Оазисы (СИ)

Но для Оседлых всё гораздо понятней, в каждом Оазисе свой свод правил. Соблюдай их, и всё будет отлично. А как быть Пилигримам? В Оазисах они подчиняются местным законам, но как поступать с другими Пилигримами, в Дебрях? Каким моральным правилам следовать?
У Пилигримов есть, конечно, определенные правила, но они больше касаются дележки товара и золота, а не таких тонких материй, как отношения с Пилигримами-женщинами.
Несмотря на усталость и обилие впечатлений, сна не было ни в одном глазу. Алан почувствовал необходимость разобраться в своих мотивах, планах и вообще всей той помойке, что скопилась в голове за последние недели.
Что он испытывает к Кассии теперь, когда она далеко не единственная женщина в его окружении, когда ее близость не туманит его рассудок и когда его естественные мужские потребности удовлетворены за прошедший день, вечер и ночь целых пять раз?
Крякнув, он встал и тихо вышел из домика. Сквозь ветви пальмы и лимонного дерева просачивался желтоватый свет фонаря. Ветерок, уже не такой жаркий, как днем, но весьма теплый, обдувал его голое тело. Рокот моря заглушали заунывные крики диковинной тропической птицы.
Он думал о Кассии. Не мог не думать о ней. Даже сейчас, когда он — Свободный гость Либеры с полным набором услуг, а одна из этих услуг лежит в спальне, готовая к любым его причудам…
Он думал о Кассии, и она не желала уходить из головы.
“Получается, я ее люблю? — спросил себя Алан. — Или это болезнь, навязчивое желание, усиливающееся из-за того, что своевременно не утолено?”
Ему в который раз вспомнился спор с Кроваком и Омаром о том, куда идти. Стефан несколько раз подчеркнул, что убийца Осаму не мог выйти из Либеры; либериане, сказал он, совсем не воинственны. Но Алан заупрямился, стал спорить и проиграл. Хотел ли он, чтобы Кассия передумала и отправилась с ним, чтобы мысль покинуть его вовсе не приходила ей на ум? Да. Хотел ли он прямо запретить Кассии уходить от него? Нет. Он хотел, чтобы у нее оставался свободный выбор, и она выбрала Алана…
Очень эгоистично, с одной стороны.
А с другой, раньше он никогда не сталкивался с такими задачами. Все его общение с женщинами ограничивались мелкими интрижками с доступными Оседлыми девицами. А долгосрочным планированием занимался Эмиль.
Так не пора ли начать решать новые задачи?
Алан вздохнул. Что толку думать? Осаму пришел явно не отсюда, оставаться надолго здесь не имеет смысла. Нужно спешить в Амазонию или Хэйдиал, если Кровак уже двинулся дальше. Спешка явно не понравится Димитрию, да и Матиасу и Тэну с их ограниченным набором услуг — тоже.
С неспокойным сердцем Алан вернулся в спальню, лег рядом с Ви и через несколько минут уснул. Утро вечера мудренее.
  
Глава 11. Клейменые
 
Когда Алан проснулся следующим утром, рядом на столике его дожидался легкий завтрак: нарезанные фрукты, поджаренные ломтики хлеба, яичница с полосками бекона и черный кофе. Ви напевала в ванной — прихорашивалась, наверное.
Когда он прикончил яичницу и уже расправлялся с фруктами, входная дверь распахнулась, и в спальню ворвался Димитрий.
Алан едва его узнал. Чистый, причесанный, с аккуратно подстриженной рыжей бородой, в легких белых одеждах — он совсем не был похож на себя прежнего.
— Дрыхнешь еще, Алан? — прогремел он, сияя благодушной улыбкой. — А, завтракаешь в постели? Это правильно! Я тоже только что как следует перекусил, даже еще не надев портки. Поработал ночью от души, аппетит разыгрался! — Он подмигнул.
Алан при появлении Димитрия поспешил прикрыться простыней и стал оглядываться в поисках одежды. Там, куда он бросил ночью, ее не оказалось. Видимо, Ви унесла.
— Где твоя компаньонка, Димитрий?
— Тесса? Отмокает в ванне, — фыркнул тот. — Утомилась, бедняжка. Между нами, Алан, я вчера был будто зверь! Никогда моё мужское естество не достигало таких высот. Я будто…
В комнату вошла Виолетта, одетая в короткий сарафан, избавив Алана от необходимости выслушивать скабрезные подробности проведенной Димитрием ночи.
 
