Любовь против (не)любви (СИ)

Птица взлетела и тюкнула Рональда сверху. Юные Блэк-Роки хихикнули, их отец и Джон ждали развязки.
— Не связывайся, хуже будет, — пихнул кузена Джейми.
— А чего хуже-то, от этого мешка перьев, что ли? — не понял тот, и был снова тюкнут клювом по макушке. — Ей вообще не положено летать, снег валит на улице! Откуда она взялась?
Похоже, у совы было собственное мнение о том, что ей положено — оно и неудивительно. Она подумала и тюкнула Рональда в третий раз.
— Доболтаешься, проклюёт она тебе башку, — мрачно сказал Джейми и отодвинулся подальше и от Рональда, и от совы.
И тут появились маги, все трое — и большой, и оба маленьких.
— Какое чудо, — сказал восхищённый Жиль совершенно искренне — Катерина читала его так же легко, как и нормальных людей. — Смотрите, — пихнул он мальчишек, — она ж волшебная! Видите, да?
Мальчишки закивали и затрещали быстро-быстро на неизвестном Катерине языке. А сове, судя по всему, прискучило злить Рональда, и она нормальным образом опустилась на лавку совой, а поднялась госпожой Бранвен — с рыжими кудрями, в ярком зелёном платье.
Грейс захлопала в ладоши, потом опомнилась и поклонилась. Поклонились и мужчины — даже Рональд, всё же, он был не со всех сторон пропащий.
— Кто вы, прекрасная госпожа? — спросил Жиль.
Он чужой, ему можно спрашивать, не стесняясь, и любопытство не позволит промолчать — поняла Катерина.
— Жиль, это госпожа Бранвен, она из Старшего народа, — сказала Катерина, как самая близко знающая гостью. — Бранвен, это господин Жиль де Риньи, маг, он помогает нам в нашей сложной ситуации. И его ученики — Ганс и Оливье. Джон, будь добр, представь остальных.
Джон представил родичей, гостей и отца Мэтью, тот просто остолбенел и даже креститься забыл. Ну да, они-то были знакомы с госпожой Мэгвин в обличье старухи, а Бранвен выглядит прекрасной зрелой женщиной!
— И чем может нам помочь прекрасная госпожа? — Жиль поклонился изящнейшим образом, уж точно никто другой такое не изобразит, даже Рональд, хоть он и придворный.
— Вы расскажете мне, и мы вместе подумаем, — сказала Бранвен. — У вас здесь так неладно, что даже мне донесли, а я была далеко, и попросили разузнать — почему так сильно смертью пахнет. И почему же?
Далее все расселись вокруг стола, и Джон ввёл Бранвен в курс дела — чётко и без сантиментов. Она молча выслушала, и только нос её заострился и стал очень-очень напоминать клюв.
— Вот, значит, как, прямо прорыв потустороннего. С этим надо заканчивать, иначе просто их станет столько, что нам не одолеть. А обращаться за помощью к кому-нибудь ещё я бы стала в последнюю очередь — слишком дорого та помощь может нам всем обойтись, — Бранвен обвела всех внимательным взглядом. — Подсчитаем силы?
— Извольте, прекрасная госпожа, — Жиль с поклоном принял ход. — Говорим откровенно, как есть, так ведь? Все с нами? Если что, сейчас самое время сказать о том, что кто-то выбывает из игры, — дождался кивков от всех, продолжил. — Итак, что у нас. Во-первых, святой отец. Вы ведь, госпожа, не отрицаете силу слова?
— Ни в коей мере, — покачала головой Бранвен. — Святой отец, вы с нами?
— Да, госпожа, — кивнул отец Мэтью. — Сделаю всё, что смогу. Если уж Кэтрин стояла против… этих, то кем я буду, если не встану рядом с ней?
— Вот и хорошо, — Жиль сверкнул глазами. — Рядом не нужно, лучше в сторонке, чтобы по вам случайно не прилетело. Дальше у нас два сына покойной миледи, отлично обращающиеся с оружием, знающие слова молитв и не имеющие ни капли магической силы. И их родич — ровно такой же.
Дождался от всех троих безмолвного подтверждения, продолжил.
— Дальше у нас гости, которые рассказывали о волках, — и с поклоном передал ход Эдварду.
— Нас трое, но моя молодёжь управляется с волками ловчее меня, — лорд Эдвард кивнул на сыновей.
