Мисс Никто (СИ)

Ник достала с полки и поставила перед лисом уже третий саморазогревающийся паек — за время поездки в Двадцать первом округе она поиздержалась, с продуктами было плохо, пришлось перейти на еду, которую захватили с собой парни. Она помнила голод, помнила себя, так что… Сперва накормить, напоить, потом запихать в душ и переодеть — пока запахи можно и потерпеть. Было бы только во что переодевать: её одежда будет лису коротковата, а одежду Лина откровенно жалко — Ник и так обирает его нещадно. Может, сходить и по-быстрому купить, пока магазины открыты? С деньгами-то особых проблем пока нет.
Лин звонил Мигелю, было слышно, как вампир выговаривал:
— Вы же полчаса всего в Либорайо! Что она опять уже натворила? Приструни уже жену — хватит нежить оживлять.
Лин, заливая кипятком чайные листы, пояснил:
— Это вполне себе жить. Это второй Привратник Холма наказаний. Отпущен по просьбе Ник.
— Святая кровь… Сейчас буду! — Мигель поспешно сбросил звонок.
Лин налил себе и лису чай и поставил перед сгорбившимся за столом, старательно пытающимся есть медленно парнем чайную пару.
— Давно не ел? — уточнила Ник, присаживаясь напротив лиса и кивком благодаря Лина за чашку с кофе.
Лис, которого оказывается, звали Зорро Санторо (Лин при знакомстве как-то особо понятливо хмыкнул, ничего не поясняя Ник), оторвался от еды и пояснил:
— Дня три, наверное. И, простите, я потом все…
Лин лишь веско сказал:
— Ешь давай. Можно подумать, тут никто не голодал… — он сел рядом с Ник, доедая преломленный с Зорро хлеб. Точнее, Лин его крошил пальцами, разбрасывал по тарелке, потом собирал, захватывал горстями и ел. Волновался — Ник уже знала, что он так делает, когда сильно переживает. — Значит, тебя отпустил Закат…
Ник хмыкнула:
— Как же, умный и заботливый фейри! Отпустить — отпустил, а то, что деньги на дорогу требуются, он не догадался. Предусмотрительный и прозорливый лорд…
Лис оправдал Заката, отрываясь от еды:
— Лорд выделил мне деньги — дал золотые. Их с лихвой бы хватило, чтобы добраться до Либорайо, но я сглупил: обменял золото на банкноты — ими проще расплачиваться в магазинах. Как только покинул Пятый округ, деньги…
Ник невесело рассмеялась — сама сталкивалась с этой шалостью фейри, и потому предпочитала безналичный расчет — пусть банки несут потери из-за превращения банкнот в золотые листья, чем она.
Лин понятливо кивнул — кажется, его тоже когда-то обдурили фейри:
–…деньги превратились в листья.
— Хуже… В труху уже, — мрачно сказал лис. — Пришлось добираться на попутках да тайком залазить в фуры, чтобы добраться сюда.
Лин сухо уточнил:
— Родные остались? Кому позвонить? Или сам позвонишь… — он подвинул по столу свой интер. — Пользуйся, не стесняйся. Не каждый день возвращаются из пятилетнего плена у лордов.
Лис потер лоб:
— Брат жив… Должен быть жив. Родриго Санторо… Слышал?
Ник даже кофе поперхнулась:
— Вот же!!! Я ему твое фото отсылала, а он не соизволил даже ответить! И… О! — она вспомнила, — так это тебя, получается, ловец пытался убить?
Зорро вздохнул:
— Немного не так. Ловец пытался меня защитить. От лордов.
— Ясно, — сказал Лин, допивая свой чай.
Ник нахмурилась:
— Слушай, лис, у тебя богатые родители? Наследство там… Деньги, заводы, влияние в клане… Должна же причина, по которой эта… — она проглотила ругательства, вспоминая вполне нормального парня Родриго Санторо, довольно натурально страдающего по убитому когда-то брату. И вот что так способно менять обо… Людей? —…эм, твой брат не ответил мне.
Зорро, быстро съедая последнюю ложку вареного горошка, ткнул пальцем в интер:
— Наследства нет. Если отправляли фото по интеру, то причина проста — лорды полностью контролируют все переговоры по интер-связи.
Лин лишь резко выдохнул, представляя масштабы катастрофы — все переговоры между округами шли по интер-связи, все военные пользовались интер-связью, все стражи, все…
— Твою же мать, — только и сказала Ник. — Тебя за это наказали?
