Варвар-пришелец

Но я не грущу. Не могу дождаться, чтобы провести время наедине со своей парой. Не могу дождаться, когда смогу облизать его с ног до головы, пока он не начнет дергать меня за волосы.
Так странно, но мне нравится, когда он дергает за волосы.
К сожалению, воплощению моих сексуальных фантазий препятствует пещера охотников.
Мы останемся здесь на эту ночь и любую другую, по возвращению с охоты. Я думала, что она будет… Черт возьми, даже не знаю. Безлюдной? Уединенной? Особенной?
  
Но вместо этого – ряд кроватей без намека на личное пространство и немного вещей. Пещера маленькая, в ней живет большинство мужчин без пары. Раахош знакомит меня с ними: Эревен, Таушен, Кэшол и мой закадычный приятель Хэйден, который хмурится при виде меня. Затем мы с Раахошем бросаем наши сумки и устраиваемся на последней кровати, которая была приготовлена для нас с тех пор, как Золая съехался с Арианой.
Это часть нашего наказания, я знаю. Мы будем спать в «коммунальной пещере», пока не закончится изгнание. И это… дерьмово. Потому что я провела слишком много дней и ночей без Раахоша, и мне ничего не хочется так сильно, как заниматься с ним сексом вплоть до следующей недели.
Но у нас здесь нет никакой личной жизни.
Он ложится рядом и плотно укутывает нас одеялами, затем обнимает меня одной рукой. Мой паразит начинает мурчать, и я слышу, как паразит Раахоша подхватывает эту песню. Один из охотников фыркает, поднимается и выходит из пещеры.
Что ж, по крайней мере, на одного меньше. Осталось еще трое. Я вздыхаю.
Я лежу на боку, лицом к Раахошу, потому что хочу смотреть на него всю ночь. Провожу пальцами по каждому из шрамов, а затем скольжу по рогам, пока он не перехватывает мою руку и не целует ее.
– Перестань, или я возьму тебя прямо здесь, у всех на глазах, – бормочет он, прижимаясь ко мне.
Я чувствую его эрекцию. Его твердый член, настойчиво упирается в мое тело. Я так его хочу.
Гребаная пещера, набитая гребаными охотниками.
Мой паразит принимается гудеть еще сильнее, и я скольжу рукой по груди Раахоша. Мне нравится прикасаться к нему, и плевать, возьмет он меня на глазах у остальных или нет. Если только он возьмет меня хорошенько.
Но когда один из мужчин, громко вздохнув, переворачивается на другой бок, у меня возникает идея.
– О, Раахош, – громко стону я. – Сделай это снова своим хвостом.
Глаза моего мужчины расширяются в изумлении, а мне приходится сдерживать смех. Еще один мужчина поднимается и выходит, бормоча что-то на инопланетном, за ним следует другой. Кроме нас, остался только один охотник, и держу пари, я смогу его отпугнуть.
– Да, вот так, – кричу я, пока Раахош пялится на меня в ужасе. – Продолжай делать это своим бесстыжим хвостом!
Раахош зажимает мне рот рукой, чтобы заставить замолчать, но уже поздно. Последний охотник встает со своей кровати, и я вижу через плечо Раахоша, как Хэйден бросает на меня свирепый взгляд, прежде чем покинуть пещеру.
Мы остаемся вдвоем.
– В последнее время у тебя на уме одно озорство, – бормочет Раахош и притягивает к себе, чтобы укусить за шею. – Теперь они будут спрашивать меня, что я делаю своим хвостом, каждый раз при встрече.
– У тебя хорошее воображение, – поддразниваю я. – Используй его.
– Мне не нужно воображение, – в его голосе слышно рычание. – У меня есть руки.
Он толкает меня на спину и стягивает мои штаны с бедер. Я нетерпеливо развязываю шнурки, отчаянно желая оказаться обнаженной. Как только шнурки ослабляются, я стягиваю штаны и отбрасываю в сторону. Наступает очередь моей туники, Раахош в это время быстро снимает свою набедренную повязку. Мой паразит поднял бурю в груди.
Раахош кладет руку мне на грудь и проводит большим пальцем по соску. Я стону.
– Моя Лиз, – выдыхает он. – Моя пара.
А потом что-то скользит по моей киске. Я вздыхаю и смотрю вниз. Его хвост!
