следующую комнату. Мы с Сарой последовали за ним, всё ещё не слишком желая надолго терять друг друга из виду.
  
— Он сказал, что он — ключ к разгадке, — заметила я. — Может, нам стоило таскать его тело с собой?
Сейчас было уже немного поздно для этого; я сомневалась, что мы сможем снова найти тот же уровень, не говоря уже о той комнате, в которой мы оставили его тело.
— Погодь, — сказала Зеро, напрягаясь. Он оглядел комнату, в которой мы находились, и я увидела крайнее раздражение, промелькнувшее на его лице на секунду, прежде чем он шагнул к ближайшей стене.