Регрессор в СССР. Цикл (СИ)
— Ну, так скажешь ты кто приедет или нет? Если нет, то нафига ты вообще этот разговор затеял, коль не хочешь говорить?
— Не нервничай, а то расколешься раньше времени, — хохотнул Кравцов, посмотрев через двери на сцену.
Это меня вконец достало, я развернулся и собрался было пойти к своим дамам, но комитетчик меня остановил.
— Короче говоря, примерно через полчаса сюда подъедут, — негромко произнёс он, посмотрел по сторонам и, видя, что остальные труженики находятся от нас относительно далеко, начал перечислять: — Товарищ Мячиков и товарищ Лебедев с…
— То-то я смотрю, что всё начальство так забегало и на первые два ряда никого не пускают. Да и милиционеров уж больно много стало, — перебил я собеседника.
— Ты не дал мне договорить, — сморившись произнёс тот. — Так вот, кроме этих ответственных товарищей приедет ещё их начальство.
— Э-э, в смысле? Это кого ты имеешь в виду? — не понял пионер.
— Я имею в виду: товарища Демичева и товарища Громыко.
— Ну ни#@# себе?! — только и смог вымолвить я, услышав фамилии министров СССР.
Глава 28
Министры, как это и положено всем уважающим себя людям, естественно, опоздали. Но опоздали, нужно сказать, вполне себе умеренно — всего лишь на сорок минут.
Их приезд вызвал нездоровый ажиотаж. Все собравшиеся в Доме Культуры граждане знали, что должен приехать кто-то важный, но что настолько важные персоны решат посетить сей культурный вечер, не знал, естественно, никто.
В голове всех присутствующих просто не укладывалось, что такие величественные персоны снизошли с высот олимпа и сидят с простыми смертными совсем рядом, через два три ряда. Не верилось в это потому, что место таких персон, в этот знаменательный день, должно было быть не в обычном ДК, а в Кремлёвском дворце съездов — на праздничном концерте, где будет присутствовать всё правительство, включая всеми любимого Генерального секретаря.
Однако хоть в это и не верилось, а факт оставался фактом — через два ряда от обычного люда сидели фактически «Боги».
Разумеется, 99,9 % присутствующих в зале никогда таких Высоких гостей так близко не видели. Исключением были единицы, включая ошарашенного директора завода «ЗИЛ», который, вероятно, до последнего не верил, что это всё правда, на лице которого явно читался закономерный вопрос: какого хрена этим «Богам» тут понадобилось?
Этим, собственно, и был вызван ажиотаж, который сопутствовал приезду столь величественных персон, ибо рядовым гражданам было крайне интересно посмотреть на тех, кого показывают по телевизору и чьи фотографии и имена регулярно появляются в газетах.
— Товарищи, в этот светлый праздник наш Дом Культуры посетили товарищ Министр Культуры СССР Пётр Николаевич Демичев и товарищ Министр Иностранных Дел СССР Андрей Андреевич Громыко. Давайте поприветствуем их, товарищи, — произнесла заведующая ДК, взявшая на себя роль ведущей, и в зале раздались аплодисменты.
Министры встали, повернулись к залу, чуть поклонились, помахали руками и, удовлетворённо улыбнувшись, сели на свои места.
— В этот прекрасный и знаменательный день, шестьдесят лет назад, — заметно нервничая, продолжила «конферансье» приветственную речь, а я повернулся к худруку.
— Яков Моисеевич, мне тут шепнули, что это всё неспроста. По всей видимости, министры хотят убедиться в умении нашего ансамбля держаться на сцене.
— Я тоже так думаю, Саша. Я несколько дней назад уже отправил на согласование нужные бумаги, чтобы наше ВИА было закреплено за Московской филармонией. Если это не получится, то закрепимся за какой-нибудь другой. Например, за Владимирской или Тверской. У меня там есть знакомые, так что этот вопрос решаем, — чуть попыхтел и вытер лоб платком. — Сейчас мне кажется, что все эти вопросы решатся уже сегодня. Теперь всё зависит от ребят. Их и наша судьбы теперь в их руках, как бы сумбурно это не звучало.
