Время взрослеть (СИ)

— Что это за место? — спросил Макс, рассматривая серые стены и пытаясь разглядеть через проемы окон, что происходит внутри.
— Почта, — хмыкнул Джонс. Он вышел из джипа и быстро добежал под козырек, почти не намокнув. Там он громко забарабанил в дверь кулаком. — Эй! Открывайте! Дэвид Джонс!
Им открыли быстро, пропустив внутрь. Там было невероятно душно и пахло пылью. Встретивший их бета был весьма примечательным. Белый, высокий и худой, с седыми длинными волосами, схваченными на затылке в конский хвост. Макс умел отличать пустой пол безошибочно, даже не обращая внимания на то, есть от них запах или нет. Как омегам присущи мягкие и нежные черты лица, а альфам волевой широкий подбородок, так и у бет имелись характерные черты. Зачастую их природа делала подчеркнуто правильными: полная симметрия на лице, волосы и глаза могли быть любого цвета, но куда тусклее, без блеска и излишней яркости. Взять того же Дэвида! Он был гаммой, и его взгляд едва ли не светился зеленью, а шевелюра переливались множеством тонов. А вот у беты было ровное непримечательное лицо, хоть и взрослое, но без глубоких морщин и серые безразличные глаза, слегка увеличенные из-за стекол очков. Несмотря на жару, он был одет в брюки и рубашку с длинными рукавами, застегнутую на все пуговицы.
  
— Ваша посылка готова, мистер Джонс, — учтиво произнес бета, жестом приглашая их к стойке. — Шесть коробок, как вы и заказывали. Хотите вскрыть и проверить?
— Да, — кивнул Дэвид. Он, а за ним и Макс, приблизились к массивному металлическому столу, на котором располагались грубо сбитые деревянные ящики с красными наклейками: «Важно! Срочно! Не бросать! Токсично!»
— Что это такое? — любознательно поинтересовался Макс, заглядывая Дэвиду через плечо.
— Экспериментальный препарат, — просто ответил гамма. Он забрал у беты предложенный ломик и без труда отломил крышку. Оттуда пошел пар и легкий холод, что немало удивило Макса. Все-таки вокруг стояла неимоверная жара, и как внутри могло быть холодно — неясно. Словно прочитав его мысли, Дэвид прокомментировал:
— Это сухой лед. Незаменимая вещь, на самом деле.
— Ты расскажешь мне, что это такое?
— Сыворотка, которая может стереть из памяти плохие воспоминания, — с толикой гордости в голосе сообщил Дэвид. Он вытащил из ящика небольшую ампулу с фиолетовой жидкостью и покачал ею у Макса перед глазами.
— Только плохие? — заинтересовался омега. Он попытался выхватить стекляшку у Дэвида, но не успел. Тот уже спрятал ее в ладони и заливисто засмеялся.
— Это пока не окончательная формула — пробная. Но в итоге — да, должна убирать только болезненные, тяжелые моменты, которые причиняют душевную боль.
— А сюда ты привез шесть ящиков для того, чтобы проверить, как работает сыворотка на местных? Так? — осторожно уточнил Макс. Он приблизительно прикинул, сколько таких ампулок может быть в одной коробке, и едва не закашлялся от масштаба эксперимента.
— Ну не гробить же американцев, честное слово, — хмыкнул Дэвид. Он вытащил свернутую пополам лист и стал читать, что там написано.
— Эм…, а на животных как прошло?
— Я люблю щенков и обезьянок и не провожу на них опыты, — невнимательно отозвался Джонс. На секунду Максу показалось, что его обдало ледяной водой. Этот гамма был вовсе не тем, кем выглядел. Красота и приятный притягательный запах прятали под собой жестокость и вероломство, холодный, расчетливый ум и внутреннее согласие жертвовать огромными массами при достижении своей цели.
— А… темнокожих, значит, не любишь? — сглотнув, вернулся к разговору Макс. — У вас с Чарльзом это общее, да?
— Если ты знаешь, как выяснить у животных, помнят ли они свои неудачи и потери, то я тебя с удовольствием выслушаю, — заверил Джонс твердо, намекая, что не желает дискутировать на эту тему. Да уж! — И что, Чарльз поссорился с местными?
— Поссорился? Нет! Нельзя поссориться с тем, кого убил разводным ключом, — буркнул Макс, хмуро рассматривая ящики с препаратом, который собирались пробовать на живых людях. Не имеет значения, какого цвета у них кожа! Это бесчеловечно и плохо! Но было ясно, что доказать это Джонсу не получится так же, как и Эдвардсу.
