Проклятые М1 (СИ)

Вокзал Колы, встречал меня радостными лучами солнца и невероятно свежим воздухом. Страна вроде и одна, но север или дальний восток, Урал или Кавказ, все иное. Везде хорошо, но по-своему. Единственно что роднит, так это, пожалуй, меньшие число людей на квадратный километр земли. Здесь счет идет на квадратные километры, возможно в этом и кроется причина отличий. Когда на маленьком пяточке набирается слишком много людей, в воздухе помимо духоты разливается раздражение, злость и даже ненависть. Малейший повод, и мы радостно начинаем ненавидеть все, что дает хоть малейший повод. У всех рубашка белая, а у кого- то синяя, уже можно начинать ненавидеть. Приезжий - понаехали тут! Любитель собак, а кто убирать будет? Найти причину для ненависти несложно, куда сложнее держать в себя в руках. Тем более, когда действительно есть повод для ненависти. К примеру, хоть и говорят, что у преступности нет национальности, но на фотороботах полиции под заголовком «их разыскивают» редкий случай, когда мелькают славянские лица. Вот и получается замкнутый круг, мы ненавидим, тем самым подталкивая к противоправным действиям объект своей ненависти. А когда объект даст хоть малейший повод, убьет кого или за своей собакой не уберет, это не суть важно, мы начинаем ненавидеть с новой силой. Но это так, только когда нас становится много, слишком много в одном месте. 
Родной город вплотную приблизился к опасной черте ненавистной многочисленности, да и режим осады подстегивает развитие такой ситуации. Что же говорить о столице, взятое в тройное кольцо, с понатыканными на каждом углу средствами слежения и предупреждения, и паранаидально настроенными рамками Кристалл ГМ. В конце концов плюнув на все это дело, нес удостоверение в руках, а сумку до конца не застегивал. Как мне стали столичные полицаи, кто бы знал. Долг долгом, но можно не так по - хамски себя вести. Другое дело Кольский патруль, с первых же слов понял насколько велико различие. Нет той спешки, присутствует вежливость и такт, да и руки никто не пытается заламывать, впрочем, это бесполезно, если сам не позволю либо не нарвусь отмеченного силой. Персональная нашивка на куртке в виде мускулистой руки с молотом сделанная эксперимента ради, огромное подспорье в мускульной силе, и не только. Впрочем, мужики вели себя очень приветливо, и оказали посильную помощь в ориентировании на местности. Расстался с ним с легким сердцем и хорошим настроением, что бывает редко после проверки патруля.
Нужный мне пункт назначение, здешняя комендатура. Я не первый и не последний спрашивающий, как добраться до Колы сто два. Позиционеры, таких вопрошающих, видели периодический и имели инструкции на наш счет. В принципе они делали чужую работу, но им «было не трудно» подсказать, куда и как идти и к кому обратиться на месте. Что ж, полученных инструкций хватило с лихвой дабы опознать в двухэтажном доме комендатуру, и даже найти нужный мне вход. Один вел в штаб городского ополчения, не имеющего связи с комендатурой. Кто-то когда-то замуровал проход кирпичами, с тех пор надо обходить по улице. 
Дежурный молча приняв от меня требование и предписание, со скучающим видом отметил у себя в журнале и будничным тоном, доложил как быть. Мне оказывается повезло, именно сегодня будет машина, которая проследует в сто вторую, альтернатива пешим ходом двигать пятнадцать-двадцать километров в сопки. Ориентируясь на местности самостоятельно и надеясь не сбиться с примерного направления. Поскольку такой увлекательный способ передвижения мне не по нутру, проще было посидеть подождать машины часика три. Чем я и занялся, в конце - концов, разного рода плакатов на стенах было много, да и ларек со свежей прессой был недалеко. Блажен кто верует, ждать пришлось, все пять часов и машиной оказался цельнометаллический кунг на базе КАМАЗа. То еще испытание для желудка в условиях естественной неровности местности. Кто ездил то знает, кто нет, тот пропустил увлекательный аттракцион. Впрочем, удалось пробиться в кабину, потеснив сопровождающего старшего мичмана.
