Любовь против (не)любви (СИ)

— И попросим отца Мэтью дать нам всем своё благословение, — промолвил Джон.
— Лишним не будет, — согласился Жиль. — Мы, конечно, все вернёмся, так ведь? — строго глянул на каждого. — Но бывает всякое, и лучше быть готовыми ко всему. Впрочем, не печалясь чрезмерно. Миледи, и вы, прекрасная госпожа, позвольте проводить вас к столу.
Подал руки обеим и торжественно, будто в танце, проводил к лавке. А Грейс тем временем покрикивала на кого-то — чтоб быстрее несли горячее.
  
49. Катя, иди вперёд
 
Катерина стояла неподалёку от входа в церковь — было решено в святом месте боя не давать, а выманить леди Маргарет и её отряд наружу. Метель утихла, но по небу неслись низкие тучи, а где-то за стенами штормило море. Жиль говорил, что в море возвращенцы не полезут — может, их попробовать туда загнать? Но они ж не пойдут — наверное…
Распахнули ворота замка — потому что чем больше простора, тем проще будет сделать то, что они задумали. Но выйдут ли призраки наружу? Выходят ли они вообще за стены? Осмелятся ли?
В нескольких шагах тихо переговаривались Жиль и его мальчишки, Катерина накрыла их защитным пологом — чтобы призраки раньше времени не учуяли. Она не понимала, о чём они говорят, а они бойко трещали, все трое, точнее — трещал Жиль, его слушали, соглашались, задавали вопросы, комментировали. Да, объяснение задачи перед тем, как её решать, всё верно.
Джон был в церкви, отец Мэтью там же — только его просили спрятаться, Джейми стоял на ступенях сбоку — вступить, если что-то случится с Джоном, а Рональд рядом с ним держал охапку готовых факелов — раздать тем, кто сможет держать, и зажечь.
Бранвен и Блэк-Роки ушли за стены — сказали, что подвластные им силы лучше выпускать там. Точнее, сказал лорд Эдвард, а Бранвен согласилась.
Катерина никогда не обращала внимания — в какое время появляются призраки. В полночь? Или как-то ещё? Жизнь без часов на руке быстро отучила следить за минутами — рассвет, закат, полдень, полночь — да и хватит.
Голос Джона послышался изнутри — громкий и размеренный, похоже, он читал молитву. Да, Жиль так и сказал — в сомнительной ситуации молитесь. Или ругайтесь, усмехнулся тут же, я, мол, сам не видел, но слышал авторитетное мнение, что против тёмных тварей помогает. У нас вроде не тёмные твари, а несколько другие звери, но вдруг?
И повторял ещё — случай несложный сам по себе, трудность в том, что их расплодилось много. Развоплотим, упокоим — и всё будет хорошо.
Так может, там, в церкви, уже есть, кого развоплощать? Катерина хотела дёрнуться внутрь, но её придержал черноглазый Оливье.
— Нет, мадам, нет, — прошептал он по-франкийски. — Мы с вами — секретное оружие. Мы — потом.
Катерине чуть плохо не стало, когда она увидела Джона, рядом с которым чинно шла леди Маргарет — сначала не касаясь плит пола, а после — не оставляя следов на снегу. Она что-то говорила — тихо и ласково, и не поднимала своего ужасного взгляда, и смирно двигалась в сторону замковых ворот. Но — следом за ней никто не шёл.
— Ничего, это ничего. Как только они почуют опасность — так она их позовёт, и они сразу же помчатся к ней, — шепнул Оливье.
Пара дошла до ворот и застопорилась. Джейми задёргался — видимо, хотел уже куда-то бежать, но Жиль поймал его взгляд и покачал головой — рано, мол.
Две призрачных фигуры показались в церковных дверях — вредная Нэн и ещё кто-то из прислуги леди Маргарет. Огляделись и двинулись к своей госпоже, Джейми едва успел отпрыгнуть и спрятаться. За ними потянулись стражник Честер, как был — с арбалетом, истопник с кочергой и конюх, тоже с чем-то в руках, и кто-то ещё. Роба видно не было.
Кажется, Джону удалось сдвинуть леди Маргарет наружу, за ворота. Он пошёл — и она тоже пошла. И её свита — за ней.
Из церкви послышался голос отца Мэтью — он громко читал «Отче наш». Жиль зажмурился и тоже стал говорить то же самое — только, как поняла Катерина, на языке, соответствующем латыни. Мальчишки сосредоточились и вслед за ним забормотали нужные слова.
 
