Бредущая по мирам (СИ)

- Сейчас! - я протягиваю ему руку.
Хочу избавиться от этой проблемы и немедленно!
- Потом,- Алан качает головой,- уже поздно, и здесь безопаснее.
Я повожу плечами и выхожу из чулана.
Мне холодно, безумно холодно от его безразличного взгляда, которым он одарил меня, отвечая.
Но я не показываю этого. Я иду вперед, безучастно смотря в пространство, я заставляю себя идти и я рада тому, что он не видит выражение моего лица.
Ночью я долго не могу заснуть. Я лежу одна в маленькой каморке без окон. Вместо двери здесь тонкая занавеска, на которой вышито рыцарское сражение. И прекрасная дева с печалью во взоре смотрит из высокой башни вслед рыцарю, скачущему навстречу своей гибели.
Лунный луч забирается меж занавеской и шкафом и прыгает шаловливой зверушкой по стене. Подставляю пальцы. Золотистая дымка дрожит на них.
Утыкаюсь лицом в подушку. Волны печали накатывают на меня, оглушая и ослепляя.
Почему в этой жизни все не так?
Почему? Почему? Почему?
Почему мечты сбываются не так, как ты этого хочешь или не сбываются вообще? А чтобы сбылись, надо работать, надо трудиться до потери сознания, сражаться насмерть, стиснув зубы, с жизнью, с проблемами, с самой собою.
Я встаю и тихо выхожу, откидывая занавеску. Алан спит на кровати, сбросив одеяло на пол.
Несколько долгих минут я наблюдаю за тем, как в свете луны вздымается и опадает его широкая грудь, как безмятежно и светло его лицо – такое невинное и наивное во сне.
Смогу ли я жить без него?
От такой перспективы кружится голова, и пол прыгает на меня тигром, но у меня получается удержаться на ногах.
Легкая, щемящая грусть, щипавшая душу, подобно кисленькому лимону, жгущему язык, внезапно превращается в страшную тяжесть.
Обычно все забывается, все проходит. И желание смерти, и ненависть, и увлеченность кем-то…
Но есть вещи, которые не уйдут никогда, которые умрут вместе с тобой.
Я отгоняю навязчивые мысли и выхожу во двор.
Сладостный ночной воздух обнимает меня. Я сажусь на крыльцо. Звездная сеть висит надо мною. Посверкивают маленькие искорки-бриллиантики, ветер нежно треплет волосы, холодок ползет по спине.
Скрип двери. Вскакиваю, вытаскиваю кинжал, бросаюсь вперед, прячусь за сараем, застыв.
Все это без тени мысли, автоматически.
Как изуродовало меня происшедшее! Неужели я готова убить?!
Нет, нет, никогда...
Однако и моя вина, в том, что мой неудавшийся убийца мертв. Моя вина в том, что он не убил меня. Но это просто бред!
На пороге стоит Эрит. На ее плечах лежит мягкая, белая шаль. Черные глаза блестят во мгле. Она кажется хрупкой и ранимой - тонкая талия, изящный изгиб шеи, ни за что бы не поверила, что она - ведьма, если бы не знала этого.
- Маша,- зовет она,- я знаю, что ты здесь. Выходи. Мне нужно поговорить с тобой.
Я сую кинжал в ножны, и выхожу из-за полога мрака, будто откидываю занавеску.
Я стою напротив нее.
Эрит несколько секунд внимательно вглядывается в мое лицо, освещенное светом, падающим из сеней, как будто спрашивает себя: «И что он мог найти в ней? Всего лишь смазливая мордашка, каких тысячи».
Вот именно, что ничего. «Мы всего лишь друзья» - я сажусь на холодные ступени. Я слишком много раз ошибалась, чтобы вдруг поверить. Хотя я противоречу сама себе. Частенько сумасшедшая вера в его любовь взрывает меня изнутри, словно вдохновенье и безумная надежда ослепляет меня.
Я жду, что она скажет. И я предчувствую ее следующие слова.
И она сообщает мне:
- А ты знаешь насколько ваше общение опасно?
«Я не откажусь от него»,- железная решимость лишь крепнет от ее слов.
- Нет,- отрезаю я.
- Если тебя поймают с ним без документов - его убьют и тебя тоже - она печально смотрит на меня, а в ее глазах мерцает издевательская улыбка – «попробуй - откажись!» - и ты, милая деточка...