— Тогда рассказывайте, что вы вообще можете. Если честно — я ничего не знаю о волках, о таких волках, которые могут принести пользу в нашем предприятии. Там, где я бывал, их не водится, — Жиль смотрел с интересом.
 
— Волки чуют нежить и способны её истреблять, а не порвать — так загнать туда, где порвут, — сказал лорд Эдвард. — У нас был случай десяток лет назад, когда человек в замке отчего-то не до конца умер, и повадился уводить живых, но двумя уводами дело и ограничилось, справились.
— Так у вас прямо боевой опыт, это же чудесно, — восхитился Жиль. — Значит, мы поручим вам присмотр за тем, чтобы ни один из наших врагов не сбежал, годится?
— Думаю, да, — кивнул лорд Эдвард.
— Миледи, — Жиль внезапно обернулся к Катерине, — мы рассчитываем на вас.
— Я понимаю, — отозвалась Катерина. — Это моё дело, я должна его сделать.
— Вам придётся биться. Вы можете, вы умеете, вы готовы, — Жиль смотрел внимательно и серьёзно.
Да как она сама на учеников перед экзаменами смотрела, так и он на неё сейчас. Только тут не экзамен, который можно пересдать, тут жизнь, эта их чёртова жизнь, где умереть можно, просто выйдя за дверь и заговорив с человеком, который тебе не только знаком, а даже и родной по крови. И чтобы не умерли другие, ей придётся биться. Но… она же будет не одна?
Катерина обвела взглядом всех, кто собрался в гостиной. Рон и Джейми смотрят недоверчиво, ну да не они тут главные, и от них вообще меньше всего толку. Джон… у него в глазах шевелится мысль о том, что выпускать женщину с кем-то биться — неправильно, её нужно спрятать и защитить, а биться должны мужчины. Но что делать, если им не подвластна эта сила, а ей — вполне?
— Да, я сделаю всё, что нужно. Постараюсь, — кивнула она.
— Замечательно, — он просиял улыбкой и обернулся к Бранвен. — Прекрасная госпожа, расскажите нам, чем вы сможете помочь.
Катерине было очень интересно, что скажет Бранвен — потому что она обходится с врагами вовсе не так, как говорил и показывал Жиль.
— Порождения смерти не властны над такими, как я, и не смогут причинить мне никакого вреда. Я буду с вами и не дам никому из них уйти. А ты сам?
— А я, как можно было догадаться, выступлю основной ударной силой. То, что взято смертью, нужно ей отдать. Так правильно и так безопасно — для всех. Иначе она и вправду может прийти и взять сама, и тут уж будет не до тонкостей — кто ещё жив на самом деле, а кто только воображает себя живым.
Катерина похолодела — а она-то кто? Жива ли она? Или только воображает себя живой? Но поймала ободряющую улыбку Бранвен — уж наверное, та всё знает о силах, при помощи которых Катерина оказалась в этом мире и живёт тут дальше, хоть и умерла. Дважды умерла, леди Маргарет права — и как Кэт, и как Катерина.
— Миледи, спокойнее, — улыбнулся ей Жиль. — Мы трое не позволим никому подобраться к вам, а вы будете поддерживать нас. Мы так пробовали, и у вас получалось. И теперь о важном, — глянул на всех стальным взглядом вечера первого дня. — Во время боя я буду опасен. Не только для наших беспокойных друзей, но ещё и для всего живого. Поэтому — не приближаться, пока я сам не скажу, что можно. Или пока кто-то из моих парней не скажет то же самое — внятно и определённо. Им не страшно, они сами такие, а миледи, — лёгкий поклон в сторону Катерины, — умеет защититься. Остальным близко не подходить, под ноги смотреть, с дороги убираться. Если не желаете встать под знамёна леди Маргарет, но как по мне, ей уже достаточно, — сказал он с обычной своей усмешкой.
— Что делать нам? — спросил Джон.
— Увы, служить приманкой. Тебе и Джеймсу. Если будут слишком приставать — можно попугать огнём, заготовить факелы, и не стесняться их жечь, освещать пространство вокруг себя и тыкать во всё, что враждебно. Рональд, факелы на тебе. А ещё можно пугать небольшим количеством крови, кровь — она живая, возвращенцы крови не любят и боятся. Но — осторожно, это на крайний случай, и чтоб не переборщить.
Кивнул Джон, кивнул Джеймс, Рональд просто побормотал, что согласен.
— И давайте поедим, — завершил Жиль. — С голоду на такое дело лучше не ходить — если можно выбирать, конечно.