Зорро, выпивая залпом чай и просительно смотря на чайник, мотнул головой:
 
— Не только за это. Но, миссис Росси…
— Я же сказала — Ник. Никаких миссис, без обид, Лин.
— Да какие обиды, Ник, — улыбнулся тот. — И, Зорро, во-первых, наливай себе чая сколько хочешь, а во-вторых, сейчас приедет Перес, он замгубернатора округа, ему придется рассказать все — это слишком важно.
— Хорошо. Я просто не хочу вмешивать в это дело ми… Ник.
Лин улыбнулся:
— А Ник сама куда хочешь вмешается. И, если ты наелся, то давай-ка иди в душ. Я тебе выдам полотенце и свой халат, а сам быстро схожу в ближайшую интрабудку, позвоню по простой связи твоему брату в участок. Заодно куплю тебе одежду на первое время. И не надо извинений и прочего — я так поступил бы с каждым, кто пострадал от лордов. Ник — тем более. Иди — не испытывай нервы Ник, она тяжело переносит чужие запахи.
Зорро послушно встал из-за стола, даже не вспоминая, что хотел еще чаю — видимо, решил, что воды и в душе будет полно:
— Спасибо, я…
Лин хлопнул его по спине и повел в душевую:
— Мойся сколько хочешь, воды тут много. Хоть час замачивайся. Понял?
— Понял.
— Вот и хорошо… — он выдал лису халат, полотенце и новое мыло. — Давай, наслаждайся…
Лин вернулся к Ник, растерянно допивавшей кофе — новости об интере добили её. Вот, как, значит, на неё вышли — она сама сдала себя своими звонками… Лин поцеловал Ник в висок:
— Я быстро. Не скучай. Хорошо?
Она лишь кивнула:
— Хорошо…
И хорошо, что тогда в зоне триста один интер сломался.
Мрачный Мигель, конечно же, приехал, как только Лин ушел прочь. Вампир, легко одетый в шелковый, ужасно изящный и элитный костюм, молча зашел в дом, старательно не косясь на её живот. Ник за старания ему даже чай выдала без надежды, что тот его будет пить, но Мигель, скинув в себя пиджак и сев за столом, погрел свои руки о чашку и сделал глоток.
— Добрый вечер, Ник…
— Добрый, — согласилась она и замерла, жалея, что кофе закончился.
Мигель замолчал, обреченно, мелкими глотками выпивая чай.
Ник села напротив Переса и не удержалась:
— Говори, Мигель. Говори, а то же лопнешь.
— Ник… А что тут говорить… — он уперся взглядом в стол. Ник оставалось надеяться, что очередной буйный погром Мигель не устроит — обновлять обстановку она не собиралась. — Я уже больше месяца молю небеса, чтобы твой ребенок родился не огненно-рыжим.
Ник рассмеялась, положила руки на стол и на них пристроила голову — все же Мигель её пугал. Сильно пугал. И обстановку, опять-таки, жаль.
Она еле слышно сказала — её голос заглушал шум струй из душа:
— Он будет солнечно-рыжий, Мигель. И я с этим ничего поделать не могу.
— Проклятая кровь, за что все это с парнями…
Ник все так же тихо пояснила:
— Наверное, потому что лигры именно такие — солнечные и рыжеватые. Или потому, что я хочу рыжего малыша — так вернее.
— Ник, я тебе уже говорил, что Лин стерилен.
— Ага, — вздохнула она. — И я даже поверила тебе. И вот, это только твоя вина, что мы с Лином ждем малыша.
Мигель горько рассмеялся:
— Надо же, и тут я опять виноват. Что бы с тобой не случилось, во всем только моя вина.
Ник даже выпрямилась:
— И кто так говорит?
— Я сам так считаю, Ник. Того же Тамиора достаточно вспомнить… Значит… Брендона надо будет отправить в Двадцать первый округ. Пусть там разгребает проблемы, а вот что делать с Лином…
— А с Лином делать ничего не надо — он знает, что это его дитя.
Мигель не удержался, напомнил:
— А Маки?
— А беременности длиной в год не бывает. Я же не слон, или у кого там беременность год длится? Мигель, расслабься. Все будет хорошо. Честно-честно.
— Ники… Я очень люблю Лина. И не в том смысле, как ты подумала…
Она заинтересованно посмотрела на него:
— А как я могла подумать? Понимаю еще — Брендон, тайна его посвящения в вампиры пугает… — Мигель при этих словах совсем побелел, но удержался от ругательств. — Но Лин-то понятное дело — ты впечатлен его матерью.