Дама Треф (СИ)

— И потому ты такой наглый, самодовольный? — смотря в его глаза я тонула в пучине горящего там желания. — Или потому, что можешь заявить на меня свои права?
— Скорее, потому что знаю, что, перейдя черту, тут же получу по морде, — сверкнула сталь в его взгляде. — И ты никогда не промолчишь, никогда не примешь неверного решения и, между нами, всегда будет проходить черта, которую мы не переступим.
— Какая? — в груди что-то болезненно сжалось от таких слов.
— Под названием друзья детства, — выдохнул он и немного отстранился, — ты это знаешь не хуже меня. Мы знаем друг драгу настолько хорошо, что от этого противно. И никто не сможет изменить этого. Так есть ли смысл?
  
Глава 18. Кривая на параболе
 
После оглушительного признания, за сочинение я в тот день так и не села. Но видя мои душевные терзания и метания, Эдит подсунула листочек с которого оставалось лишь переписать нужный текст. Впервые в жизни я ощущала себя каким-то монстром, который так старательно губил чью-то жизнь не взирая ни на какие запреты и возможности. Словно это я стала обузой для Лаурента и я мешала ему развиваться согласно намеченному плану. Возможно, именно так и обстояли дела. Но одно это слышать, а другое видеть прямо перед глазами.
Тяжелый и судорожный вздох сорвался с моих губ, и я постаралась сосредоточиться на том, что должна делать. Трудовая повинность для всех учащихся Светилара вгоняла меня в уныние. Точнее, я ненавидела солнце и жару, а приходилось стоять в шерстяном платье и улыбаться туристам, которые решили посетить единственную достопримечательность на весь километровый отрез земли – дендрарий с экзотическими животными, стилизованный под зону двадцать первого столетия.
Мне данная перспектива особо не пришлась по душе. Но как меня успели просветить это обязательное испытание и наказание для всех, даже не провинившихся. Мол так, заносчивые и богатые детки учились ценить труд простого обслуживающего персонала и становились ближе к простому народу. Верилось с трудом, что данные воспитательные методы работали, но возмущаться мне не пристало. Как наследница великой магической семьи Силиан не могла переждать каких-то девять часов под палящим солнцем и двадцатиградусную жару. И откуда вообще в середине осени наступил такой райский курорт?
Но даже так это не спасало меня от утомительной жары, с которой приходилось бороться, несмотря ни на что. и если бы кто-то сказал мне еще несколько месяцев назад, что я буду позволять так над собой издеваться, я бы сдала этого болезного в дурку. Но нет, ситуация складывалась таким образом, что других вариантов у меня попросту не было. По крайней мере я так думала до того момента, как в поле моего зрения не появилась знакомая темноволосая макушка. Тилен улыбнулся мне так по-доброму, что у меня ответная улыбка отразилась словно по волшебству.
Он медленно приблизился ко мне и пока никто не видел, схватил за руку и поволок куда-то в сторону. Я сперва недоуменно пыталась выдернуть руку, но он лишь сверкнул глазами и коротко сообщил мне о том, что это наш побег. И если я не хочу его провалить, то мне лучше делать так, как требуется и не сопротивляться. Прыснув в кулак, я подобрала край мешающейся юбки и поспешила вслед за своим драконом, который так эпохально похищал принцессу с места ее непосредственной работы. Чем не сказка?
Когда мы остановились, то я поняла, что нас окружало со всех сторон водой. Ну точнее почти со всех. Только тонкая мощеная дорожка, по которой мы прошли, вела к кованой беседке, увитой практически пожелтевшим плющом. Водная гладь красиво переливалась в закатных лучах и становилась приятным дополнением к такой необычной компании. Это было лучшее похищение в моей жизни, и я даже готова была поспорить, что ни одной принцессе такого и не снилось. Все же Тилен был намного приятнее карикатурных драконов, которые украшали страницы сборников со сказками.
— Знаешь, я всегда думал, что встречаться с высшими все равно, что добровольно запихнуть голову в капкан, — тихо сказал Тилен отдавая мне бутылку с живительной водой. — Но смотря на тебя, я понимаю, что это просто страшилки для глупых и наивных детишек. Рядом с тобой мир раскрашивается совершенно неожиданными красками.
 
