Любовь против (не)любви (СИ)

— Так тоже можно восстанавливаться, рыжехвостая. Если по-быстрому.
Оказалось, что пока они друг друга били, в большом холле Джон принимал гостей. Да каких!
Эдвард Блэк-Рок, сед и благообразен, и при нём — два сына, блондин и рыжий.
— Миледи, — склонил голову глава семьи. — Жаль, что наша встреча случилась при столь печальных обстоятельствах. Сочувствую вашей утрате. Но вместе с тем жалею, что Генри осенью женили — я был бы рад видеть вас невесткой, — усмехнулся он, кивая на рыжего сына.
— Спасибо на добром слове, — усмехнулась в ответ Катерина. — Почему-то очень много людей желают заполучить меня в жёны или вот в невестки. Право, представления не имею, что во мне такого привлекательного. Неужели магическая сила? Или Торнхилл?
— Всё разом, миледи, — кивнул лорд Эдвард. — Но сейчас мы прослышали о вашей беде и прибыли помочь.
— Но… что вы сможете сделать?
— Волки не боятся нежити, — вступил в разговор сын-блондин. — А нежить боится волков.
— Это же замечательно, — влез в разговор Жиль. — И где ваши волки?
— Придут, когда будет нужно. Кто вы, молодой человек? — лорд Эдвард оглядел Жиля. — Одеты, как нездешний.
— А я и есть нездешний, — радостно кивнул Жиль. — Очень нездешний. Но случайно прослышал о здешней беде. И так случилось, что меня здешние безобразники тоже боятся.
— Неужели некромант? — с интересом сощурился лорд Эдвард.
— Он самый, — кивнул маг. — Жиль де Риньи, к вашим услугам.
— Очень к месту, — согласился лорд Эдвард,
Катерина хотела было идти командовать подготовкой комнат для гостей, но Джон остановил её, позвал управляющего Гаррета и велел заняться этим вопросом. А сам пригласил всех обедать, снова к себе в гостиную.
— А после обеда всем хорошо бы отдохнуть, — веско сказал Жиль. — Ночь предстоит непростая. Ваша неживая миледи потеряла двух бойцов, она попытается добрать новых среди живых. И просто — попытается. Нам нужно не дать ей этого сделать. И вообще — не дать сделать ничего. Но план сражения будем проговаривать уже перед сумерками, годится?
Возражений ни у кого не нашлось.
— Тогда пойдёмте, миледи, я вас провожу.
Он уже привычным жестом взял её за руку и повёл в её комнаты.
— Сможешь поспать, рыжехвостая?
— Не знаю, — вздохнула она.
— Смотри, а то останусь с тобой и буду укладывать тебя спать!
— Ты-то уложишь, кто б сомневался, — фыркнула она, настолько неожиданной показалась ей эта мысль.
Днём! С ним! С ума он сошёл, что ли?
А он уже привалился к двери и целовал её, да так, что у неё просто всё поплыло перед глазами от неожиданно нахлынувших ощущений. Как, как он так делает? Почему никто другой так не мог? Или это с ней что-то не так?
Видимо, последние слова она сказала вслух, потому что он смотрел нежно, гладил её щёку ласково и говорил тоже очень ласково:
— Кати, с тобой всё так. Ты прекрасна и отважна. Поверь, я видел многих дам, обладающих магическими способностями, но такую, как ты, вижу впервые. Ты просто невероятная.
— Но скажи, там ведь смерть, а мы тут вот… как можно-то!
— Ты же не хочешь умирать? Вот так, как они все? Значит, нужно им что-то противопоставить. То, что есть у каждого обычного человека — смех, жизнь, любовь. Конечно, силу магии и святости тоже нельзя недооценивать, но есть такие вещи, которые может делать каждый, даже если он не маг и не священник. Ну а мы с тобой — маги, так уж вышло, с нас другой спрос, мы можем больше, чем простецы, мы должны их защищать. Но и правила для нас другие, понимаешь? Нам нужно быть в силе и твёрдо стоять на ногах. Поэтому мы будем не только есть, пить, спать и смеяться, но и любить друг друга тоже. Ты восхищаешь меня, просто восхищаешь. Я готов смотреть на тебя вечность. И учить — если что-то знаю сам, и поддерживать.
И снова они целовались, сначала у двери, потом на лавке, а потом уже и на постели Катерины. Она немного беспокоилась — а что, если вдруг придёт Грейс, или того хуже — Джорджи, но потом решила — чему быть, того не миновать, как-нибудь разберёмся.
И решительно взялась за пуговицы его дублета. Даже если спать недолго — и то лучше без одежды, а если не только спать — так и вовсе.
   
