Девять смертных грехов. Часть вторая (СИ)
— Поздравляю, командир. Теперь ты кватро-идальго, — рядом словно из воздуха появилась Монашка и протянула руку, помогая подняться.
— Стоило ли так спешить? — к нам подошел Торопыга.
Весь в поту, раскрасневшийся и со сверкающими глазами, он совсем не напоминал того суетливого графа, каким был всего несколько месяцев назад.
— Сегодня ночью… — я подстроился под новое состояние, когда чистота не удерживалась в теле, а словно постоянно истекала из него наружу.
Раньше я думал, что четвертый этап развития — это просто цифра. Но совсем недавно профессор Серда объяснил, что на самом деле это переломная веха в развитии идальго. До нее мы собирали чистоту внутри и если выбрасывали наружу, то только приложив для этого силу. А то и какую-то секретную семейную технику. Для перешагнувших же границу кватро-идальго все переворачивалось с ног на голову.
Чистота, начиная с этого этапа, окружала идальго со всех сторон, и его развитие определялось уже тем, насколько хорошо он будет ее собирать и контролировать. Снова внутри себя. Соответственно, идальго мог расти в объеме чистоты, только взяв под контроль то, что у него уже было в наличии. Тот, кто поспешил бы на этом пути, фактически закрыл бы себе дорогу к граалю.
А еще четвертый уровень — это вторая форма. Когда чистота вокруг, когда ее точно достаточно, чтобы прикрыть в момент изменения и возвращения, как не пробудить силу крови? Я мысленно потянулся к памяти предков, и та ответила громогласным клекотом. Она была почти готова, и в то же время я как будто стал хуже ее понимать.
На уровне уно-идальго был готов отрастить крылья в любой момент, а сейчас чего-то не хватало. Или, наоборот, было что-то лишнее? Я коснулся силы королевских цветов, переполняющей меня… Надо было подумать!
— Что сегодня ночью? — к нам присоединился Белый.
— Меня ищет один подозрительный человек, так что я решил, что надо ускорять тренировки, — я понял, что придется все объяснять по-нормальному. — Поэтому сегодня ночью мы с вами отправимся в башню Карла Великого. Если там есть что-то, способное сделать нас сильнее, мы найдем это!
— Ты нашел кого-то с граалем? — Пустышка тоже подошла к нам, и она еще сомневалась.
— Мы с вами до сих пор не обсуждали то, что случилось в ущелье, — я опять решил объяснить все сразу. — Спасибо, что поверили мне и не стали ничего спрашивать раньше. Сейчас же пришло время сказать. Офицеры скверны не просто так потащили меня к котлу. Они увидели, что у меня есть талант алхимика, обучили и…
— Они хотели, чтобы ты их освободил? — выдохнул Чистюля.
— А ты вместо этого взорвал котел. А-ха-ха! — Белый довольно захохотал.
— Примерно так все и было, — кивнул я. — Но, главное, я научился делать новые ключи и дорабатывать старые. Так что теперь у нас есть полноценный пропуск в башню. Не просто метка, чтобы дальше пробивать дорогу своими силами, а кое-что гораздо лучше, перед чем распахнутся все двери и угаснут ловушки.
Я достал новую версию черного ключа, который после пересборки выглядел немного по-другому.
— Можно потрогать?.. — Монашка протянула руку и коснулась матово-серого жезла у меня на ладони.
Я почувствовал движение ее чистоты — почему-то франкийка относилась к созданному мной артефакту со странным благоговением. После нее и все остальные потрогали ключ, словно пытаясь понять, как именно он был сделан. Я следил за ними… Стало интересно, а не проснется ли у кого-то собственный талант к артефактам, но нет.
На этом перерыв закончился, к нам подошел один из новых странников, прикрепленных к нашему отряду Артуро, и я уже вместе со всеми встал в строй. Надо было проверять открывшиеся возможности в условиях, близких к боевым, и очередная выматывающая тренировка подходила для этого как нельзя кстати.
— Сегодня будем вас пугать, и даже не спрашивайте зачем, — странный мужчина с огромной бородой начал свою речь довольно неожиданно.
