Хозяин Пустоши. Книга 2 (СИ)

— Три недели я просидела в землянке. Выходила, только чтобы вынести отходы и помыться. И то под конвоем. Нет, я не хочу сидеть в доме еще три недели. Я соскучилась по людям, по общению. Конечно, я пойду на охоту! — серьезно сказала Людмила.
— Хорошо. Тогда выбирай реагенты, — обрадовался Илья и поставил на стол сумку.
— На кого идем? — деловито спросила она и стала выкладывать баночки, флаконы и кулечки с реагентами и отдельно пучки трав.
  
— Кого найдем. Зайцы, лисы, горностаи, совы. Монстры с магией изменений, — пояснил я.
— Там только животные?
— Есть насекомые и одна химера, но она редкость, — ответил Илья. Он все еще разбирался в монстрах и местах их обитания лучше меня.
— А на обратном пути, если получится, сделаем крюк в зону с магией исцеления, — предупредил я. — Коты, змеи, лягушки.
— Понятно, — задумчиво протянула Людмила и начала рассматривать реагенты. Потом ее лицо удивленно вытянулось — А пера жар-птицы нет?
— Кого ты там собралась очаровывать, лягушек или зайцев? — улыбнулся я. В свойствах редких реагентов я уже разбирался. Тем более такое перо у нас лежало со времен, когда мы случайно забрали контрабанду.
— А… ну да, — смутилась она. — Привыкла к сложносоставным эликсирам.
— Это пожалуйста. Вот, хочешь, парализующие иглы и лед, например. Или лозы и молния, — предложил я первые попавшиеся варианты, которые подошли бы в будущем предприятии. — Как видишь, огня не предлагаем — нам нужны кристаллы с их шкур.
Людмила покивала и отложила железы паука и игломета, рог змерыси и панцирь каменного кабана. Разумеется, еще и травы к ним.
— Лечебную магию кто-то уже взял? — уточнила она.
— Да, — кивнул я.
— Тогда ограничусь этим. У нас лечением всегда занимались женщины, но я этого не люблю, — призналась Люда.
— Не переживай, без лечения не останемся. Тогда вари, а я пойду. Завтра с утра отправляемся.
Я увидел все, что хотел, и оставил их вдвоем.
Илья выглядел удрученно, когда мы выходили следующим утром. С Людмилой попрощался отстраненно — считай, вовсе не попрощался. Особенно на фоне объятий с Леной и напутствий всем нам.
Обе наши группы вышли из деревни вместе, но почти сразу за воротами разошлись в разные стороны. Путь группы Володи и Ильи лежал в зону, где обитали бобры-секачи и мерцающие еноты. Мы же отправились на восток, к зайцам-притворщикам, скульпторам горностаям и прочим тварям, способным менять природу вещей.
Когда друзья укрепляли частокол, мы с Леной как раз находились в изгнании, так что добывали реагенты без нас. Об этом я не подумал, составляя группы. Зато в том походе участвовал наш капитан. Он-то нас теперь и вел.
— Идти пять дней, — предупредил дядя Миша. — Путь почти безопасен, кроме тех зон, где золотые змеи водятся и щитомордые медведи.
— Уверен, ты нас не заведешь, куда не надо, — улыбнулся я.
— Главное не в болото к лягушкам, — добавила Лена.
Людмила предпочитала помалкивать.
Как вскоре оказалось, она берегла дыхание и вообще силы. За три недели в логове бандитов тело ослабло и не успело восстановиться за два дня. Во время перехода из лагеря в деревню никто не заметил, потому что шли медленно из-за других женщин. Теперь же нам приходилось делать привалы раз в час. Но Людмила не жаловалась, а мы понимали причины. Я вспомнил себя в первые недели после появления в этом мире — еще более слабый, вдобавок еще и ничего не знал.
Людмила же с интересом смотрела на все вокруг. Особенно ее впечатлили остовы печей в лесной глуши — все, что осталось от деревень, покинутых, когда пришли монстры триста лет назад.
— Ты так удивляешься, словно их нет под Москвой, — заметила Лена.
— Знаешь, на самом деле, нет. Во всяком случае там, где я охотилась с семьей, — заявила Люда. — А потом я шла вдоль дорог и глубоко в лес не заходила.
— Возможно, рядом с Москвой их разобрали и очистили лес, — предположил я. — А тут их довольно много.
— Странно, что не стали защищать, — сказала Людмила.
— В первые месяцы, как пишут историки, царила паника. Из отдаленных деревень люди бежали под защиту городов. Одно время держались те, что рядом с особняками помещиков стояли, но и они в итоге сдались. Только потом, когда все немного успокоилось, основали новые деревни рядом с городами. А в старые вернуться не получилось — к тому времени их разрушили монстры, — дала краткую справку Лена.
— Да-да, что-то такое припоминаю из уроков истории, — пробормотала Люда.
За два дня мы пересекли три зоны. Мимо щитомордых медведей пришлось пробираться осторожно — сейчас осень, они готовятся к зиме и нападают на все, что движется, а их щиты пробить крайне сложно даже магией. Проблема с ними еще и в том, что в отличие от обычных медведей эти социальные и живут семьями.
Мы как раз обходили место обитания одной такой стаи из трех самцов и шести самок. У нас на глазах они повалили дерево и оно упало под углом на два других. Медведей это устроило и двое из них полезли по нему наверх. Игнис приподнял верхнюю губу в беззвучном оскале.
— Прямо «Утро в сосновом бору», — одними губами произнес я, вспомнив сюжет картины Шишкина.
Лена с пониманием улыбнулась, Людмила посмотрела с недоумением.
— Картина, — пояснила моя подруга тоже на грани слышимости.
Люда поняла, наконец, и мы осторожно прошли мимо семейки.
Но все же не очень осторожно. Людмила здорово отвыкла от леса и неосторожно наступила на ветку. Раздался громкий хруст. Мы замерли. Медведи тоже. Потом синхронно повернули в нашу сторону морды, похожие на черепа без кожи. И побежали на нас. Игнис зарычал.
— Простите, — пискнула Люда.
— Туда, — указал дядя Миша чуть левее от намеченного ранее маршрута.
О том, чтобы драться с ними, не было и речи. И мы дружно побежали.
— Игнис, за мной, — приказал я и он послушался.
Сзади трещали ломаемые кусты и шуршала опавшая листва. Мы передвигали ноги так быстро, как это вообще возможно, но шум нарастал. Дважды я ловил Людмилу, не позволяя ей упасть. Кто-то из бойцов не выдержал и выстрелил. Короткая очередь показалась особенно оглушительной в тишине полуголого леса.
И тут мы выскочили на небольшую поляну. Посреди нее рос огромный цветок. Но не звероловка, какую мы встречали летом. Этот походил на зеленую чашу на мощном стебле, полную воды. От нее шел сладкий аромат. Неужели снова чары? От стебля отходили два толстых усика. Я начал тормозить, но дядя Миша схватил меня за шкирку и потащил к самому цветку.
Неужели уже очарован? Я начал упираться. Рядом жалобно заскулил Игнис.
  
