Дама Треф (СИ)

— По этой глупой и надуманной причине ты согласишься выйти замуж за любителя сирен и даже не попытаешься избежать столь плачевной участи? — ехидно тянет Тилен.
— При чем тут вообще Камилен? — вопросительно уставилась я на парня. — У нас с ним свои собственные договоренности и никто не в праве говорить за его спиной подобные вещи. Не знаю, что у тебя в голове происходит в этот момент, но мне почему-то кажется, что ты пытаешься заговорить мне зубы.
— Опять же это твое глупое воспитание, — рассмеялся парень, облокачиваясь на перила беседки, — ты привыкла во всем искать подвохи. Чтобы не случилось, у тебя в голове поднимается паника и становится невозможно воспринимать слова адекватным образом. Это может казаться грубым и глупым, но ты сама себя хоронишь и закапываешь, не позволяя взглянуть на этот чудесный и дивный мир без оков долга и чести.
— Из твоих уст все это так просто и легко звучит, — хмыкнула я, направляя свой взор к другому берегу, — но на самом деле, тут множество подводных камней, которые следует учитывать. Нельзя просто стать свободной. Нужно много трудиться и переступать через себя, чтобы заполучить это ощущение. Когда ты ни от кого не зависишь и можешь делать все, что душа пожелает. И как бы сильно я не хотела сейчас растворится в тишине этого чудесного места, я вынуждена вернуться обратно в общежитие, ибо мой долг учиться и давать семье надежду на светлое будущее.
— И все же, зачем ты запираешь себя в клетке договорного брака, у тебя же есть крылья улететь в любую точку мира? — он смотрел на меня так пристально, что у меня в горле все сводило судорогой нерешительности.
— По какой причине ты вообще прицепился к этому глупому брачному контракту? — меня начинало подбешивать его желание узнать про наш договор. — Это вообще никаким боком не касается посторонних. К тому же условия составлены таким образом, что от моего желания там вообще совершенно ничего не зависит. Я же уже говорила, что только Лаурент может его расторгнуть и признать помолвку недействительной.
— Просто мне не хочется делить мою госпожу ни с кем, — сладко протянул дракон. — Даже если он твой жених на один год, меня все равно это бесит. Хочется разбить ему морду за то, что он посмел принуждать тебя к чему-то. Не подарил свободы и даже не дал права выбора. Поступил, как варвар, а потом говорит, что это низшие ничего не понимают в жизни. Да мы больше его знаем о том, как правильно жить.
— Знаешь… — я медленно перевела на него взгляд, — он так не считает. Точнее, у него совершенно иные взгляды на мир. Но об этом никто не задумывается. Все видят в нем только то что хотят увидеть и не интересуются тем, что он готов показать.
— Зачем ты продолжаешь размышлять об этом недомерке, если стоишь сейчас рядом со мной? — зло выплюнул Тилен.
— Потому что ты сам спросил о таких вещах, — равнодушно пожала я плечами. — Тему начал ты, а не я. И если тебе неприятно о таком слушать, то и не задавай глупых вопросов, тогда не получишь больнючих ответов на них.
— Ты на самом деле пытаешься вывести меня из себя? — он склонился к самому моему уху. — Но боюсь тогда я точно не смогу сдержаться и поставлю на тебе метку. Ведь ты такая сладкая и дурманящая, что от этого кружится голова.
— И сейчас ты ничем не отличаешься от Лаурента, — пихнула я его в плечо, — такие же методы, которым давно пора положить конец. Все эти метки и пары – чушь собачья. Нельзя заставить любить по сигналу или щелчку. Чувства либо есть, либо нет. А третьего тут не дано.
— Тогда как же решать данную проблему? — он приблизился ко мне практически вплотную. — Я не хочу тебя отпускать и терять. И в то же время, следуя каким-то глупым правилам из прошлого, ты меня отталкиваешь, и я начинаю еще сильнее хотеть быть с тобой. Украсть тебя у всего мира и спрятать, как самое великое сокровище.
— Прошу тебя, не говори такой бредовой ерунды, — медленно покачала я головой, — пошли обратно, уже совсем скоро все будут расходиться и меня хватятся.
— Ты не хочешь продолжить наше свидание? — почему-то этот вопрос прозвучал, как угроза.
 
