Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Наше вам с кисточкой, — поприветствовал я «тройку плюс».
— Здравствуй, Саша. Здравствуй, — поздоровался за всех замминистра. — Вижу настроение у тебя боевое. Это хорошо.
На это я отвечать не стал, а лишь чуть улыбнулся, давая собеседнику возможность побыстрее объяснить цель моего нежданного вызова.
— Александр, мы тебя отвлекли вот по какому поводу… Как ты уже понял, в зале присутствуют высокопоставленные гости. Они прибыли сюда специально, чтобы посмотреть выступление нашего ВИА «Импульс» и оценить их способность держаться на сцене.
— Не волнуйтесь. Меня заверили, что всё достаточно хорошо отрепетировано.
— Да. Их художественный руководитель нам тоже об этом докладывал на совещании. И мы надеемся, что твои ребята оправдают наши ожидания. Гастроли — дело серьёзное, и там никак нельзя проявить себя с плохой стороны.
— Гм, — задумчиво произнёс я. — Ну если Вы так опасаетесь, то ненужно ставить наш ансамбль сразу же на большие площадки и на ответственные мероприятия. Я понимаю, что это затянет процесс популяризации коллектива среди масс, но в данном случае нам важнее перспектива. Ансамблю нужно расти не спеша. Пусть освоятся, привыкнут, почувствуют сцену и наладят вербальный контакт со зрителями. Поэтому я предлагаю «обкатать» их в Домах Культуры разных предприятий. Петь же в Кремле, естественно, им пока рано. Впрочем, — на секунду задумался, — если под фонограмму, то через пару недель смогут и в Кремле.
— О Кремле пока речь не идёт, — встрял в разговор Лебедев. — Однако те гастроли, которые решено провести, должны пройти без сучка и задоринки. Это не шутки! К делу нужно подойти со всей серьёзностью! От этого зависит положительная репутация нашей страны!
— Товарищ Лебедев, товарищи, мне кажется, что этот вопрос хоть и серьёзный, но я предлагаю всё же дождаться выступления ребят, а уже завтра, после рабочего дня, встретиться и обсудить увиденное. Сейчас, пока мы не видели выступление, мы с вами, извините, гадаем на кофейной гуще, — пояснил своё видение ситуации пионер. — Мне сейчас трудно Вам что-либо сказать по этому поводу, потому как я в последнее время с коллективом не занимался, по известным вам причинам.
— Так-то ты, конечно, прав, — кашлянул Мячиков, — но ты нас тоже пойми — мы волнуемся. Мой шеф приехал. Да ещё и Громыко. Как нам потом им в глаза смотреть, если будет провал?! Что они на это скажут? Американец с ними договорился и рассчитывает на гастроли. Как ты думаешь, если будет провал, мы сможем их за три недели правильно подготовить, чтобы нам потом не опозориться на весь мир?
— Я же говорю, не нужно их пока на большую сцену толкать, — растерянно произнёс я, не совсем поняв о чём вообще сейчас сказал замминистра и какого хрена Тейлор лезет не в своё дело. — Пусть поиграют по мелким городкам и весям. Договоритесь у них на работе, пусть ребятам оформят командировки, или как вы там сделаете… и пусть они повыступают три-четыре месяца на небольших сценах, — заметив, как «тройка плюс» переглянулась, понял, что тут дело совсем нечистое и, протянув слова в задумчивости, спросил: — Или что вы имеете в виду?
— В том-то и беда, Саша, что нет у нас трёх месяцев, а есть только три недели, — сделав серьёзное лицо, произнёс псевдомидомидовец Лебедев.
— Для чего? — не понял пионер.
— Для гастролей.
— Так я же уже про гастроли всё сказал. Пусть съездят в Рязань, Луховцы, Набережные Челны и в ДК «КАМАЗа» сыграют, а уже потом…
— Дело в том, Саша, что сейчас рассматривается вопрос о поездке ВИА за рубеж. Тейлор все пороги оббил и доказал, что такая поездка крайне необходима, обосновав это тем, что даже несколько концертов сыграют положительную роль для более успешной продажи пластинок.
— И что вы этим хотите сказать? Вы их в США что ль собрались отправить на гастроли? — не поверил я коллегам, обалдевая от самого факта, что такая поездка может осуществится в реалиях 1977 года.
— Не в Америку, в ГДР, — огорошил меня замминистра.
— Почему именно туда? — ошеломлённо произнёс я.
