Тараканьи бега - 2 (СИ)
— И как же они с ней справились-то?!
— Перерубили поднимающимся порогом.
— А подробнее?!
— Развели руками: клятва. Но я думаю, если королевскую хакариду они подставили под обвал, то эту гадюку подловили в тамбуре перехода. Последний гном-проводник нашим хвастал, что он видит сквозь камень на три ярда, но в самой последней пещере, где, по его утверждению была куча золота, не обнаружил ничего — никакого выхода. Значит, раз они из той пещеры ушли, “дверка” есть, но она ещё толще. Представьте мощь механизма, открывающего — поднимающего! — такую дуру. НО тут другое… Кто-то должен был запустить подъём. Рычаг управления обычно рядом с порогом, а длину монстра мы помним. Рычаг явно ближе. Вот, меня бы встретиться глазами с людоедской гадюкой уговорить не получилось.
— Ладно, убедил. С такими умниками говорить простым кочевникам — в пустую время переводить. Связывайся с теми неудачниками — шанс номер последний им.
— Корттег?
Хан совсем перекривился, но выдавил:
— И Корттег.
*
Когда мы спустились в обеденный зал, трикктов в нём не было. Тарра сжала мне руку, пришлось пригладить ей ладонь. Придут, никуда не денутся. И придут именно переговорщики. А иначе сидели бы сейчас здесь с каменными мордами загонщики. И будущим послам плюс — дают нам время на перекусить, и на отрядные разговоры.
— Лекс, мы здесь! — из угла заорал Оггтей. — Мы уже всё заказали!
Кеттара улыбнулась, а мои коррелятки захихикали. «Светоч» — не «Кривой рог», здесь всё дорого. Очень. И из голоса простого мечника самодовольство даже не сочилось каплями, а буквально брызгало струями: теперь он может!
Подошли. Орки встали.
Ещё бы! — со мною к ним подошла принцесса. И не такая, как из поздних европейских сказок — воздушная и прозрачная, а из раннего средневековья, из варварских королевств — от каких-нибудь ост-готов или северных германцев — в парче и золоте. И знакомая мне уже диадема была на ней, и браслет, который она присмотрела в последней нашей груде хабара. И тёмные рубины поблёскивали на её туфельках.
Она окинула взглядом не сильно заставленный стол.
— Высокая, увидишь, тебе понравится, — заторопился Оггтей. — Я корчмаря просил, он сказал, что твой вкус уже понял, и ты не разочаруешься! Просто вас ждали. Да вон, смотри — уже несут!
Да, к нам двигалась целая процессия во главе с самим мэтром Вельдуиилом. Тот светился улыбкой, а, когда это говорится об эльфе, никакая метафоричность в том не проглядывает! Казалось, погасни здесь свет, и въявь увидишь сияние его длинноухой морды!
Тарра чуть сжала мне руку… Недовольна? Чем? Неужели тем, что среди девушек, следовавших за мэтром, первой шла давешняя эльфийка? Ревнует? К служанке?! Нет, мелочами портить ей настроение мне не хотелось. Я поймал взгляд мэтра, скосил глаза в сторону эльфийки и, пожав плечами, чуть покачал головой.
Восприятия хватило заметить, как у него недоуменно дёрнулась бровь, потом шевельнулись кончики губ. И он, опустив веки, показал: понял. И действительно, больше девушка у нашего стола не мелькала.
Зато как хлопнула пробка шампанского! А уж как корчмарь виртуозно поймал вылетевшую пузырящуюся струю вина бокалами!.. Праздник! Мужчины наперебой хвастали, как их встретили в орочей таверне, женщина молча блистала, одобрительно улыбалась и даже похлопала по ладони Креттега, когда тот вытащил свой золотой поднос и навалил на него запеченного мяса…
А потом появились музыканты, заиграли что-то тягуче-плавное, и я утянул Тарру танцевать. Принцесса поначалу только бровки домиком выстроила, когда я привлёк её к себе. Танго? Нет, мне было не до изысков, хотя на Земле моя актриса элементарным движения настоящего танка меня обучила — классический медляк. И моя неземная женщина понемногу расслабилась. Одна мелодия, другая, третья…
Когда музыканты заиграло нечто более бодренькое, мы остановились… Этикет заставил меня отступить на шаг, отдать поклон даме. Высокая Кеттара ответила реверансом, подала руку, слабо улыбнулась, дождалась, чтобы я повёл её к нашему столику. Стол был чист, и за ним уже никого не было. Парни утекли. Им предстоял второй обязательный этап настоящего мужеского действа: после шампанского — настоящая пьянка и бабы, то есть бордель.
