В сети (СИ)

Автомобиль встаёт в пробку, а я сползаю на сиденье чуть ниже, ненадолго прикрывая глаза.
Алкоголь закипает в венах, разогревает тело и путает желания. В голове крутятся дурацкие вопросы Каро, включая тот, где она предлагала заранее обсудить размер члена Лекса — чтобы потом не было сюрпризов.
Я почему-то думаю, что на него нет жалоб. Интуиция это или тычок пальцем в небо — не знаю, но готова поставить на это свою месячную зарплату.… Я… даже готова поставить на это свой годовалый доход. С премией.
  
«Нет, спектакль отличный. Ещё раз спасибо», — пишу Лексу.
Значок «онлайн» рядом с безликой аватаркой заставляет сердце пропустить удар.
«У меня туго с фантазией на подарки. Предпочитаю, когда девушка сама подсказывает, чего хочет — так меньше шансов облажаться».
«Это касается только подарков?»
Пауза. Взрыв пульса. Воздух вокруг сгущается, пропитываясь напряжённым ожиданием.
«Да, только их».
«Ясно».
Щеки горят ярче, потому что Лекс продолжает печатать, а я осознаю, что своими намеками кардинально перестроила маршрут. От и до.
«В сексе я беру инициативу на себя — если ты спрашивала об этом. И если разговоры о любимых цветах и знаках зодиака мы упускаем».
«Я спрашивала об этом, Лекс».
И да, упускаем.
Неважно. Плевать. Я не верю в гороскопы и не собираюсь под венец.
Распахнув полы плаща, забрасываю ногу на ногу, покачивая туфлёй. Жар плавно разливается по телу, начиная с груди и спускаясь ниже, пульсируя где-то внизу живота. Пульсируя сильнее с новым входящим сообщением.
  
13.
 