Весь мой страх, все мое отчаяние - неистовый ужас, что он послушает ее, взрывается, и лохмотья застенчивости и стеснительности летят по сторонам.
- Я вам не деточка,- медленно и угрожающе говорю я.
Теперь она меня точно возненавидит!
 
- А ты интереснее, чем я думала,- шепчет она,- но тебе это все равно не поможет.
- Слабачка не смогла бы остаться живой,- тихо-тихо, едва слышно бормочет она, будто меня здесь и нет.
- Ты хоть понимаешь, что сама заварила эту кашу? - обращается она, наконец, ко мне.
- Какую кашу? - интересуюсь я.
- Ты не смогла б создавать миры, никогда, если б не твоя фантазия...
Я думала, что миры просто возникают из ниоткуда, я думала - они лишь то место, что явилось мне в виденьях...
Я думала...
- А... а все это создала я? Значит, оно слушается меня? - изумляюсь я.
Эрит хрипло смеется.
- Маленькая... - мне кажется - она хочет сказать другое слово. Я слышу, как оно тает в сумраке - " дурочка", - путешественница, ты до сих пор не поняла, что эти миры - твои?
Я качаю головой.
- Алан и тот подозревал, - она наклоняется ко мне и шепчет,- но он никогда не верил до сих пор. Даже не смел, даже закрывал глаза на то, кто я. И думал, что его бабка сумасшедшая. Ты сломала его мир.
- Нет,- я с вызовом смотрю на нее,- я открыла ему свой!
Я построила нам новый!
- Не до конца, И как бы ты ни хотела, он не полюбит тебя. У него уже есть другая.
Мой рот кривится в судорожной улыбке. Сам по себе. Я не могу дышать, не могу перенести это нескончаемое мгновение. Я не могу оторвать от нее взгляда. Миг и я буду поймана.
Я выпрямляю спину, секунда и она сломается, и заявляю - спокойно и уверенно:
- Он всего лишь мой друг.
Ведьма пожимает плечами и шепчет так, что я едва ее слышу:
- Ври, ври... не мне.
Затем говорит:
- Я предлагаю тебе сделку - я дам тебе книгу. В ней все, что нужно. Ты овладеешь своим даром в совершенстве. Ты научишься влиять на миры, как мать влияет на ребенка. Ты узнаешь, как доставать из них то, что надо. Ты найдешь в себе тысячу возможностей своего дара... пока не открытых. Но ты не вернешься в наш мир никогда. И знай - меня не обманешь. Особенно после клятвы души.
О, искушение! Страсть, жажда получить бесценную книгу. Раскрыть колодец своей силы до дна. Испить могущество, заложенное в тебе.
Но цена слишком высока. Выше неба.
Цена ошибки. Разваленная жизнь у меня и него.
Я смотрю на нее чуть ли не с ненавистью.
- Неужели вам не жалко Алана. Почему вы думаете, что можете решать за него?! Вы легко можете сломать ему жизнь!
- Ты никогда не будешь настолько важна для него,- со спокойной уверенностью говорит Эрит, и я раскромсана на куски этими словами, как топором мясника.
Но выпрямляюсь и тихо говорю.
- Вы не можете этого точно знать,- я не могу молчать. Меня жутко бесит эта самоуверенность!
- Ведьмы знают многое,- улыбается она,- больше чем ты можешь себе представить.
- Все равно – нет! – отрезаю я.
- Потом не жалей,- добавляет она и уходит.
Я сажусь на холодный камень и плачу, закрыв лицо руками.
Я оплакиваю то, что никогда не сбудется, и то, чего я хочу, желаю, жажду больше всего на свете.
Любви, которая вечна.
Любви, которая чиста и светла, как крылья ангела.
Любви, которая несбыточно-прекрасна, как самая чарующая картина.
Когда и ты и за тебя готовы умереть, броситься под пули, пережить немыслимые пытки.
Любви, которой нет.
Для меня.
И в тоже время она светиться в моих глазах, бьется в моем сердце, жжется в моей крови, как лава вдохновенья. Я и она неразделима.
Но только она односторонняя.
Потом я лежу и смотрю в небо.
И покой нахлынул на меня тишиной.
Я – свободна.
Я – счастлива.
Я забываю о нем.
Я танцую, просто танцую во мраке.
Я лишь луч луны, я лишь плащ мглы, я просто движение, фейерверк радости.
Я кружусь, вскидываю руки, приседаю, склоняясь в реверансе.
Я танцую для неба, я танцую пред небом, сияющим в моей душе.