Дама Треф (СИ)

Я медленно поднимала брови, подув на свое лицо. Моя очередь говорить, но судорога сдавила горло, и я могла лишь мысленно считать до миллиона в надежде, что его слова престанут звенеть в ушах, тревожно и надрывно. Следом смолк и Камилен, тяжело дыша, он отстранился от меня и перевел взгляд на окно, залитое тугими и плотными струями дождя, который и не собирался прекращаться. Ждал ли он ответа, который не мог слететь с моих губ? Что вообще он хотел добиться этим? Я не понимала, лишь стремительно краснела под тяжестью собственных мыслей. Я пыталась закрыться, отстраниться, но он околдовывал и не отпускал из своего порочного плена.
— Желание стать той, кем не являлась никогда, — тихо произнесла я, и тут же пожалела о том, что вообще посмела открыть свой рот.
— К черту все, — он прикрыл глаза и перехватил меня за руки, чуть притягивая к себе. — Перед нами ни какие-то загадки мироздания и даже не сложнейшие формулы логарифмического анализа, перед нами простое сочинение, сказка, которую мы с тобой должны сочинить и превратить в жизнь. Заставить любого поверить в то, что наше прикрытие идеально. Наши с тобой отношения для всех должны быть правдой. А для этого я готов пойти на много.
— Так ты тут ради того, чтобы я нечаянно не выдала наш секрет и не поведала всем о том, что мы едва ли выносим друг друга? — в душе все замерло и стало как-то обидно.
— Верно, — улыбнулся он и склонился, высунув блестящий язык в миллиметре от моей кожи. — Ты же сама сказала, что ненавидишь меня, что я для тебя лишь препятствие, навеянное древним договором, который ничто иное, как пережиток прошлого. Так зачем мне еще делать все это? Лишь для идеальной репутации. Черт… Как-то много в нашей жизни должно быть идеально, чтобы ничего не потерялось. Аж бесит! Но увы, мы сами решили идти по этому пути, так что теперь пиши сочинение на заданную тему и уж потом будем решать, как свести остальные риски к минимуму.
Я мелко дрожал от ощущений теплого дыхания на своих губах, но на удивление была спокойна. Хотелось доказать Лауренту, что я не так проста, как могло показаться на первый взгляд. Пусть он тут только ради нашей популярности, пусть лучше меня понимал, что нас ожидает, но я-то же была не проста. И… Кажется, медленно сходила с ума. Не так быстро, как остальные… Я просто поняла, что хотела заполучить его настоящие чувства! Камилен мог с легкостью манипулировать окружающими, но мне никак не давала покоя мысль, что мной он не играл, наоборот отталкивал и показывал настоящего себя. И это было до невозможного желанно.
На это я почувствовала, лишь в тот момент, как, не отрывая взгляда от меня, парень чуть переместился и сполз еще ниже, что позволило мне увидеть небольшой бугор на штанах, который ярко указывал на его интерес к моей персоне. Мое тело тем временем выдало еще больше дурманящих феромонов, словно признавая в этом самоуверенном наглеце и беспринципном идиоте того, кто мог бы стать идеальной парой для меня. Что уже само по себе казалось глупым и неадекватным. Но почему-то именно от этого по телу разливалось тепло.
Мягко обрисовал черты моего лица своими пальцами и немного отпрянул, давая мне возможность сделать глубокий вздох. Сквозь гулкий стук крови в ушах, я отчетливо слышала его чуть сиплое, тяжелое дыхание. Но… Он даже не пытался переступить черту, напротив, возводил, между нами, стену, раз за разом уходя все дальше. И это бесило меня с той же степенью, что и интриговало. Потому что никто и никогда до этого момента мне не отказывал, не противился и не заставлял чувствовать себя какой-то неполноценной.
— Но зачем нам искусственная любовь? — тихо спросила я, не понимая, что вообще творю. — Достаточно просто появляться на публике. В стенах Академии этого от нас не требуется.
— Вот только не все тут такие благородные, как ты думаешь, — криво усмехается Лаурент.
— О чем ты? — заторможено смотрела на то, как его руки очерчивают пои запястья.
