"Фантастика 2025-20. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Вот здесь распишитесь, – сунул мне ручку лейтенант, когда я закончил.
– Кстати, у вас есть разрешение на исследование? – вспомнил вдруг капитан Морозов.
– А как же, вот, пожалуйста.
Изучив протянутую Виктором бумажку, толстяк скис ещё больше. Видимо, рассчитывал, что мы «чёрные археологи», и за нас он поимеет от своего руководства какие-то плюшки.
– Так, мне нужны понятые. Вы и вы, – ткнул он в журналиста и директора краеведческого музея.
  
Те покорно кивнули, после чего ситуация подвисла. Нужно было лезть в пролом и на месте делать опись найденного имущества, которое, по словам Сергеева, скорее всего, принадлежало монастырю. И возможно, в катакомбы тот самый сундук был спрятан в разгар революционных событий. Было даже озвучено предположение, что в подземном ходе могут иметься ещё тайники, в которых, не исключено, хранится дорогая церковная утварь.
Если человек моей комплекции без особого труда протискивался в лаз, то, скажем, директору краеведческого музея пришлось поднапрячься. А пузатый капитан и вовсе не имел шансов. Он всё прекрасно понимал и попросил хоть как-то расширить проход. Но и нам лишний раз ломаться не хотелось.
– Товарищ капитан, может, лейтенанта отправите? Он там всё проконтролирует, а мы уж сюда книжки перетаскаем. Здесь и составите опись.
Милиционер помялся, понимая обоснованность моего предложения, и обречённо махнул рукой:
– Паршин, давай дуй с этими в подземелье. Фонарик есть? У всех фонарики? Ну, ты наш тоже возьми на всякий случай. В общем, проследи там за всем.
Следующий час ушёл на перетаскивание книг. Журналисты, молодой сотрудник музея и даже лейтенант приняли в процессе самое живое участие. То и дело слышался звук спускаемого затвора фотоаппарата. Фотокоры, оба работавшие на аппаратах «Киев», своё дело знали. Да и я вскоре к ним присоединился, не зря же тащил с собой импортную технику, тут же вызвавшую у обоих фотографов неподдельный интерес.
Сам сундук решили не трогать, понимая, что в дыру он всё равно не пролезет. Кстати, на самом его дне, под книгами, мы обнаружили большой серебряный крест, украшенный разноцветными каменьями. Директор музея буквально вцепился в находку двумя руками.
Пока одуревший от духоты капитан составлял опись, до меня дошло, что я как-то за всей этой кутерьмой совершенно забыл, что в 4 часа должен быть в региональном управлении КГБ. А сейчас на часах было половина второго. Как раз добраться до дому, привести себя в порядок, пообедать и ехать сдаваться чекистам.
«Может, ещё и обойдётся», – утешал я себя, в глубине души понимая, что соколы Андропова пока играют со мной в кошки-мышки. Инициатива на их стороне, мне же остаётся пока только гадать, зачем я им понадобился.
– Спасибо, товарищи, за компанию, но вынужден вас покинуть, – заявил я собравшимся. – У меня на сегодня намечено одно серьёзное мероприятие.
Возражений не последовало, так что я откланялся и помчался на остановку общественного транспорта.
  