Глава 7
 
— Это росянка, дурак! — рявкнул дядя Миша. — Прикажи волку уйти с поляны, иначе сдохнет!
Только название мне ни о чем не сказало. А росянка в моем представлении выглядела иначе, как шарик, утыканный стебельками с каплями жидкости на концах. Зато это сказало девушкам — обе они с надеждой в глазах устремились вперед, к цветку. Магии я не ощущал, так что доверился им и перестал упираться.
Зато Игнис скулил и тряс головой. Выяснять причины, когда на хвосте висит смерть, верх глупости. Оставалось довериться друзьям и выполнять их распоряжения.
— Игнис! — крикнул я, но огневолк продолжал стоять и беспомощно трясти головой.
Я понял, что с ним происходит что-то не то и сам он не пойдет. Потому схватил за загривок и потянул в сторону.
— Встань у него перед мордой. А лучше зажми нос, — посоветовал Матвей уже из центра поляны.
Я зачерпнул пригоршню желтых листьев с земли и сунул эту пряную субстанцию своему волку под нос. Он тут же пришел в себя, зарычал и попятился. Медведи приближались. Так что я запрыгнул Ингису на спину и он побежал в лес, прочь от поляны. Обогнул ее и остановился с другой стороны, где уже стоял весь наш отряд.
  
Лена хватала ртом воздух. Остальные тоже пытались отдышаться после бега. Людмила согнулась, уперев руки в колени, дыхание ее вырывалось с хрипами. Но кого-то не хватало. Я присмотрелся.