— Тилен, прошу тебя не говори ерунды, — оттолкнув его от себя, я постаралась выровнять дыхание. — Я ученица Светилара, сбежавшая с трудовой повинности, если директриса об этом прознает, меня не спасет от наказание ничего на свете. Так что давай вернемся.
— Прости меня, я не подумал, что из-за этого у тебя могут быть проблемы, — он медленно обнял меня и притянул к себе, — конечно, давай вернемся и перенесем нашу прогулку на другой.
— Вот и славно, — кивнула я ему и взяла под руку, — надеюсь никто не прознает про самоволку, иначе не сносить мне головы.
— Ничего страшного, я всегда защищу свою принцессу, — мягко улыбнулся он.
— Надеюсь, — чувство тревоги вновь напомнило о себе и мурашки пробежали по взмокшей спине.
  
Глава 19. Ответственность
 
Вы когда-нибудь задумывались о том, что нам придется отвечать за совершенные поступки. Не просто знать, что вот будет принята такая мера, а в полной степени прочувствовать ее на себе. От начала и до самого конца насладиться тем удушающим и жестоким послевкусием, которое останется во рту, после завершения безумного денька. И вроде бы ты головой понимаешь, что совершил деяние, за которое предусмотрено наказание, но душа бунтует против такого и стремиться вырваться из плена повседневности.
Вот и я, сидя ночью в библиотеке и от руки переписывая старинную книгу об изгнание темной ведьмы Мармел из Ватикана, никак не могла сконцентрироваться на том, что происходило вокруг меня. Точнее я не понимала, почему из всех возможных вариантов, директриса выбрала настолько скучный и заурядный. В нем не было никакого трагизма и романтики. Это простая и монотонная работа, которая не терпела никаких издевательств над душевной психикой. Ну за исключением того, что Мармела действительно была ведьмой и творила непонятно что, за что и понесла ответственность перед ковеном.
Но мне-то что это должно было дать? Был ли какой-то подтекст во всем, что я переносила в новый, уже зачарованный фолиант, который не должен был пострадать со временем. Какие бы ушлые студенческие ручонки его не трогали. Но даже так, что вообще я забыла ночью в библиотеке? Хотя с учетом того, что ни одного нормального обитателя в Светиларе не было, хорошо хоть не в полнолуние на полянке посадили под вой оборотней и стенания вампиров. И на том уже огромное спасибо.
Тряхнув головой, постаралась отогнать от себя непрошенные мысли. Все же сейчас я должна в первую очередь сконцентрироваться на том, что делать с моей неразберихой в жизни. Уже завтра большой благотворительный прием. А я понятия не имею, что мне с этим делать. Тилен, словно с цепи сорвался и настаивал на свидание на берегу озера. В то же время Камилен просто пожимал плечами и говорил мне, что я сама в праве решать хочу ли проводить с ним время или рядом с драконом. Что неимоверно бесило меня.
Сперва он признавался мне в любви, целовал и нежил, а в следующее мгновение уже отталкивал и не позволял к себе приближаться. Словно у него раздвоение личности было. Вот честное слово, зачем все так усложнять и делать мне голову? Почему нельзя было просто нормально объяснить, что мол так и так… Нет же! Он выискивал какие-то странные лазейки и пользовался такими ходами, которые я не могла просчитать. Даже если пыталась напрячь все извилины и понять, что не так с ним, Лаурент оставался загадкой без ответа. И вопросы задать было некому, ведь всей остальной семье на него плевать, а от Кавеи ничего нельзя добиться.
А фразы призрачного видения из сна никак не давали мне покоя. Не мог милый и пугливый мальчик, стать верховным архимагом и при этом не попасться на глаза матери. Ну… Ни в каком виде я не могла принять подобное известие. Это просто фирменное издевательство над моей психикой и сознанием. Я бы быстрее поверила в то, что Камилен решил бросить все и уйти в монахи. Вот это ему подходило как никогда хорошо. А сила и власть, надменность и жестокость, гарем девиц – увольте, не его это и точка.