Не знаю, что подумали остальные, а я, наверно, только сейчас до конца поверил, что директор и король на самом деле рассчитывают на нас. Не для борьбы с мелочью, а чтобы скрестить мечи с кем-то по-настоящему опасным.
— Согласен, — буркнуло сердце. — Страх — это развитие души.
Буркнуло и замолчало. Впрочем, я прекрасно его понял.
Тренировки так и не представившегося бородача неплохо всех вымотали. Сначала мы просто бежали, потом к нам присоединился еще один странник, чья чистота порой вырывалась из леса словно удар копьем и оглушала одного из нас. Вслед за ней для полноты ощущений прилетал камень. Когда я по примеру тренировок с Морган решил устроить охоту на второго странника, бородач нас остановил. Защищаться можно было только без использования ног и оружия.
В общем, всем пришлось пострадать. Даже мне. Сначала капля голубой лилии, встроенная в карту моего звездного неба, легко отбивала все атаки, вот только незнакомец быстро уловил, что у меня есть защита, и усилил натиск. Причем ювелирно прошелся по самой грани моих возможностей, хотя в настоящей схватке мог бы и попробовать додавить.
— Так и ты белое пламя, как с офицерами, не использовал, — заметило сердце.
Я только улыбнулся в ответ. Чем дальше, тем чаще у меня получалось разводить тренировки, когда ты сдерживаешься и стараешься улучшить конкретные навыки, и реальный бой, когда в ход идет все. И только победа имеет смысл…
Большинство из наших вырубились, стоило им только вернуться в Примеру, но я не собирался из-за такой мелочи отказываться от своих планов. Я растолкал тех, кто спал в нашей комнате. Мария, Хомяк и Монашка безжалостно подняли всех остальных. Встретились мы на крыше, выбравшись по уже когда-то отработанной схеме через коридор между этажами.
Холодный ветер завывал, словно гиена скверны, тяжелый мокрый снег пытался облепить со всех сторон, словно голодный паразит. Мы простояли на открытом месте всего минуту, но остатки сна за это время растаяли быстрее, чем если бы кто-то выдал самую берущую за душу речь. Можно было открывать проход, но… После тренировки днем я невольно продолжал искать незаметного врага в тенях вокруг, чтобы заметить его первым и приготовиться к атаке. И этот настрой помог уловить легкую странность в чистоте вокруг.
Почти как во время засады, устроенной Деревяшкой, только сейчас неизвестный враг прятался гораздо лучше.
* * *
В семье Антуана де Фонтеса все росли на историях деда. Именно он вложил в головы сначала старшего, а потом и младшего брата веру в путь идальго. Гийому, правда, не повезло — подрался, защищая честь командира, и вылетел из Сегунды. К счастью, его покровитель не забыл верного идальго, взял под крыло и не прогадал. Тот сумел неплохо проявить себя, дослужившись до десятника сначала в маленьком, а потом и большом городе.
Антуану же сразу улыбнулась удача. Сначала открытый набор короля, потом подаренный братом артефакт, который чуть не выжал его до дна, но помог выбиться из общей массы, и наконец, Мануэль де Луна. Идеальный командир, совсем как герои прошлого, о которых рассказывал дед. Молодой Фонтес никогда не забывал, как ему повезло оказаться рядом с ним, и собирался платить за это верностью, пока в руках будет сила сжимать меч.
— Чистюля, — в ухо вместе со свистом холодного ветра ворвался шепот Торопыги. — Как думаешь, а чего мы ждем?
— Наверно, открыть проход не так просто, — Фонтес пожал было плечами, но тут почувствовал, как по окружающей его чистоте пробежала волна. Сегодня их командир шагнул на уровень кватро-идальго и пока еще не научился скрывать проявления своего внимания. — Или Счастливчик что-то заметил…
Фонтес еще не договорил, когда его рука легла на меч, а вслед за ним подобрались и все остальные. Вовремя! Из пустоты, где еще недавно никого не было, неожиданно выступила девушка. Золотой доспех, длинные черные волосы и огромные глаза. Фонтес не сразу понял, что открыл от удивления рот.
— Принцесса, — Счастливчик первый пришел в себя и еле заметно склонил голову перед гостьей.