— А ты не боишься пожалеть о том, что говоришь мне такое? — после признания Лаурента, на душе было тяжело и хотелось утопиться прямо в этом озере.
— О чем ты? — удивился он.
— Все о том же, — тихо и с надломом ответила я. — Мы с тобой половинки из совершенно разных миров. Даже если я захочу, мне никто не позволит сделать такой опрометчивый шаг и выйти за дракона. Это не положено и на это существует строжайший запрет. Просто факт того, что мы вместе уже вызывает у многих протесты и вопросы.
— Хочешь сказать, что вернешься к тому озабоченному идиоту, который кроме сирены никого вокруг не замечает? — в голосе парня послышалось глухое раздражение. — Ты, конечно, вольна делать все что угодно, но жить пережитками прошлого, как-то слишком скучно. Тут существует целый мир, который готов пасть к твоим ногам, а тебя волнует глупое мнение окружающих? Давно пора плюнуть на это и не играть под дудку каких-то снобов. Никто не может запретить тебе быть со мной. Просто потому, что это уже давно не новость!
— Ты не понимаешь, что в моем мире все не просто так, — покачала я головой, выражая полное несогласие с его позицией. — Тут нельзя просто захотеть и что-то поменять. Любое мое действие будет иметь последствие не только лично для меня, но и для всей семьи. Так что единственный приемлемый вариант – соблюдать правила и не попадать в скандалы. Только при таком условии я могу гарантировать себе счастливую жизнь.
— Но разве тебе хочется постоянно осматриваться по сторонам? — сверкнул своими глазищами парень. — Намного интереснее просто наслаждаться жизнью и делать так, как хочется. Чтобы никто не смел тыкать пальцем и указывать как дальше быть. Просто почувствуй свободу и отпусти себя. Позволь стать счастливой.
— Поверь, я бы с радостью так и сделала, но это не шутки, — медленно пробормотала я, пытаясь подобрать правильные слова. — Сейчас я не могу жить свободно и не думать о будущем. Каждый мой шаг может испортить репутацию моей семьи, стоить отцу важной сделки или стать для матери последним представлением. Если ты высший, то ты должен четко понимать и отслеживать все, что происходит в твоем окружении, не потому что так прописано в правилах, а из-за того, что даже друг может всадить тебе нож в спину.
— И все равно это не повод для того, чтобы запирать себя в четырех стенах и лишаться свободы, — он приподнял мою голову за подбородок и внимательно посмотрел в глаза. — Нам же хорошо с тобой вдвоем. Так зачем все это разрушать из-за такой ерунды. Родители, бизнес, бесполезные концерты, все это не твое, оно чужое. А ты должна жить в первую очередь ради самой себя, остальные могут и за дверью подождать.
— Как бы мне не хотелось так сделать, но ничего не выйдет, — с сожалением тяну я и наблюдаю за тем, как закат медленно тонет в водной глади. — Если ты родился в такой семье, как моя, то вся твоя жизнь расписана с самого начала и до конца. Нет у тебя права сомневаться, бороться или противиться. Есть два пути: либо подчиняешься, либо становишься изгоем. Мне не хочется оказаться на улице без средств к существованию, заблокированной магией и без собственной фамилии. Знаешь ли, это не предел моих мечтаний. Напротив, самый большой страх в жизни. Испытать подобное и врагу не пожелаешь.
— А ты не думала, что из-за таких мыслей ты и стала заложником в собственной семье? — Тилен смотрел так пронзительно, что у меня все в душе оборвалось. — Отпусти эту ерунду и насладись этим чудесным вечером. Чем пыжиться на солнцепеке не лучше ли стоять тут и любоваться прекрасным видом. Вот так же и в жизни, прежде чем рыдать над запретами, надо сломать оковы и найти свой билет на свободу.
— Ты говоришь это все так легко и непринужденно, словно не существует никаких препятствий в этом мире, — пожала я плечами. — Но на самом деле самая большая проблема высших в том, что они не выбирали свою участь. Каждый из нас родился таким и несет свой тяжелый крест на плечах, не спрашивая, а что же дальше. Ибо потом будет поздно что-либо менять.