Медвежья страсть (СИ)

— Но… я тогда… не понимаю, кто же я. Ведь я не оборотень — я человек. Как я могу быть истинной парой для близнецов?
— А вот это уже загадка природы, — задумчиво ответила Екатерина Петровна. — Мы раньше даже и не предполагали, что можем быть совместимы с вами, с людьми. До тех пор, пока в волчьих стаях не появились человеческие самки, которые были способны принести потомство. С одной стороны, это вызвало большую радость, а с другой — много противоречий и споров между кланами разных рас. Волки сразу позитивно восприняли эту идею спариваться с человеческой расой, львы держали нейтральную позицию, а вот ягуары и медведи наотрез отказались брать людей для размножения собственных видов. Мотивируя тем, что истинная кровь альфарианцев в этом случае будет разбавленной и потеряет свою чистоту.
  
— Бабуль, скажи, ведь если у волков получилось получить потомство от человеческих самок, значит и у медведей такое возможно? — переспросила Ксюша.
— Я думаю, что возможно. Мы просто не пробовали, всегда отметали этот вариант, — Екатерина Петровна улыбнулась, глядя на меня. — Вот и проверим, глядя на нашу новоиспечённую троицу.
— Лишь бы у Русика получилось отмахаться от Рагозиных, — вздохнула Ксюша.
А я призадумалась.
Как же всё сложно оказывается у этих оборотней. Чистота крови у них видите ли должна быть. Ещё неизвестно, с какими новостями приедут близнецы. Что скажут Руслану эти советники?
  
