"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)
«Теф, как ты это объяснишь?» – поинтересовался он у своего попутчика.
«Хм. Ну не всегда люди думают одинаково, – хмыкнул Теф. – Бывают и отличия».
«Значит в разных инвариантах…» – начал комиссар.
«Да-да – нюансы, – подхватил Теф. – Небольшие отличия».
Комиссар, поняв, что его догадка верна, оглядываясь и прислушиваясь, подошёл к приоткрытой двери храма и заглянул внутрь. И здесь его ждало разочарование – храм был абсолютно пуст – ни алтаря, ни изображения святых, ни распятия, ни горящих денно и нощно свечей или лампадок. Глянув на светящиеся витражные окна, комиссар понял, что эффект горящих лампадок и свечей создавали сами стёкла – в них были встроены светильники, которые, подражая пламени, испускали дрожащий свет. Комиссар встал в центре под куполом и активировал полевой анализатор.
«Теф, ты видишь это? – образ, переданный анализатором прямо в сознание Полякова, выглядел как конусная воронка, соединённая с куполом. – Чем они здесь занимаются?»
«А разве не понятно?» – удивлённо спросил Теф.
«Ты хочешь сказать, что гелане…» – комиссар не успел договорить, поскольку анализатор браслета предупредил о приближении живого существа.
Поляков тенью скользнул ко входу и спрятался в тени за дверью. В пустой храм вошёл Димко. Он трижды поклонился и перекрестился на все стороны и должен был бы заметить стоящего за дверью Полякова, но незадолго до этого Теф успел создать поле преломления и Димко, выполнив обязательный ритуал, проследовал в центр храма. Комиссар прекрасно его видел – всё та же домотканая одежда, зелёные штаны и сапоги из выделанной кожи. Димко сел на пол и стал быстро шептать молитву. Комиссар дотронулся до левого браслета и пожелал усилить звуковой сигнал. Интеллект браслета понял его и в сознании Полякова зазвучали слова:
– О Гелан, Свет Всемогущий, что жизнь нам дал! Позволь рабу твоему быть достойным своего создателя и нести ношу по плечам и силам своим. Испытай мою волю и моё смирение. Дай мне вечную благодать и позволь мне насладиться радостью земной. Чтобы нести имя твоё и славить его в веках…»
Слова молитвы были прерваны сообщением анализатора о появлении вблизи храма двух балгров.
«А вот и наши туристки пожаловали, – захихикал Теф. – Сейчас мы, хи-хи, явно увидим испытание воли и смирения».
Комиссар уже знал кого он увидит и, когда Эллия и Веллия зашли в храм, то был к этому готов. Эллия заметила Димко и хищно улыбнулась своей сестре. Они подошли к одиноко сидящему посреди храма молодому мужчине:
– А что молодой человек делает так поздно и один в храме? – голос Эллии был мягким и обволакивающим.
– Я,.. – Димко поднял глаза и обомлел – в темноте глаза балгров светились оранжевым светом словно два уголька. – Я молился…
– Мы пилигримы из далёкого места и тоже хотим помолиться, – Веллия опустилась на колени рядом с Димко и невзначай дотронулась до него бедром.
– Да-да, пожалуйста… – Димко попробовал отодвинуться от полуодетой балгры, но с другой стороны от него уже находилась Эллия и он случайно коснулся её. – Ой простите…
– Всё в порядке, молодой человек, – Эллия положила руку ему на бедро и посмотрела прямо в глаза. – Ты ведь не страшишься испытать свою волю и смирение в компании двух пилигримов?
Веллия положила руки на плечи Димко и лизнула его ухо.
«Теф, сваливаем! – приказал комиссар. – Я не хочу глядеть на святотатство!»
«Ну-у, босс! – протянул Теф. – Всё только начинается!»
«Я уже вижу, что Димко всё провалил», – зло сказал комиссар и вышел из храма.
Поляков не был особо набожным человеком, но считал необходимостью уважительное отношения к вере человека. Терафим продолжил свою шарманку:
«Я вижу, как между ними образовалась эмпатия и интерес… У Димко поднялся уровень тестостерона и эстрадиола… И уже начинается прилив окситоцина…»
«Ты я вижу в комментаторы подался, – комиссар достал пластинку из топаза и посмотрел на храм. – Вот только нас это ни на шаг не приближает к разгадке…»
«Окситоцин растёт… Растёт и вот-вот сейчас… Сейчас…»
И вдруг комиссар уловил перемену в настроении Тефа – тот внезапно перестал дурачиться и замолчал.