48. Военный совет
 
— Рыжехвостая, просыпайся. До утра проспишь, а мы вроде воевать собирались.
Катерина проснулась от негромкого голоса Жиля. Да, точно, собирались. Она же как в чёрную дыру провалилась, хоть и вовсе не собиралась спать. Думала — так, поваляются немного, встанут да и пойдут. Дела замка запущены, совершенно не понять, кто что ест и кто на чём спит, и какие у кого насущные нужды, а она уснула и в ус не дует! С другой стороны, общая насущная нужда — это леди Маргарет и Роб, и все, кто там с ними. Наверное, им там тоже несладко?
Катерина вдруг вспомнила, как болталась под потолком у себя дома — там, в настоящем доме. И не могла ничего — ни говорить с детьми, ни уйти оттуда — пока её Мэгвин не забрала. Может быть, леди Маргарет тоже тут болтается, потому что ничего не может? И нужно её как-то подтолкнуть?
А Робу она искренне желала новой жизни — если вдруг найдётся могущественный маг, который мог бы ему эту жизнь подарить. Потому что… всё же, он спас Кэт после разгрома её родичей, и потом был ей неплохим мужем — по местным-то меркам, особенно — когда уехали в Торнхилл и он вошёл там во вкус. Помолиться хоть, что ли?
Но насмешливые и нежные серые глаза смотрели в упор — как ласкали взглядом, честное слово, и выметали из головы все лишние мысли. Вот умеет же так смотреть, невероятно просто! Мужик и маг! Где только научился, кто его такого вырастил и воспитал, где такие берутся-то вообще!
Мужик и маг обхватил её и зарылся носом в волосы на макушке.
— Готова? До заката надо со всеми договориться — кто где будет и что делает. И обязательно поесть.
— Готова, — выдохнула она.
Что ж, раз надо — значит, поднимаемся и идём. Впрочем, поцеловаться тоже можно — на силу, на удачу, на всё возможное будущее.
Грейс тихо сидела с книгой в гостиной и не выразила ни удивления, ни осуждения — когда увидела, что из спальни появилась не только миледи, но и залётный гость. Впрочем, как в здешних условиях скрываться от камеристок — Катерина не понимала. Они ж всё знают, вот вообще всё!
И как же хорошо, что у неё хватило душевных сил и ума вести себя безупречно, пока была замужем!
— Миледи, милорд, — кивнула Грейс. — Милорд Джон велел передать, что ждёт вас обоих у себя.
— Вот прямо обоих? — усмехнулась Катерина.
— Он говорил про вас, но добавил — если я знаю, куда делся милорд маг, то пусть я ему тоже скажу, — пожала плечами Грейс. — Вот, я и говорю.
— Спасибо тебе, о Грейс, добрейшая и заботливейшая! — поклонился Жиль без тени насмешки. — Но с вашего позволения, дамы, я пойду к себе, а уже оттуда — на военный совет.
— Так вас всё равно увидят, когда вы выйдете отсюда в коридор, — не поняла Грейс.
— А вот и нет, — подмигнул он. — Дамы, встретимся у Джона, — он помахал перед ними обеими несуществующей шляпой и сделался призрачным, а затем и вовсе исчез.
Катерина зажмурилась. Грейс взвизгнула.
— Зачем он так делает? — глаза камеристки были полны ужаса.
— Я полагаю — потому, что может, — вздохнула Катерина. — Пойдём.
А в гостиной Джона… о, лучшая из всех возможных новостей!
На спинке хозяйского стула сидела хорошо знакомая белая сова. Видимо, она появилась не так давно, потому что Катерина с Грейс захватили остатки всеобщего изумления. Хотя как — Джон смотрел с восхищением, Эдвард Блэк-Рок с любопытством, его сыновья переглядывались и что-то друг другу шептали. Отец Мэтью сидел в углу и молча наблюдал, поглаживая крест на шее. Джейми поглядывал хмуро — видимо, не забыл-таки предыдущий опыт, не вовсе беспамятный. А вот Рональд предыдущего опыта не имел, и ему, кажется, никто ничего не объяснил.
— Джон, для чего ты запустил сюда птицу? — недоумевал он. — Ещё загадит нам сейчас весь стол!