— Доброе утро! — прощебетала Ви.
Димитрий поздоровался и — Алан не поверил глазам — поцеловал ей руку, вызвав взрыв звонкого смеха, причем сделал это вполне изысканно, без малейших намеков на похоть. Сколько Алан помнил Димитрия, тот вел себя с женщинами, как лось в период гона. Конечно, он сдерживался в отношении невест, соблюдая условия договора, или, по крайней мере, пытался сдерживаться, но мысли и тайные желания так и выпирали из него при любом удобном случае. Алан поразился: даже такой неотесанный чурбан, как Каганович, способен стать джентльменом, если живущее в нем животное досыта накормить.
— Где моя одежда, Ви? — Алан встал, обмотавшись простыней.
— Разве ее не принесли? — удивилась Ви.
— Кто принёс?
Вместо ответа она выдвинула один из ящиков комода и извлекла сложенные стопкой рубашку и саронг — прямоугольный кусок ткани, сшитый противоположными сторонами в виде этакой трубы. Оба предмета одежды были прошиты блестящей голубой нитью. Это явно была другая одежда, не вчерашняя. Убегая в ванную одеваться, Алан мимоходом подумал, что, получается, ночью кто-то посетил их гнездышко и обновил одежду.
Интересно, размышлял он, завязывая саронг и рассматривая себя в зеркале, как поступили бы либериане, будь с ними Кассия? Предложили бы компаньона?
Да ну, глупости. Компаньонки нужны, чтобы обновлять кровь Оазиса, вряд ли женщинам-Пилигримам тут предоставили бы местного красавца. Или всё-таки предоставили бы? Чем занимаются здешние мужчины, среди Пилигримов женщин-то немного? Вступают в кровосмесительные отношения?
И почему здесь все красивы и здоровы? Если либериане — плод любви местных женщин и Пилигримов, то этого по идее не должно быть. Что-то Алан не заметил, чтобы Пилигримы все как один были красавцами. Или имели безупречное здоровье. У Кровака и вовсе ожирение, а у Эмиля пошаливало сердце…
Много вопросов, мало ответов.
Алан вышел из ванной. Димитрий и Ви о чем-то весело беседовали.
— Чем будем развлекать себя сегодня? — поинтересовался Димитрий при виде Алана.
— Надо бы найти Матиаса и Тэна, — пробормотал Алан озабоченно, — узнать, как там они.
Димитрий скривился.
— Думаю, не скучают. У них есть право купаться, загорать, пить, есть и играть в мяч с местными. Предлагаю выяснить, какие еще развлечения нам полагаются. А то пропустим — придется ждать целое поколение!
Алан открыл рот, чтобы сказать, что у них только один день на развлечения, а потом пора продолжить поиски Рыцарей Дебрей. Ему ярко представилась бурная реакция Кагановича. Но он так ничего не сказал, уж слишком счастлив был Димитрий. Как-нибудь потом, попозже…
— Кстати, Ви, ты не ответила, кто принес одежду? — спросил он компаньонку.
— Прислужники, — отозвалась та.
— Такие же, как ты?
— Почти. Я не только Прислужница, но еще и Компаньонка. А те, кто обслуживает нас и других в Либере — они просто Прислужники. Здесь много градаций. Если они будут хорошо выполнять работу и пройдут Селекцион, они станут Свободными.
— А у вас рождаются некрасивые или больные дети? — допытывался Алан.
— Дружище, зачем тебе это! — сказал Димитрий. — Кто знает, может, они их топят в море! Нам-то что?
— Мне хотелось бы знать, — ответил Алан. Он повернулся к Ви, которая, как ему почудилось, слегка напряглась. — И как же поступают в Либере с больными и уродливыми?
Она захлопала длинными ресницами.
— Простите, но вам лучше обратиться к Старейшинам… Я могу провести вас к ним…
Алану в голову пришла занятная идея.
— Подожди, Ви. Ты сейчас моя компаньонка и должна выполнять все мои прихоти, верно?
Димитрий тяжело вздохнул и закатил глаза.
— Кроме тех, что нанесут моему или твоему здоровью вред… — пролепетала Ви. — Или не поспособствуют беременности…
— Но ты ведь должна отвечать на мои вопросы? Это ведь не нанесет вред нашему здоровью?