Проклятые М1 (СИ)
Айболиты хорошо потрудились, честь им и хвала, собрали мне руку можно сказать на совесть. Хорошо, что рядом скорая все еще была, и в ней на моё счастье работала отмеченная силой медсестричка, на эм спеца не тянувшая, но кое-что умеющая. Потенциал в девять единиц пограничный, может и усилится, а может так в стагнации и застыть. У дежурной в тот день медсестры усилился, скакнув сразу до тринадцати единиц. Многие этому факту обрадовались, в том числе и я. Чистых лекарей среди эМок до обидного мало, и можно сказать, что фортуна тогда улыбнулась мне послав именно ее. Рука на месте, кости собраны по осколкам-заживают ускоренными темпами, а обладательница такого редкого таланта сейчас спешно перед отправкой, сбиваясь с ног помогает всем пациентам подряд.
Понимала ли Света, такое имя было на бейджике ее халата, что она делает? По мне так все эти медицинские приблуды, ей только мешали. Вывести меня из шокового состояния, помогло простое касание теплой ладошки с тоненькими аккуратными пальчиками. Пилюли и препараты пасовали, выпущенный с такого близкого расстояния крест, не только срезал руку, он еще раздробил кости и обжог бок. Когда меня уже почти вынесли на улицу, прозвучал одиночный выстрел, оттуда из глубины бомбоубежища, это ранило меня еще больше. Спец средств, которые нам демонстрировали в центре, естественно под рукой ни у кого не оказалось. Вот и пыталась «сестра милосердия» помочь хоть чем ни будь. И сумела, неожиданно для всех и в первую очередь для неё я самой. Жаль так толком с ней и не поговорил, до операции практически только мычал да стонал, после, видел ее пару раз и то мельком.
Рука не сразу начала слушаться, и по наставлению врачей разрабатывал ее, то выжимая эспандер, то упражнениями на мелкую моторику. Последние давало возможность еще немного отвлечься и привести нервы в порядок. Знай себе шей потихоньку. Два три платочка в день, с перерывом на постный супчик, прием таблеток и спокойный сон. Изредка отвлекаясь на особо важные или интересные новости. Англичане смогли завалить Левиафана, что последние два месяца буквально держал в морской блокаде островное государство. По непроверенным данным морской народ пообещал сухопутным наглецам веселую жизнь. Брошенная на произвол судьбы Польша, похоже готова согласиться на предложение Берлина о вхождении в ее состав на правах автономии в обмен на защиту. По крайней мере, ведутся переговоры в этом направлении. Дания ужесточает меры в отношении нелегалов, как земных, так и внеземных. Слишком много их стало за последние полгода. Пакистан предпринял очередную ракетную атаку на Серебряные города, нарушая мирные договоренности, достигнутые в январе. По сообщению представителя Серебряных городов, Захира первого в круге, это наглость не останется неоплаченной. Маги быстрее многих втянулись в земную жизнь, вон интервью дают.
Впрочем, последние из разряда встретились два одиночества. Конфликт там может длиться годами. С переменным успехом. Это их внутренние разборки, и по большому счету, всем остальным не до них сейчас. Вот и меня к примеру, куда больше интересовала вышивка очередной чаши со змеей. Что-то во мне изменилось, имея всего три разных катушки ниток, черных, белых и зеленых, сумел оживить змейку. Если смотреть на нее прямо она не шевелится. Но если глянуть боковым, то можно уловить как она едва заметно двигается. Именно над этим кусочком ткани, трудился два дня подряд. Лоскуток, пять на пять, вырезанный из старой больничной простыни, с разрешения доктора естественно, теперь представлял своего рода эмблему медицины. Результат кстати понравился не только мне, но и моим товарищам по палате.
Долго думал, куда ее пришить или кому отдать, пока случай не свел меня с моей спасительницей. Света, забежавшая на прощание к нам в палату, словно принесла с собой лучик солнышка и отблеск счастья. Милая, рыженькая девчушка с веснушками, что не только не портили ее, а наоборот делали еще красивей. И добрая ласковая улыбка, всем и каждому. Вот кто должен носить эту эмблему, сомнений больше нет и быть не может.