 
Собственно, машина должна была отвезти матросов из роты обеспечения на месячную смену в сто вторую, а старший мичмэн, красавец мужчина с шикарными пышными усами, следить, чтобы все гидросолдаты оказались в назначенном пункте дальнейшего прохождения службы. С комментарием последнего, был полностью согласен «Чертова ротация, мать ее за ногу так!», небоевые части, периодически с какой-то маниакальной настойчивостью, тасовали взад-вперед. Какой в этом смысл, никто внизу толком не знал, а потому не понимал ради чего все это. 
Кола сто два, оказалось целым военным городком посреди сопок и сосен. В самом спартанском варианте. Двойные заборы с колючей проволокой уходили куда-то вдаль, прячась за снегопадом. Вышки постовых и таблички «осторожно мины» еще больше дополняли эту развеселую картину, правда была одна странность. Складывалось ощущение, что охраняют территорию сразу в обе стороны. И еще вопрос, что надежней: внешнею или внутреннею? Сидел бы не в кабине, этого бы не увидел, а так простор для полета мыслей и догадок. 
За время пути сумел насчитать еще два кольца из заборов, и чем дальше, тем основательней становилась охрана, тем напряжение постовые. Наконец за третьим кольцом из трехметровых бетонных плит, показались строения. Одноэтажные панельные казармы, полукруглые ангары, и четвертое кольцо. Просто металлические стойки с проблесковыми оранжевыми фонарями.Охватываемая ими территория ввергала в шок. Летний лес, с зелеными полянками, прилегающими лугами с высокой сочной травой. Правда ближе к ограждению трава была сухая и желтая, но из-за кольца явно тянуло теплым воздухом. Казалось, невидимый садовник решил разбить клумбу посреди пустыря, зачем почему, кто его знает. Однако факт на лицо, одна из зон нестабильности предстала предо мной во всей ее красе. 
Весь путь до штаба, рассматривал это чудо. Изредка, среди деревьев мелькали неясные силуэты. В траве мелькали зайцы, а в небе над чудным лесом кружили птахи самых ярких раскрасок. Солнышко прятавшиеся в свинцовом небе, делало исключение для этого места. Через небесное окошко освещало и грело этот участок местности. Пускай весна потихоньку брала вверх над заполярной стужей, там было вечное лето…
В штабе шло совещание, пришлось ждать пока начальство вдоволь наговориться. До сих пор не узаконившиеся отношения между спецами и обычными вояками, создавали кучу проблем. А такие обтекаемые фразы как, взаимодействие, совместные решения, или необходимое сотрудничество, никоим образом не помогали в этом деле. Такое ощущение, что над нами издевались, ранги лишь примерно соответствовали воинским званиям, скорее надо было ориентироваться на должности. Вот и сейчас, капитан третьего ранга - дежурный по штабу не знал, что со мной делать, не пустить нельзя, пустить тоже, и держать в коридоре постороннего это тоже не порядок. В итоге ждал совещание у него в рубке, заодно и поговорили за местную жизнь. Так в общих чертах, ведь, несмотря на все проверки и бумаги, режим секретности никто не отменял. Да я и сам все прекрасно понимал, к тому же меня интересовали куда более приземленные вопросы. Что с питанием, помывкой ну и досугом, куда ж без него. Дела с грифом, подождут, и так нагрузят в свое время согласно рангу, знать не будешь, как разгрести, это наверняка, а вот про насущное грех не выяснить.
В самом городке как выяснилось ловить особенно нечего, по оценкам капитана, если эМки еще хоть что-то могут, то остальные просто тащат службу. Питание нормальное, котловое, согласно нормам, в довесок дополнительный паек в счет особых условий службы. Помывка раз в неделю в бане, а так в каждой казарме бойлеры установлены. В общем, жить можно. Если совсем все плохо в личной жизни, то можно заглянуть к связистам на пункт связи. Естественно потихоньку и в отсутствии начальства. Но это если совсем туго, а так лучше дождаться выходных и поискать счастья в самой Коле. Насчет всего остального, зависит, куда именно меня планируют распределить. Фраза прибыть в распоряжение, может означать все что угодно. Могут, например, к тыловикам закинуть, в тряпках да ложках вилках копаться, а могут и в пятьдесят восьмую, что за периметр каждый день мотается. Те хоть ненадолго, но в лето попадают, пока третью эМ роту сопровождают. Расспросы про эту роту, наткнулись на напряженное молчание - капитан словно воды в рот набрал. С дебильным выражением лица, он смотрел в окошко рубки и молча потел.