Тараканьи бега - 2 (СИ)

— Не боишься?
По хребту пробежала испарина.
— Ну, ты же — лучшая? — голос, оказывается, в нужный момент, вернулся.
— Сейчас убедишься!
Помнится, пару дней назад, ей пришлось объяснять мне, как снять с неё платье. Как снять с меня штаны — объяснений не потребовалось.
В ранней юности, я всё гадал, как целоваться, если мешает нос?! Теперь выяснилось, что клыки не мешаются тоже.
Прервались мы только, когда в дверь постучали. Тарра почти зарычала:
— Какого?!..
— Еда! — дошло до меня, я попытался подняться, — эльфийка принесла ужин. Но уже час, что ли, прошёл?!
— Эльфийка?! — опять взрыкнула женщина. — Ты же голый — лежи! Я принесу.
Я думал, она хоть мою рубашку накинет. Нет. Только клыки блеснули!
— Эй! — успел крикнуть я. — Возьми — отблагодаришь! — и кинул вслед ей золотой. (Мой Рюкзак всегда при мне.)
Орчанка подхватила монету, даже особо не оборачиваясь — как кошка муху на лету сбила! И через некоторое время я услышал ещё один рык:
— Нет!
Пришла с подносом, объяснилась:
— Спрашивала, понадобиться ли что ещё, — и хмыкнула: — Может, она в третью набивалась?
Уже после, когда за окном уже начало светлеть небо, Тарра спросила:
— Ты меня простил?
Сил отрицать что-либо не было, думать о чём-либо не было, но вдруг проклюнулся голосок настырной училки:
«— Господин, спросите, за что!
Сопротивляться, спорить тоже уже не было ни сил, ни желания. Я спросил:
— За что?
— Я никогда никому не доверялась — только сама. Чего не добьюсь — не предложит никто. А теперь с тобою всё так необычно… Ты, мужчина, в бою идёшь за моей спиной, так бывало и раньше, но это ты меня спас! Орки — даже мальчишка Креттег! — сильнее тебя, но это ты победил их! Ты победил их, но они согласились прийти к тебе — подчиняться тебе, плоско… тебе, человеку! — она перевела дыхание. — Помнишь твой мне приказ вбить в рефлексы, что ты — неприкасаем? Вбила. Что тебе… Что в тебя надо верить, вобью тоже, — её рука пригладила мне грудь — нет, она не пыталась успокоить меня, это движение успокаивало её саму. И судя по дальнейшему тону голоса — успешно: — Думаешь, триккты будут ждать нас в обеденном зале?
— Да. Вот, за обедом и поговорим.
Она улыбнулась:
— За совместной едой, купленной тобою?! До чего же ты хитрый торговец! Думаешь, у них не хватит ума заказать своё?
— Посмотрим.
— А что потребуется от меня? Может, мне уйти? Женщина при мужском разговоре? Женщина при торговле о ней…
— Нет. Останься. И будь принцессой.
— Не люблю.
— Знаю. Я люблю.
— Знаю. Буду.
  
Глава 22. Торг
 
22. Торг
И н т е р л ю д и я
Локация Диверия, замковый шатёр клана Триккт.
— Хан, Кеттара нашлась!
— Где?!
— Вместе с тем торговцем вернулась в Диверхаун. Сейчас она, должно быть, в его личной комнате.
Хан выждал. Нет, слуги вышколены — вот и этот не попытался предугадать желание своего господина, а только выполнил приказ: все новости о беглой ханини докладывать незамедлительно. А потом ответил на прямой вопрос.
— Подробнее!
— Сейчас в «Кривом роге» обмывают богатый хабар три орка из его отряда. Они бахвалятся, что прошли два данжа. Подтверждают слова пещерного проводника нашей охотничьей партии, что наградой в каждом было по куче золота и драгоценностей. В подтверждение самый неугомонный из них, Оггтей — это тот, который умудрился заиметь технику Серебряного меча, — похвастался роскошным колье, а после этого и их мальчишка переставил свою кружку с пивом на вынутое крупное золотое блюдо. Трактирщик предложил выкупить, но пацан заявил, что будет привыкать пить и есть с золота. Что завтра у них будет отрядный обед в «Светоче» — вот, чтоб перед высокой Кеттарой было не стыдно. А денег у него и так… Он, мол, раньше даже не знал, что столько бывает, — докладчик перевёл дыхание и закончил: — В дальнейшем Оггтей тоже подтвердил, что высокая Кеттара на праздничном обеде будет присутствовать. Сразу после один из наших его специально переспросил, мечник огладил оба своих клыка и, глядя тому в глаза, на прямой вопрос ответил: «Да!», — советник чуть поклонился: — Касательно женщины — всё.
 