Глава 37
 
Только я вышел из дому, как полил настоящий ливень. Недаром до обеда стояла такая духотень. Домой за зонтиком возвращаться не хотелось. Валя и так не обрадовалась, когда я сказал, что мне нужно отъехать, якобы на встречу с журналистами, которые мечтали продолжить общение со мной после сегодняшней находки в подземелье. А если бы я сказал, что меня в КГБ ждут, и вовсе переполошилась бы. А кормящей матери волноваться вредно.
На моё счастье, остановка с козырьком, под которым и мне нашлось место, находилась в ста метрах от дома. Да и автобус подошёл буквально через пару минут.
Пока ехал до места, дождь закончился, и возле управления КГБ, располагавшегося в соседнем с Ленинским РОВД здании, я был без трёх минут четыре. Дежурный лейтенант, прочитав записку, выданную мне накануне их сотрудником, никакого удивления не выказал, словно держал в руках официальную повестку. Только записал мои данные и сказал, чтобы я поднимался на второй этаж.
Я миновал первый лестничный пролёт, увенчанный бюстом Дзержинского, и поднялся на второй этаж. На двери нужного мне кабинета с номером 32 было просто написано «Макеев Ю. Ф.», ни званий, ни должности. Я постучал, услышал «Входите» и переступил порог. Сидевший за столом человек занимался изучением содержимого раскрытой перед ним папки средних размеров.
Хозяин кабинета, мужчина средних лет и непримечательной внешности, был одет в строгий костюм, но без галстука. Пиджак и верхняя пуговица рубашки расстёгнуты, что, впрочем, в такой жаркий день, даже несмотря на недавний ливень, было вполне объяснимо.
Увидев меня, он тут же закрыл папку, встал из-за стола и подошёл ко мне, протягивая руку для рукопожатия:
– Здравствуйте, Сергей Андреевич, спасибо, что нашли время к нам прийти.
Я на автомате пожал протянутую мне руку. Ага, попробовал бы не прийти… Юморист, однако.
– Присаживайтесь, пожалуйста, – показал Макеев на стул с другой стороны стола.
Стул оказался несколько неудобным, такое чувство, что из-под дерматиновой обивки вытащили прокладку, а на фанерную основу накидали зачерствевших хлебных крошек. То и дело приходилось ёрзать, однако «крошки» из-под задницы не исчезали. Сейчас ещё вот настольную лампу в лицо направит – и вообще комплект для допроса готов. Хотя день всё-таки, лампа такого эффекта, пожалуй, не даст.
– До того как мы начнём говорить о деле, по которому мы с вами встречаемся, вынужден вас огорчить. До сих пор ничего о вашем прошлом нам узнать не удалось. Мы понимаем, как это тяжело – жить, не зная своего прошлого… Ведь где-то есть родные вам люди, которые с ума сходят, переживают за вас. Мама, отец… может, братья, сёстры… Вы ведь не старый ещё человек, вполне возможно, что они живы и не знают, что с вами. Да-а… Как бы мои вот к такой пропаже отнеслись?.. Трудно, наверное, жить с этим? Кстати, после того, как вас по телевизору показали, никаких звонков, писем, попыток связаться не было? Может, сами что-то вспомнили?
– К сожалению, нет, – тяжко вздыхаю я и делаю грустные глаза.
Это что, меня по этому поводу сюда вызвали? А с другой стороны, если у МВД ничего не получается, естественно, попросили помощи у коллег, а то мало ли, вдруг шпион, а они не проинформировали… Хотя он вроде о каком-то деле говорил…
– Но вы, Сергей Андреевич, не расстраивайтесь, мы о вас не забываем, ищем по всем фронтам, как говорится. Одно с уверенностью уже можно сказать: в поле зрения правоохранительных органов вы раньше не попадали. А это уже немало! Вы только представьте: известный писатель, композитор…
Я попытался отмахнуться от этих похвал, но Макеев хмыкнул:
– Да не скромничайте! Известный. Хотя жену, Сергей Андреевич, вам по популярности ещё надо догонять, – и вдруг пропел: – «Миллион, миллион, миллион алых роз…» Читал ваши «Крейсера» и «Печальный детектив». Сильно, талантливо! «Марсианина» домой принёс, так не поверите – в драку с сыновьями! А книги о родном крае! Ах, как они нужны для подрастающего поколения, для воспитания любви к родине! Вы – настоящий патриот! – Макеев вдруг встал и снова протянул мне руку. – Благодарю вас от чистого сердца! Надеюсь, и дальше будете нас радовать… Так вот, представьте, известный писатель – и вдруг оказался бы каким-нибудь мелким жуликом. Ладно бы бывшим, уже искупившим свою вину, а если бы находящимся в розыске? Понимаете? Вот! К счастью, ничего! А если что и было, то так… ничего серьёзного. Кто, как говорится, без греха, пусть первый кинет в меня камень… Так что на этот счёт можете быть спокойны!
  
Это он что, так тонко намекает на 10 тысяч, полученные от Чарского? Или о моих похождениях с джинсами и пакетами? Я невольно сглотнул, стараясь больше ничем не выдать охватившего меня волнения. Эти ребята могут прикидываться простачками, но наверняка запоминают каждый жест, каждое мимическое движение собеседника и делают соответствующие выводы.
– Большое спасибо, Юрий Фёдорович, за проявленную заботу.