— Вот видишь, малыш, нет ниггера — нет проблем, — пошутил Джонс. Он прихлопнул крышку на место и кивнул бете, безучастно и молча застывшему рядом с ними. — Перенеси в мой джип.
— Я не малыш, — пробубнил себе под нос Макс, проводив взглядом бету, который незамедлительно принялся выполнять указание Джонса. К нему все более четко приходило осознание, куда он ввязался.
_____________________________________________________________________________________
========== 08. Жара ==========
======== Восьмая глава ========
========== Жара ==========
Утром Чарльз отправил Лойфа пригнать машину к отелю, пока он, Дэвид и Макс завтракали. Он понимал, что по крайней мере у него из них троих — это последний путевый прием пищи и дальше придется перебиваться лишь консервами. Хорошо еще, если они по какой-то причине не потеряют банки в пути и не нужно будет охотиться на обезьян — вот смеху-то будет! Конечно, он сможет их настрелять при необходимости. Но тратить на это патроны не слишком хотелось. Чарльз набивал желудок так, чтобы не испытывать голод до самого привала в Ритче.
— Ну что? — решил поддразнить Макса Чарльз и нарушить гнетущее молчание. — Приключение начинается?
— Ты специально? Видишь, что я переживаю, и насмехаешься? — недовольно спросил Макс, нахмурив брови и очень грозно сдувая мешающую прядь со лба.
— Разумеется! А то ты совсем раскиснешь, и придется тебя еще и избить, — кивнул Чарльз. Он украл последний круассан Джонса и, борзо сверкнув глазами, впился в него зубами. Бойкот он считал законченным и планировал вскоре скрепить их примирение сексом. Но получится исполнить этот план не раньше, чем они прибудут на место.
С улицы посигналил автомобильный гудок, и Чарльз понял, что Лойф уже приехал за ними и лучше выдвигаться и больше не задерживаться. А то Макс, того и гляди, вовсе передумает и потребует отвезти его домой к папочке. Когда они все втроем вышли из отеля, было начало девятого. Лойф быстро грузил их вещи, которые вынесли из комнат услужливые ниггеры, в багажник. Чарльз прикурил и злорадно наблюдал за этим. Его позабавило, как кряхтел альфа, с трудом поднимая сумку с инструментами. Одна лишь мысль бесила — когда Макс и Дэвид все выяснят, то ему самому придется ломиться в штаб Тодески и тащить эту тяжелятину. Но ничего, он справится. Короткий марш-бросок с нагрузкой только полезен для здоровья молодому омеге.
— Как же душно, — простонал Макс. Он расстегнул пару пуговиц на своей рубашке, которая уже слегка взмокла. Вместо брюк он нацепил шортики, что Чарльз считал плохой идеей. Во-первых, ножки у него были отличными и привлекали внимание не только Дэвида, но и местных альф. Подобная провокация откровенно граничила с глупостью. А во-вторых, с таким палящим солнцем нежная светлая кожа Макса быстро обгорит и станет причинять ненужные неудобства. Чарльз решил, что когда они доберутся до стоянки, заставит мальчишку переодеться. А пока они в машине — ничего страшного.
— Садись вперед. Там хоть немного будет вентилятор работать, может, тогда не расплавишься, — распорядился Чарльз и первым направился к «лендроверу». — И не вздумай ныть о погоде! — предупредил он на всякий случай, если у Макса такое желание появится.
Лойф закончил с погрузкой и без лишних разговоров уселся за руль. Макс, следуя словам Чарльза, занял место рядом с ним и включил допотопный вентилятор на полную мощность. Помогал он лишь с большой натяжкой, обдувая омегу горячим воздухом с улицы.
Чарльз забрался назад, следом за Дэвидом и откинулся спиной ему на грудь. Он втянул дурманящий запах гаммы полными легкими и благосклонно мурлыкнул.
— Я прощен? — с улыбкой спросил Джонс, запустив руки под рубашку Чарльза и погладив его по животу.
— Почти, — кивнул Эдвардс и посмотрел на Макса через зеркало заднего вида. Шеймт закусил нижнюю губу, слегка завистливо глядя на них. Чарльз уже давно догадался, что он хочет Джонса. Ясное дело — переспать с гаммой очень необычно и интересно. А по Максу было ясно, что он жаждет острых ощущений и разнообразия. Аукнется ему еще это.