***
«Не знаю, с чем связана смена вектора общения, но буду рад услышать, что предпочитаешь ты», — читаю сообщение от Лекса.
Прямое, откровенное. Действительно заинтересованное, потому что от каждой буковки по плечам пробегают мурашки.
Меня слегка подкидывает на яме, и телефон ненадолго выпадает из рук, закатываясь под сиденье. Пока я его достаю, успеваю покрыться липким потом. В салоне работает кондиционер, а через приоткрытое заднее окно проникает тонкая струя прохладного воздуха, но температура тела только растёт.
«Если тебя не устраивает вектор – можешь не следовать за ним», — беспечно отвечаю.
«Меня устраивает, но учти: то, как ты то завлекаешь, то даёшь заднюю, приведёт только к тому, что я попробую найти тебя всеми возможными способами…»
«И закончить игру»
«Хотя сама реализация мне очень даже заходит», — тут же добавляет аноним.
Жар внутри сгущается, превращаясь в плотную, тягучую лаву, которая не остывает ни на миг. Но я и не пытаюсь её тушить. Даже не пробую.
Откинув с лица мешающие пряди волос, шумно выдыхаю.
Во мне достаточно алкоголя, чтобы испытывать смесь возбуждения, предвкушения и опасности. Это именно то, чем мне хочется отравлять организм. Этим, а не разочарованием и обидой, которые оставил после себя бывший.
«Смена вектора связана с тем, что я выпила коктейль с подругой, обсудила тебя и захотела узнать поближе. Мало ли, вдруг я общаюсь с маньяком или извращенцем, и если мы когда-нибудь встретимся — возможно, сильно об этом пожалею».
«Мы встретимся. Без «если» и «вдруг»
«Пока ты увиливаешь от основных вопросов – я тебя боюсь».
«Я перепробовал массу извращений за свои тридцать два года, Оливия, но ни одно из них не включало запугивание или насилие над женщинами. Тебе не о чем переживать».
Я пулей вылетаю из машины, когда водитель паркуется у подъезда.
Кажется, на моём лице написано всё. То, что меня ведёт от эмоций. То, что мои пальцы чешутся от нетерпения, сжимая раскалённый телефон. И то, что переписка с мужчиной раскаляет не только железо, но и меня саму.
Забрав ключи, я поднимаюсь в лифте, скидываю в прихожей верхнюю одежду и туфли, а затем прохожу к бару, решив позволить себе ещё один бокал вина.
Телевизор работает фоном, транслируя фильм, который я даже не воспринимаю. Мои мысли заняты другим. Такими глупыми вещами, как, наверное, никогда раньше.
Я забираюсь на диван, поджимая под себя ноги, и снимаю блокировку с телефона.
В последнее время наша игра мало напоминает осторожную. Она на грани. На самом краешке. У каждой игры есть свои правила, но свои мы не устанавливали. Они держатся на добром, честном слове.
«Какие девушки в твоём вкусе, Лекс? Ты задумывался о том, что я могу тебе не понравиться?» – набираю ответ, медленно пригубливая вино.
Я одновременно жду и боюсь получить ответ.
Меня всегда устраивала моя внешность. Я часто бывала в центре внимания мужчин, но что в университете, что на работе – упрямо выстраивала вокруг себя барьеры. Барьеры, которые всегда работали безотказно.
Мужчины могли подкатить ко мне только раз. Зная мою фамилию. Зная, кто мой отец. Один раз – ударяясь о холодную вежливость и отточенную дистанцию.
«У меня нет списка критериев», – отвечает аноним.
«То есть тебе всё равно?»
«Красивая внешность — это плюс. Ты мне нравишься, Оливия. И это не изменится от того, какая у тебя форма губ, цвет волос или цвет глаз»
«У меня длинные светло-русые волосы и голубые глаза… Под левым глазом — две родинки. Форма губ достаточно полная, из-за чего многие, кто встречает меня впервые, думают, что там куча миллилитров гиалуронки. Что касается самого первого вопроса о том, что я предпочитаю в сексе, — затрудняюсь ответить, потому что последний раз у меня был больше полугода назад, и я уже забыла, что значит прикасаться к мужчине».
Сообщение улетает раньше, чем я успеваю обдумать его смысл.
Оно же не хвастливое? Не самоуверенное? Не... жалобное?
Чёрт.
Я планировала другой результат. Просто воссоздать более живую картинку в голове у Лекса.
Сам он представляется мне красивым, прямолинейным и смелым мужчиной.
Я хмурюсь, проводя указательным пальцем по стеклу. На языке лопаются пузырьки, щекоча нёбо и оставляя терпкое послевкусие. Когда я подношу бокал к губам, часть вина проливается на платье, оставляя на нём тёмное пятно, которое быстро растекается по ткани.
Я вздрагиваю и подхватываюсь с дивана, тихо чертыхаясь.
Тот жар, что сконцентрировался в моём животе, делает движения нервными и прерывистыми, лишая координации.
Сняв платье, я бросаю его на стул и иду за салфетками, но даже без ткани на теле мне не становится легче.
Телефон вибрирует на диване.
Сжимая салфетки в одной руке, я перевешиваюсь через спинку, чтобы посмотреть на экран.
«Хочу тебя»
«Увидеть»
Я читаю два сообщения, прилетающие подряд, не успев разблокировать экран.
Внутри всё перемешивается в хаотичный, пульсирующий коктейль из предвкушения, желания и адреналина. Как будто во мне что-то сорвалось с места и теперь крутится вихрем, выбивая почву из-под ног.
Единственное, чего мне хочется, — не разочароваться в образе мужчины, который в данный момент кажется мне почти… идеальным.
«Наше анонимное общение мне больше по душе», — набираю ответ дрожащими от волнения пальцами, повиснув на спинке дивана.
«Не вижу проблем. Мы можем соблюдать конфиденциальность и при встрече».
Если бы рядом со мной была Каро, она бы уже выхватила телефон и ответила вместо меня. Согласием, естественно. Но раз подруги рядом нет – я сама принимаю решения, которые после пяти лет отношений с Костей даются мне адски сложно.
«Никаких имён, данных и прочей личной информации?»
«Почему бы нет? Тебя устроит завтра?»
Сердце бешено колотится, дыхание сбивается. Я хочу, но в то же время трушу, потому что напрочь отвыкла общаться с мужчинами вне работы. Флиртовать и кокетничать — тем более.
Ощущение лёгкости от телефонной переписки в сети сменяется внутренним напряжением, от которого сводит мышцы. Приходится парировать самым слабым из возможных аргументов:
  
«Я ни разу тебя не видела. Вдруг ты страшный?»
Проходит несколько секунд, и на телефон падает вложение с фотографией, снятой в отражении зеркала.