— Ничего не понимаю… Он же понимает, что в городе ему её от нас не удержать! Он же бежал от нас как заяц! — и хан хмыкнул: — То есть, как крот.
Мужчина напротив молчал, уставясь глазами в пол.
— Предположения есть?
— Да. Он хочет с нами договориться.
— Выкупить её, что ли?! Да это вот таких денег не существует! Тем более, не за пару и даже не за пару десятков золотых побрякушек из награды за обыкновенный данж. Даже если он не понимает — ему должны объяснить — та же Кеттара! — что такое сокровищница великого хана! А он не дурак, он должен это понять! Говори!
— Встречу он практически назначил. Если поговорим — дурак ли он — узнаем. И кому поручить это — есть. Есть Хидигг. Он дрался с торговцем, он выкупил у него свои клыки, он восхищался высокой Кеттарой. И есть Бриммер — начинающий командир, который нашёл два входа в подземелья, который вошёл в них и дошёл до конца. Что не схватил там Лекса — больше вина проводников-гномов. Бриммер и Хидигг — воин и маг, они хорошо дополняют друг друга.
— Объясняю ещё раз! Они всё проигрывают! Проиграли свои дуэли, не сумели поймать Кеттару! Да, а тот — мечник?.. Кто-нибудь из них, кто-нибудь вообще предложил ему вступить в наш клан?
— Имя мечника — Оггтей. Не предложили — поздно. В разговоре выяснилось, что он со своими дал годовую клятву Лексу.
— Ещё и это — опять проворонили!
— Но…
— Никакое ни “но”!Есть либо победа, либо поражение! И не важно, как ты её добиваешься — мечом, хитростью, покровительством богов или голой удачей! Не можешь добиться победы — неудачник!
— Есть ещё Корттег.
— Он чужой!
— Да, не из нашей семьи. Он уцелевший из разгромленного высокого рода. И мой хан мудро направил его вместе с другими, чтобы он соперничал с ними, был стимулом для них, был некоторой одинокой угрозой. Добавьте его и сейчас. А все остальные наши там — простые воины. Их не только торговец вокруг пальца обведёт, но и… Стоит их только представить напротив хитроумного Лекса… И… Ещё и другое — если рядом будет к высокая Кеттара, она на них глянет, своей черни когтём коснётся, и они двух слов не свяжут. А Корттег… Именно он подхватил «Дрожь земли» Кеттары, именно он, выхватив свой кинжал, инициировал их дарение. Верховный хан высоко оценил данный жест. Теперь высокая не сможет проигнорировать его, а Кортетга не смутит разговор с нею, — и советник на кроху добавил убедительности в голос. — Если его добавить к той парочке… Они оба его терпеть не могут, он это чувствует — значит, никто не будет покрывать друг друга, зато все будут крайне внимательны и расчётлтвы.
— Ладно, я подумаю, — поморщился хан. — О чём ещё выболтали лексовы орки?
— Мало. Что не удивительно: когда над тобою висит клятва Системы, становишься очень осторожным. Лишь то, что им казалось несущественными подробностями прохождения данжа. Рассказали о тварях. Про тех, что из первого, мы и так уже знали — хакариды, во втором были змеи. Босс — графская гадюка двадцать пятого уровня. Длиной — где-то около тридцати саженей. Шкура — меч не берёт. Оггтей хвастаясь — ему саженный кусок и достался — предъявил. Предложил попробовать прорубить. Получилось только у одного — топором. Но у него “Алебарда” за сотню и топор соответствующий. Кусок с фут отрубил и упарился. Тавернщик тут же его за пять золотых выкупил. Да… — советник на этот раз не стал удерживаться и хмыкнул: — Еще, к тому же, все гадюки в данже — от самых мелких, 14-ого уровня — бросали оцепенение. Голову одной — бирюзовой, 18-ого уровня — показывал их маг, башка мёртвая, а взгляд… Передавали, что взгляд хребет морозит до сих пор. Как это было у живой графини и представить жутко…