-Светлана, спасибо тебе большое за все! Пожалуйста, возьми это. - Вложил ей в руку свое творение, когда наконец очередь дошла до меня. Каждый нашел благодарственные слова, пожалуй, не осталось равнодушных к ее доброте. Такие светлые люди не часто попадаются, и порой хочется сказать им спасибо, просто за то, что они есть. Боже, как же мило она смущалась, но от благодарностей не отказывалась.
- Прошу нашей его на халат и носи, это не простая вышивка, впрочем, в центре сама все узнаешь. И еще раз спасибо тебе.
-Поправляйтесь скорее, это будет ваше лучшие спасибо. - Ответ не то лично мне, не то всем присутствующим. И это небесное создание упорхнула, словно маленькая пташка в небо. Оставляя на сердце легкую грусть. Оставшиеся четыре дня, были серыми и незапоминающимися, пролетевшие за вышивкой единообразных крестиков, чаш и касок.
Выписали меня чуть раньше, по моей же просьбе, да и реальной необходимости дальше валяться не было. Два медицинских крестика, вышитых, наконец-то красными нитками, здорово подстегнули процесс регенерации. Рентгеновские снимки ставили врачей в тупик и порождали массу вопросов. В конце концов, все списали на проклятую силу, и в целом были правы.
Слух о волшебной больничной пижаме разлетелся со скоростью урагана, хотя всего-то главврачу и рассказал, объясняя, что это не хулиганство и не баловство, и уж точно не порча имущества. Доводы были неохотно приняты, но с одним условием, если анализы и наблюдения подтвердят это, то с меня еще такие заплатки. Во многом благодаря лечащему врачу, Павел Егорович оказался отличным мужиком и замечательным специалистом. Через него-то мне и удалось достать нужные нитки, иголки, и именно он дал добро пустить одну из простыней, хоть и чистую, но дырявую, на эти самые платочки. Он же держал ответ наравне со мной у Главврача. Когда же сомнений больше не оставалось, пришлось держать данное слово. Два десятка готовых нашивок крестиков и сердечек, были сданы под опись главврачу. Скажи кому раньше что платочки будут под опись принимать, и шуточек было бы не избежать, теперь же никто и не думал улыбаться. Пока вслух еще никто не сказал, что верит в подобные чудеса, но большинство однопалатников, пытались получить сувенир в личное пользование. Многие сетовали на непрочность изделия, в конце концов, ткань — это ткань, она со временем рвется, и пытались склонить меня сделать «эдакое» из проволоки или пластика. Хохмы ради, сплел одному настырному, из медной проволочки сердце и прикрутил его к внутренней стороне кожаного армейского ремня. Чуть подальше «девушки». Товарищ был жутко доволен, несмотря на мой скепсис. По мне так ничего в ремне не изменилось, добавилась еще одна неуставная вещь в армии, но не более.
Правду говорят, самовнушение сильная вещь, авось на пользу пойдет, плел проволочку уже под вечер, и сил почти не осталось, как душевных, так и энергетических. Так что проволочка скорей всего так проволочкой и останется. Выписать то выписали, но «потеряли» прод аттестат. Понятное дело, что никто его не терял, но на пару дней привязали к себе, очень уж хлопотно восстанавливать его дистанционно. Ну а пока канцелярские мыши его перепечатывали, мне как бы невзначай намекнули о возможности сшить еще пару тройку, уже безотчетных сувениров, с последующей благодарностью естественно. Ну, это обычное дело, лечь в больничку ой как не просто, а выписаться из нее еще тяжелей.
Глава 16. Различия мировоззрений.
Мерный стук колес скорого поезда убаюкал, нашли мне мой аттестат, да и особая благодарность была от души. И в целом жизнь на этот короткий период была замечательна. Требование на проезд, не розового цвета, а ярко фиолетового, позволило ехать в двух местном купе. А приятная чуть полноватая проводница, оказалась отличным собеседником. За разговорами чаем и не только, дорого пролетела, будто и не было ее. А на душе остался отпечаток от этой мимолётной любви. Никакой пошлости или грязи, так взаимное влечение друг к другу. Муж погиб еще до прорыва, глупая случайность. Дети уже почти сами по себе, а Любовь еще живет. Любовь, хорошее имя, да и чувство отличное от остальных. Что ж Любовь Николаевна, найдется местечко и для вас в моей душе. Очень хотел забыть Лену. Хотел и не мог.