– Ты сказала использовать воображение, – бормочет он и тянется к моей киске. Раздвигает ее влажные складки и начинает скользить хвостом. – Хочешь, чтобы я использовал только свой хвост?
– Боже, нет, – я наклоняюсь и обхватываю его член, пока он дразнит мой клитор хвостом. – Хочу, чтобы ты пустил в дело его.
Он стонет и ложится на меня. Ощутить на себе вес его тела – то, чего я так долго ждала. К черту прелюдию, я хочу, чтобы он взял меня быстро, жестко и прямо сейчас.
Когда он раздвигает мои ноги и целует, вспоминаю совет Джорджи о том, как свести его с ума, и кладу руку ему на грудь, чтобы остановить.
– Эй, малыш, у меня есть идея.
Раахош отстраняется и озадаченно смотрит на меня.
– Какая?
– Хочу, чтобы ты вошел в меня сзади.
Он так комично наклоняет голову, что я едва сдерживаю смех.
– Но твой хвост…
– Его нет, – напоминаю я и поглаживаю его сосок. – Люди все время это делают. Ты можешь просто перевернуть меня и войти…
Не успеваю я договорить, как его большие руки переворачивают меня. Я хихикаю и встаю на четвереньки. Несложно переманить Раахоша на темную сторону.
Он гладит мою задницу, и вздох удовольствия срывается с моих губ. Я закрываю глаза.
– Так приятно.
– Ты такая… обнаженная, – он скользит своей большой рукой по моим бедрам, а затем проникает пальцами между ягодиц. – Это так…
– Порочно? – подсказываю я, чувствуя себя именно так.
– Красиво.
Эм. Я хочу сделать замечание относительно не совсем уместного выбора слов, но он погружает свои пальцы, и все мое тело содрогается. Я задыхаюсь. Господи, это слишком хорошо.
– Ты достаточно намокла, чтобы принять меня? – спрашивает он, продолжая входить в меня пальцами. Я так намокла, что слышу, как двигаются его влажные пальцы, и киваю в ответ. Возбуждение нарастает, когда он прижимает головку члена к моей вагине, и я наклоняюсь вперед, собираясь с силами.
– Пожалуйста, прямо сейчас, – у меня такое чувство, будто я ждала своего мужчину целую вечность.
Он входит в меня, и я вскрикиваю, потому что это потрясающе. Сантиметр за сантиметром он погружает в меня свой восхитительный член, а я извиваюсь и вбираю его, полная решимости ускорить процесс. И в тот момент, когда я думаю, что растянута до предела и не смогу принять ни сантиметром больше, что-то упирается в мою задницу.
О Боже.
Это, должно быть, его шпора.
Нет слов, чтобы описать это удовольствие. Я вцепляюсь пальцами в меха и снова вскрикиваю.
Раахош пытается заглушить мои крики, но безуспешно, и когда он снова входит в меня, я не могу сдержать стоны. С каждым движением члена шпора проникает в мою задницу ровно настолько, чтобы свести с ума от вожделения. Меня накрывает безумный оргазм, и я кончаю, выкрикивая его имя. Каждый мускул моего тела сжимается вокруг Раахоша, и его пальцы впиваются в мои бедра. Он продолжает интенсивные толчки, а потом кончает.
Со счастливым вздохом я тянусь назад и держусь за него, пока он укладывает наши сплетенные тела на бок. Он покрывает поцелуями мою шею и плечо, и я прижимаюсь к нему, потому что чувствую странное возбуждение от того, что его член (и шпора) все еще погружены в меня. Я устала и тяжело дышу, но… даже несмотря на то, что у меня подкашиваются ноги, готова ко второму раунду.
– Моя пара, я думаю, тебе следует вести себя потише, раз уж мы собираемся ночевать здесь. Твои крики наверняка разбудили всех детей на другом конце пещер, – переживает Раахош.
– Да плевать, – отвечаю я, опьяненная удовольствием. – Если они хотят, чтобы нас не было слышно, пусть выделят отдельную пещеру, – потому что эта поза по-собачьи… ух! Свела меня с ума.
– Нам следует дождаться окончания изгнания, – Раахош кусает меня за плечо. – Ты уверена, что хочешь сделать это, Лиз?
  
С затуманенным эндорфинами сознанием провожу рукой по его волосам, пока он ласкает мою грудь.
– В позе по-собачьи? Я только «за». И как можно чаще.
– Нет. Уйти со мной и разделить мое изгнание.
Что за глупый вопрос.
– На сто процентов. Мне здесь нечего делать без тебя.