— Все о том же, — шепнул он, едва различимо. — Никто не прочь дать скандальное интервью и заработать на нас денег. Ведь это самый простой путь, посплетничать о высших.
 
— Хочешь сказать, что она использует наши сочинения для того, чтобы засветиться и выставить нас лжецами? — мысль о таком, показалась неожиданно горькой и неприятной.
— Что? — Камилен вытянулся в полный рост, грозно возвышаясь надо мной. — Никогда не думала о том, что никто не идеален? Или о том, что каждый может пойти по головам, чтобы заполучить себе теплое место под солнышком. Увы, но это реальность и тут нет места глупым и наивным детским фантазиям.
— Я могу поверить, что они действительно готовы пойти на такие отвратительные действия, ради славы, — мне впервые пришлось столкнуться с подобным.
— Поверь, многие готовы и не на такое, ради денег и признания, — медленно бормочет мой собеседник. — И порой страдаем от этого лишь мы. Другим же нет никакого дела до проблем высших. Клевета, черный пиар, подставы, все это уже давно слилось для меня в единый ком не разрешаемой головной боли, от которой хочется выть.
— И что же теперь делать? — я физически ощущала, как ему было больно и тошно от всего.
— Просто дожить этот год и разовраться помолвку, как ты и хотела, — хрипло тянет Камилен, прикрыв на секунду глаза. — А потом, как ты и хотела, каждый из нас пойдет своей дорогой и хотя бы этот аспект перестанет доставлять неудобства.
— Но почему ты готов вот так просто опустить руки? — я непонимающе на него смотрела.
— Потому что я не хочу быть виноватым в твоей печали, — пожал он плечами. — Зачем мне насильно удерживать тебя рядом и потом на пару страдать от этого?
— Ну, так бы появился шанс что-нибудь сделать, — предположила я.
— И что, по-твоему, я должен был сделать? — вопросительно уставился на меня парень. — Какие шаги предпринять, чтобы заставить тебя передумать?
— Возможно, показать чуть больше своей заинтересованности, — чуть хмурюсь и пальцами сжимаю его запястье.
— А ты никогда не думала, что такое может приносить боль? — спросил он так, словно у него перед глазами вся жизнь пробежала.
— В каком смысле? — я действительно не понимала, что он имел виду.
— Любовь, это не только счастливые моменты, — мягко проговорил Лаурент, — она еще и подобна яду, который отравляет тебя и причиняет нестерпимую боль.
— Ну... — моя ладонь чуть мягче, проходится по его ладони. — Даже если не получится со свадьбой, мы все равно останемся друзьями. В наших отношениях ничего не поменяется.
— Знаешь… — он прикоснулся лбом к моему лбу, — сейчас ты кажешься мне полной дурой.
— Почему? — удивленно шепчу я в ответ.
— Потому что не понимаешь элементарных вещей, — все так же шепотом продолжил парень.
— Каких? — дыхание перехватило и стало жарко.
— Того, что любить безответно больно, — пояснил для меня Камилен, — хочется свернуть такой любви шею и в тоже время боготворить.
— Тогда как же решать данную проблему? — я медленно тянулась к нему.
— Проще отпустить и оттолкнуть, дать ей быть счастливой вдалеке от себя, — медленно бормочет он.
— И что ты сделал? — почему-то этот вопрос меня сильно волновал.
— Ничего, просто похоронил ее и позволил всему течь своим чередом, — едва слышно проговорил он. — Пока однажды она вновь не влезла в мою жизнь.
— И что ты собираешься делать теперь? — в моих жилах словно кровь вскипела от предвкушения.
Я замерла в попытке расслышать ответ парня, на что он произнес чуть громче вздоха, я так и не поняла. А уже в следующее мгновение он поцеловал меня снова. Долго… Сладко… Стискивая руками тело и при этом позволяя мне самой исследовать его напряженную спину и сильные ноги, которые были разведены по бокам от моего кресла. Табун мурашек разлетелся по коже и мне захотелось взвыть в голос. Это было чересчур и в тоже время слишком мало.
— Я еще понятия не имею о том, что сделаю, получив новый шанс, — шептал он в мои губы, вдоволь насытившись стонами. — Но если все пойдет по намеченному плану, то возможно, мне даже делать ничего не придется.