Глава 21 
 
Руслан
Перед Советом мы с Ильёй решили заглянуть сначала к Алексею Дмитриевичу Посыпанову. Он был хорошим другом нашего отца и одним из членов Совета старейшин. У меня была надежда только на его поддержку.
— Руслан! Ну здравствуй, проходи. Илья, рад вас видеть, — приветствовал нас старик.
Алексею Дмитриевичу уже больше ста лет. Он является одним из самых старых беров на земле. Но в свои годы старик ещё ого-го! Руководит не только Советом, но и держит в железном кулаке свой собственный клан.
Прошли в гостиную и, удобно устроившись на широком диване, я начал разговор:
— Алексей Дмитриевич, мы к вам по очень щекотливому вопросу.
— Я уже в курсе, Руслан. Меня предупредили, — старик вальяжно откинулся в кресле, закинув ногу на ногу. — Так что там за история с человеческой самкой? Хочу услышать твою версию.
И я ему всё рассказал. Всё как было, с самого начала.
Старик слушал внимательно, не перебивал. А потом долго расхаживал по комнате, убрав руки за спину и тщательно что-то обдумывая.
— Но вы же понимаете, что она человек? — сдвинув хмурые брови, наконец, выдал Посыпанов. — И нет ни какой гарантии, что она даст вам потомство.
— Мы всё осознаем, Алексей Дмитриевич. Но и вы нас поймите, — произнёс с нажимом. — Вы же сами знаете, что такое встретить истинную. Как пойти против воли зверя? Он её выбрал, отметил. И хочет только её.
— Вам не кажется, что пора менять стереотипы, Алексей Дмитриевич, — Илья подался вперёд, напряжённо глядя на старика.
— Рагозин решительно настроен, отстаивать свои права, — предупредил он.
— Мы просим вас, дать нам шанс, — я стиснул челюсти от напряжения. Если старик откажется нам помогать — дело плохо. Тогда стычки с Рагозиным не избежать.
— Хм. Я подумаю, что можно будет сделать, — хмыкнул он.
* * *
Зал Совета. Из присутствующих только старейшины, я с Ильёй, да Рагозин. Плюс ещё адвокаты с обеих сторон.
Рагозин расположился за столом напротив нас, с видом полностью уверенного в себе бера. Ещё бы, один из членов Совета его дальний родственник. Наверняка Рагозин даже не сомневается в своей победе. Довольная ухмылка не сходит с его лица.
— Итак, давайте приступим, — заговорил Посыпанов, раскрывая чёрную папку.
— Какое дело мы сегодня рассматриваем? — спросил Метельский, один из членов Совета.
— Господин Рагозин подал в Совет жалобу на неисполнение брачного договора, заключённого между Русланом Авериным, главой клана бурых с Медвежьей Горы и Кариной Рагозиной, дочерью главы клана бурых с Северных Гор, — зачитал бумагу Посыпанов.
— И в чём же причина, господин Аверин? — Метельский перевёл любопытный взгляд на меня и усмехнулся. — Или самка пришлась не по душе?
— Причина в том, что я встретил свою истинную. Мы с братом, признали в одной и той же самке свою пару.
— Тройственный союз? — удивился Силанов, ещё один член совета беров. — Насколько я помню, уже лет триста не было подобных союзов. Это же просто замечательно. Мне кажется, здесь и решать нечего — аннулировать брачный договор и всё. А жалобу господина Рагозина отклонить.
Лицо Рагозина тут же пошло красными пятнами, от ели сдерживаемой ярости. Он резко подскочил со стула и с силой ударил ладонями по столу.
— А господин Аверин не забыл упомянуть, что его пара, как он сказал, человеческая самка? — глядя мне прямо в глаза, зло выплюнул Рагозин. — Самка которая не в состоянии принести потомство — бесполезная самка.
— Кто вам сказал, что она не сможет принести потомство? — сквозь зубы рычу я и сжимая кулаки начинаю подниматься со стула. — Мой зверь признал её! Мой зверь хочет только её! А значит…
— Хватит! — резкий тон Посыпанова оборвал нашу перепалку. — Успокойтесь, оба! И держите себя в руках! — а потом чуть спокойнее. — Мы здесь для того и собрались, чтобы спокойно обсудить возникший спор.
— А чего тут обсуждать, — вставил своё слово Титов, родственник Рагозина и член совета. — Человеческие самки не рожают от беров. Пусть ставит метку дочери Рагозина и закроем это дело.
— Откуда нам знать, что не рожают. Ведь мы же даже не проверяли, — не выдержав, рявкнул Илья. Взъерошил рукой свои волосы и вскинул взгляд на старейшин. — Сколько осталось на земле беров с истинной силой Альфарианцев? Несколько сотен. Наш род медленно катится в пропасть. Это всем давно известно. И чистота крови нас не спасёт. Волки оказались намного мудрее нас. Они давно пошли другим путём выживания и не побрезговали смешать свою кровь с кровью людей. И посмотрите на них. Их раса увеличивается и процветает. Быть может всё не так страшно в смешивании крови, как мы себе напридумывали? Природа даёт нам шанс. И мы будем полными идиотами если не воспользуемся им.
— Всё это полная чушь! Главное, чистота крови. Волки всегда были слишком похотливы и не разборчивы. Они могут трахнуть любую сучку и не важно к какой расе она принадлежит. Это же волки, — произнёс Титов, кривя губы в презрительной усмешке.
— Вот именно! — поддакивает Рагозин.
Началась словесная перепалка, грозящая перерасти в большую бурю. И если бы не мудрость Посыпанова — быть беде. Мы бы вцепились друг другу в глотки, если бы он не рявкнул, ударяя твёрдым кулаком о стол:
— Молчать! — я даже вздрогнул от силы и вибрации его голоса. — Я считаю, что Аверин прав. Возможно… пора менять стереотипы. Если волки научились выживать в этом мире, мы тоже должны.
— Хочешь сказать, что человеческая самка в качестве истинной пары — это допустимо? — прищурил глаза Титов.
— Я считаю, мы должны попробовать. Если так нам удастся возродить расу беров, я согласен пойти на это.
— И что ты предлагаешь, расторгнуть брачный договор?
— Я протестую! — взвился Рагозин.
— Тихо! — тут же осадил его Посыпанов. — Мы дадим братьям Авериным шанс. Если до весны человеческая самка не понесёт, Руслану придётся исполнить брачный договор.
Я скрипнул зубами, крепко сжимая челюсти. Такой расклад меня не устраивает, но это хоть что-то. До весны можно будет что-нибудь придумать. Хоть что. Да я скорее глотку перегрызу Рагозину и всей его семейке, чем оставлю мою девочку.
  
— Руслан? — Алексей Дмитриевич повернулся ко мне, дожидаясь ответа.
Стиснув до хруста кулаки, я кивнул, соглашаясь. А Рагозин недовольно поджал губы и впился в меня ядовитым взглядом. Кажется, хотел что-то сказать, но передумав, встал из-за стола и вышел из зала Совета.