Та, для которой в мужчинах никаких тайн не было, опять улыбнулась. Походка её была неспешна, а взгляд рассеян. Но в чате зажглось:
«— Лекс, направо у окна — триккты.»
И губы — у неё были плотно сжаты губы.
Помогая ей сесть, я краем глаза зацепил наших противников — моему Восприятию хватило: с одним я дрался, другой два дня назад отдал свой кинжал Кеттаре, третий… Кажется, и его я где-то видел…
«— Господин, Вы видели его голову. Его на дуэли победил Оггтей.
«— Лекс, я приняла кинжал того, что справа. Я не могу его не заметить, не могу не узнать. Не поздороваюсь — даже не обижу, оскорблю. Поздороваюсь — он получит право подойти.»
«— Отлично. Делай.»
И Кеттара исполнила. Вот тебе и мечница-орчанка! Никаких тебе: «Эй, привет!» — неспешно повернула голову и чуть наклонила её.
«— Принцесса!» — восхитился я в чате.
«— Думаю, тётя Кратта не осерчала бы.»
«— А если бы?..»
«— Плети. А потом мерзкий Зоттор залечивал.»
«— Как может врач быть мерзким?»
«— Этот — был. Я предпочла бы оставить шрамы. Но он был частью наказания. Боль-то терпеть я всегда умела.»
«— Триккт идёт. Как мне к нему относиться?»
«— Тебе? Никак. Лично отдав мне свой кинжал, он, в дополнении ко всему, признал мою для себя недоступность, — и она словно пожала плечами: — Как к брату, скорее всего — троюродному. Он заговорит со мной, не вмешивайся — для него это допустимо. К тебе он должен будет обратиться сразу после моего ответа.»
«— А остальные?»
«— Нет. Остальные только через тебя. После тебя.»
«— Понял.»
«— Спасибо.»
«— За что?»
«— У каждой расы всё немного по-другому. Ты даёшь мне быть собой.»
«— Ты же лучшая…» — улыбнулся я.
«— Да!» — улыбнулась она.
Ровно в ту же секунду, когда орк достиг нашего столика и остановился, повернула к нему голову и ресницы её взлетели.
— Высокая! — поклонился орк. — Разрешите представиться, Корттег из дома Патрер.
— Я вижу тебя, Кортеттег, — ещё один минималистский поклон от орчанки.
— Сэр! — в мою сторону тот наклонился поклоном равного — ровно в пятнадцать градусов.
Мне Этикет предложил в ответ дружеский вариант — не вставая, но чуть глубже. Градусов до двадцати я дотянул:
— Сэр…
— Я вынужден извиниться перед высокой, — опять повернулся он к Тарре: — моё здесь появление — не только дань восхищения Вами, но и следствие опасений за Вас.
— И что тревожит тебя? — включился в дипломатию я.
— Ты — чужеземец и не знаешь, что в клан триккт засылал сватов в клан стерров по её поводу. Оно отринуто не было. И высокая Кеттара не официальная невеста верховного хана только потому, что её до сих пор не могут поставить перед его очами.
— А то, что она — моя женщина, это не повод разорвать помолвку?
— Это может решить только верховный хан. Когда она предстанет перед ним. Чему будут способствовать все триккты всеми силами. Кстати, лично я имею на то прямой приказ.
— Удачно.
— Не понял?
— Мы, — я накрыл ладонь девушки, — как раз хотели обсудить данное недоразумение.
– “Недоразумение”? Дорогой, ты нашёл хорошее слово, — ответила она мне улыбкой, перевернула ладонь и переплела свои пальцы с моими.
Орчанка и словами играть умеет! Моё “недоразумение” звучало как “недопонимание”, а из её уст оно прозвучало как синоним “неразумения”, то есть как “полная чушь”!
— К сожалению, обсуждать отданный приказ я не имею права.
— Даже обсудить вновь открывшиеся обстоятельства?
— Сэр Лекс, твоё присутствие рядом с высокой дамой известно. Это не новость, и более того… — он явно хотел сказать одно, но прервал себя и поправился: — Более того, оно известно давно.