— Звучит, конечно, не только сумбурно, но и пафосно, — хмыкнул пионер, — однако соглашусь — в какой-то мере Вы правы. — И спросил: — Яков Моисеевич, я давно на репетиции не был. Как хоть ребята играют? Нормально? Я им новые тексты и ноты новых песен через Севу передавал. Они их разучили?
— Некоторые да. А вообще, Саша, они уже две недели репетируют каждый день, а в выходные весь день. Мы очень серьёзно готовились к этому праздничному концерту и к предстоящим гастролям.
— Гастролям? — удивился я. — Это куда вы собрались?
— Я пока никому ничего не говорил, но мне шепнули кое-что… В связи с тем, что пластинки очень популярны, нас хотят пригласить выступить.
— Гм, — задумался я. — А где?
— Пока не знаю. Я тоже был ошарашен такой новостью. Но там тоже не знают. Сказали, что вопрос этот рассматривается.
— Интересно, — резюмировал я, — но в принципе идея выпустить коллектив в свет уже давным-давно созрела, я бы даже сказал перезрела.
Тем временем на сцене мужчины и женщины, в количестве около двадцати человек, построились в два ряда и, под аккомпанемент небольшого оркестра, запели прекрасную песню «И вновь продолжается бой».
Небо утреннего стяг…
В жизни важен каждый шаг…
https://www.youtube.com/watch?v=GftPyjIm3Ps
Песня была клёвая! Она впервые прозвучала на закрытии 17-го съезда Комсомола в 1974 году. В народе она была популярна, поэтому часть зала с удовольствием её подпевала, в том числе и я.
Между тем вспомнилась другая версия этой композиции и я отметил себе, что неплохо бы, в ближайшее время, сделать такую «кавер» версию хита с привлечением скрипок и виолончелей, тем более у нас виолончелистка Лиля уже есть.
https://youtu.be/yBnCo2SKafU?t=56 — SILENZIUM The battle goes on
Второй песней этого хора была песня «Бьют тревожные ливни» из к/ф «Неуловимые мстители».
https://youtu.be/3QSvTOTpxEs?t=65
Её петь я не стал, но исполнение послушал с удовольствием. И несмотря на то, что оркестр выступал в несколько урезанном составе, а некоторые участники хора видимо из-за стеснения терялись и, боясь облажаться перед высокими гостями, толком не пели, а симулировали пение, лишь открывали рты, всё равно общее звучание было вполне себе симпатично.
— Васин! Саша! — неожиданно раздался шёпот с конца ряда.
Повернул голову и рассмотрел Кравцова, который призывно помахал рукой. Я махнул в ответ, в том смысле — «отстань».
Однако тот вновь позвал меня…
Я помотал головой в отрицании и демонстративно отвернулся, посмотрев на сцену.
— Васин! Ёлки-палки! А ну-ка быстро иди сюда! — зашипел полковник.
— Отстаньте от меня! — зашипел в ответ пионер. — Дай песню, блин, послушать.
— Товарищи, немедленно прекратите мешать другим товарищам смотреть концерт, — зашипело сразу несколько человек вокруг.
— Саша, а ну немедленно иди сюда! Не то я сейчас до тебя доберусь! Дело чрезвычайно срочное! — не мог угомониться Кравцов.
— Вот же блин горелый, пристал как банный лист! — недовольно прошептал я и полез, извиняясь перед людьми, в сторону Кравцова.
— Ты чего, маленький что ль? Раз зовут — значит надо, — прошипел мне на ухо Кравцов, когда я наконец до него добрался.
— Что вам надо, товарищ полковник? Мы уже обо всём, по-моему, поговорили! Дайте же культурно отдохнуть человеку и отстаньте!!
— Дома отдохнёшь, — произнёс тот и скомандовал: — Давай вперёд, я за тобой. Идём на выход, — и несильно подталкивая меня в спину, показал направление к дверям.
Я, естественно, не понял, чего ему от меня надо, поэтому приготовился устроить истерику, как только мы доберёмся до точки назначения, ибо их пристальное внимание меня крайне зае… гм… — короче — надоело оно мне, хуже горькой редьки!!
Но там, в вестибюле, меня ждал сюрприз в лице трёх боссов.
— Вот, доставил, — отрапортовал, стоящим у окна в стороне от людей, Кравцов и улыбнувшись похлопал меня по плечу.