«Теф, что-то произошло не то? – скривился комиссар. – Ты что-то почувствовал?»
Вместо ответа Поляков провалился в нуль-переход и лишь краем глаза успел заметить быстро приближающийся разрыв пространства, похожий на оптическое преломление с краями розового цвета.
Когда они вернулись обратно, храм лежал в руинах. Поляков достал из кармана пластинку и убедился, что разрушение произошло и в другом инварианте. Лишь статуи святых остались стоять целыми и невредимыми, упав с карниза на цоколь здания. Среди кучи досок лежал Димко, а рядом хлопотали две балгры.
«Они его спасли, – прошептал Теф. – Видишь, они не такие уж и плохие!»
«Угу, вижу, – буркнул комиссар, – только вот Веллия сапоги стягивает с Димко».
«Ой, поду-ма-ешь! – протянул Теф. – Сапоги не голова, можно новые купить!»
Эллия огляделась по сторонам, подошла к статуе Вилара-благодатного, склонилась к его ногам, что-то подняла и спрятала в карман своей куртки. Затем вернулась к Веллии, которая уже надела сапоги Димко, и они пошли по дороге ведущей из деревни, через поля, прямиком в лес.
«Давай-ка и мы будем прощаться, – сказал комиссар Тефу. – Как там было – шесть гравиструн нужно собрать в одну…»
«Слушаюсь, босс! – оживился Теф. – Рад стараться!»
Серый туман поглотил комиссара и сам растворился в утренней белёсой пелене, что наползала на землю и опадала на траву росою под первыми лучами солнца. Димко очнулся и потёр глаза. С ужасом посмотрел на разрушенный храм и бросился бежать прочь из деревни.
Глава 16
Это был странный мир. Вся его поверхность выглядела оплавленной и запёкшейся от нестерпимого жара, что когда-то бушевал здесь и плавил даже камни. Красные и оранжевые лавовые трещины расчерчивали опалённое тёмное вещество, резали на куски и сливались в раскалённые озёра. Иногда поверхность трясло и тогда, разрывая тонкую железистую корку, вверх взмывал фонтан раскалённого вещества, тут же опадая, не в силах преодолеть чудовищную гравитацию этого места.
Комиссар Поляков смотрел на этот мир, где единственным источником света были раскалённые потоки и холодный свет далёких звёзд, размышляя в какую сторону ему предстоит двигаться. Вокруг него был шар поля преломления – Теф сформировал его ещё в переходе. Это было несколько необычно и комиссар поинтересовался:
«Теф, я понимаю – безвоздушное пространство, но только ли это подвигло тебя тратить свою энергию на мою защиту?»
«Босс мой прозорлив, – улыбнулся Теф. – Сейчас мы находимся в месте, которое уже оказывает воздействие на гравитационные параметры, а ведь только приближаемся к точке выхода».
«Прости, я физику в школе не особо учил, – в очередной раз напомнил комиссар, – но понимаю, что окружающие условия весьма неблагоприятны».
«О, да! – Теф посмотрел на звёзды и запел. – Загадай желание на звезду. И мечты унесут тебя далеко-далеко! Но когда ты слишком положился на мечту… Жизнь не всегда такая, какой кажется! О, да!»
«И что это ты распелся? – комиссар совершенно не разделял восторг Терафима. – Или ты хочешь этим что-то сказать?»
«О, да! – пропел Терафим. – В смысле, хочу не только сказать, но и привлечь внимание того, кто должен здесь вскоре появиться».
«А почему мы сами не идём к нему? – комиссар окинул взглядом окрестности, но не обнаружил ничего такого, на что хотелось бы посмотреть. – Есть причины?»
«О, да! – снова пропел Теф, но, уловив раздражение комиссара, остановился и признался. – На поддержания поля преломления мне приходиться тратить очень много энергии, а я всего лишь… отломанная ветка».
«Ещё раз скажешь – „о, да“, – комиссар погрозил ему кулаком, – и от этой ветки останется только прутик».
«Постараюсь, – потупил глаза Терафим. – Он кстати вот-вот будет – я уже чувствую его приближение».