— Ну в кап. страну их сразу выпускать ещё рано. Сам же говоришь, что опыта у них пока нет. А вот в страну Варшавского договора, вполне себе можно. Тем более Эрих Хонеккер — Генеральный секретарь ГДР, который, как ты знаешь, сейчас в Москве и был сегодня с утра на параде на Красной площади, лично интересовался датой проведения гастролей.
— Это Тейлор что ль опять без спроса воду мутит?! — риторически высказался я, искренне негодуя, что ситуация выходит из-под контроля.
— Почему Тейлор? Ты думаешь это американца рук дело? — спросил Кравцов.
— Не знаю я чьих это рук дело. Ясно одно, такая популярность сама по себе прийти не могла, — хмыкнул великий стратег и предположил, — по всей видимости Тейлор, через германскую AGFA, возможно решил внедряться в Европу. И хотя AGFA или BASF, это Западная Германия — ФРГ, но всё равно Германия, и контакты у них с ГДР есть.
— Гм, американец, если это сделал он, хорошо знает, как правильно продавать продукт. Он зарекомендовал себя, покамест, не с плохой стороны. Поэтому не верить ему у нас нет никаких оснований. Он убедил министров, что эта поездка необходима, и, если ребята сейчас выступят хорошо и не наломают дров, считай, что командировка в Восточную Германию тебе обеспечена, — обрадовал меня замминистра, но тут же напомнил: — Но надо, конечно, хорошенько к этому турне будет подготовится. Уже принято решение прикрепить к ВИА двух лучших хореографов.
— Что ж, крайне неожиданная и не плохая новость, — произнёс я. — Ребята, наверняка, будут довольны. Что же касается материала, то я думаю, за три недели они смогут нормально его выучить, если, разумеется, вы найдёте способ освободить их от основной работы и учёбы.
— А ты? — спросил Лебедев.
— Что я?
— Ты доволен? Рад?
— Да, собственно, конечно же рад. Ребятам надо расти, а такая поездка пойдёт им однозначно на пользу.
— А тебе?
— Что мне? — не понял я.
— Тебе эта поездка пойдёт на пользу?
— В каком смысле «мне»? — удивлённо глянув на «тройку плюс», произнёс пионер, начиная прозревать… — Стоп, стоп, стоп, товарищи! Никакие нахрен гастроли мне нафиг не нужны! Ни в ГДР, ни в США я ехать не хочу! Поэтому про это, товарищи, забудьте! Тем более я не выездной и вообще не здоров, — и посмотрев на полковника, — Да, товарищ Кравцов?
Тройка повернулась к комитетчику.
— Насчёт здоровья: это медкомиссия в военкомате решит, от которой ты бегаешь! А насчёт: невыездной… Почему же не выездной? С чего ты взял? — якобы удивлённо произнёс тот и повернувшись к замминистра. — Насколько мне известно, у нашей структуры к Васину никаких претензий нет.
Тройка перевела свои взгляды на меня.
— То есть как нет?! А «шо ж» ты мне мозги тут полощешь?! — аж задыхаясь от злости, с негодованием взревел пионер.
— Повторяю, — холодно заявил представитель фемиды, сделав каменное лицо, — у нас, Саша, к тебе никаких вопросов нет.
— Просто песец!! — зло выдохнул пионер, не зная, как ещё можно ёмко сформулировать свои эмоции и махнул рукой: — Всё равно… Это не имеет значение. Я при любых раскладах никуда не поеду — мне это не надо!
— Саша, но разве тебе не интересно посмотреть мир — другие страны, других людей? — недоумённо поинтересовался Минаев.
— Абсолютно не интересно, — констатировал пионер. — Чё я там не видел?
— Товарищи, мы, по-моему, не туда ушли. Эти вопросы мы можем обсудить потом — завтра или после завтра. В тихой и спокойной обстановке, — взял слово Мячиков. — Сейчас же давайте вернёмся к насущным вопросам и первый из них — какие песни ты будешь сейчас петь?
— Э-э, чего?
— Я спрашиваю, что за репертуар ты сейчас будешь петь на сцене? Его нам нужно утвердить.
— Гм… вообще-то я ничего петь не собираюсь, поэтому вы вольны утверждать репертуар какой хотите.
— То есть, как это ты не собираешься петь, Васин?! — недовольно пробурчал Лебедев. — Ты много о себе возомнил. Тебя министры приехали послушать, а ты тут перед нами «Ваньку» валяешь!