Хвост призрачного воинства втянулся в ворота, Жиль огляделся и принюхался, вот да, прямо принюхался.
— В церкви чисто, — тихо проговорил он.
— Но… Роб не выходил! — Катерина и хотела увидеть мужа, и страшилась.
Потому что его придётся убить, и даже если не ей самой — всё равно придётся.
— Значит, он выбрался не через главный вход, — сказал Жиль.
Внезапно сделался призрачным и исчез — на несколько мгновений. И снова появился.
— Чисто, я убедился, — кивнул он. — Святой отец! Джеймс, Рональд! Выходите, я запечатаю церковь, чтобы они не смогли туда вернуться.
Жиль поднялся к распахнутым дверям и стал накладывать на них чары.
— Что вы хотите сделать с нашим храмом, молодой человек? — сурово спросил появившийся на ступенях отец Мэтью.
— Ничего особенного, просто не дать нашим друзьям возможности сбежать, как они уже пару раз делали. Им нужно до рассвета вернуться, а мою защиту они не преодолеют никак. Так что даже если кто-то сбежит от нас — то не сбежит от Великого Солнца. Ну, или от божественного возмездия, что, как по мне, примерно одно и то же, — пожал плечами Жиль. — Я потом всё уберу, вы не переживайте, — кивнул он отцу Мэтью.
Тот только вздохнул и перекрестился.
— Надеюсь, молодой человек, вы знаете, что делаете.
— Стараюсь, — поклонился Жиль и явно хотел добавить что-то ещё, но снаружи донеслись яростные крики. — Ох, надеюсь, не опоздали. Бежим, рыжехвостая!
Он схватил Катерину за руку, и они побежали — быстро-быстро, она пару раз думала, что сейчас упадёт в снег, но он держал и не позволял упасть.
За воротами до самого моря впереди расстилалась белая равнина — и сейчас вся она была залита светом полной луны. На снегу было очень хорошо видно фигуры — людей и… не только людей.
Такое ощущение, что отряд леди Маргарет увеличился минимум втрое — непонятным образом. Три Нэн, две Долли, четыре конюха… как она это делает, бездна её забери, думала Катерина, перебирая ногами. К счастью, сама миледи оставалась в единственном экземпляре.
— Она попыталась забрать Джона, но он не захотел! — Джейми попытался дать Жилю факел, но тот только отмахнулся.
— Сам держи, и смотри, чтобы были у Джона и Рональда, у остальных есть защита!
Призраков сбили в кучу — трое с факелами и ещё невнятные невысокие серые тени, Катерина пригляделась — волки! Серые волки с желтыми глазами, всё равно что светящимися в ночи. А сверху… Очевидно, это была Бранвен. Только раз в пять поболее, чем обычно — огромная и тоже как будто светящаяся. Она спикировала вниз и ударила когтями кого-то, кто стоял к ней ближе всех, раздался вопль, в её сторону выплеснулся сгусток тьмы, она увернулась и напала с другой стороны.
— Кати, — негромко сказал Жиль, — вот оно. Или мы — или они. Лучше, если мы. Поэтому — вперёд, — он поцеловал её, совершенно не заботясь о том, видят их или нет, и пропустил её перед собой. — Мы за твоей спиной. Ганс, держи, и если я совсем свалюсь — наденешь на шею, но только в этом случае, понял? — снял с шеи свой вычурный крест и отдал парню, тот спрятал в поясную сумку. — Всё, рыжехвостая, наш выход, иди вперёд!
Он говорил, а из него во все стороны ползли сверкающие серебристые щупальца. Катерине они показались совершенно прекрасными, хоть и страшновато было на них глядеть, но — то, что впереди, несомненно страшнее.
Она зажмурилась… и сделала шаг. Катя, иди вперёд. Обе твои жизни, и здешняя, и прошлая, тебя к такому не готовили, ну да что уж теперь, можно подумать, её готовили ко всему, что она пережила. К мужу-пьянице и мужу-бестолковцу, к беспросветной работе — что здесь, что там, к тамошнему безденежью, к здешним дурным мужикам…
Катя, иди вперёд. И делай, что должно.
Ей удалось сосредоточиться, пошевелить пальцами… и выпустить с ладоней первые несмелые искры. Они падали на снег, пугали призраков, и призраки отступали. Наверное, так тоже можно. Наверное, если оттеснить их к берегу моря, там Жиль их достанет.