Князь Алтайский (СИ)
Ну, или так я сказал Морозовой.
Так-то я еще не до такой степени боярин, чтобы приказывать убить человека только потому, что он МОЖЕТ рассказать кому-то мои секреты. Ну и к тому же — есть и третий вариант, у бояр непопулярный и поэтому Марфе он, когда я надавил, чтобы она холопа передавала, в голову не сразу пришедший. Приказать ему забыть о том, что он строил. Боярин я или у меня Повеление кто-то отнял, а?
— Викентий…
А, ну да, что-то я призадумался.
— Да, Марфуша?
Морозова даже глазом не повела, а ведь могу поспорить — ей не по нутру, чтобы какой-то юнец обращался к ней, как к низшей по положению.
— Викеша…
Вот сучка.
— Викеша, подземелья готовы, жду тебя, чтобы… чтобы показать тебе… показать тебе все, что внизу скрыто…
Я с сомнением посмотрел на нее. Чего это она так тяжело дышит? Как будто сама лично лопатой копала.
— Ну пойдем. Показывай, что там у тебя, внизу.
3
Мой «крот» полностью оправдал свое прозвище — пусть об этом прозвище никто, кроме меня не знает — выкопав столько коридоров, помещений и отнорков, сколько даже у самого старого барсука в норе не бывает. Я мысленно хмыкнул, подумав о том, что, возможно, никто от меня таких подземных тайников не ожидает. Будь я Барсуковским — всем сразу же в голову приходило бы, что у меня тут нора на норе, а Осетровский… Кто и когда видел осетра, ползающего под землей?
Ползать мне, разумеется, не приходилось — коридоры, проложенные чародейным холопом, были вполне себе высокими и широкими, хоть конем гуляй… только голову пригибай, когда верхом поедешь. Земляное Слово раздвинуло земляную толщу, уплотнив стены, свод и пол до почти гранитной твердости… ай, блин!
— Осторожно, тут порожек, — заботливо предупредила меня боярыня, семенившая позади.
Откуда бы взяться порогу посреди коридора? А все потому, что мои подземелья состоят из трех ярусов и каждый из них на плане выглядит как тележное колесо — круглое центральное помещение, от которого отходят спицы-коридоры и всех их охватывает широкое внешнее кольцо. Вот по этому кольцу мы сейчас и идем. И именно с него начал холоп, проходя под землей огромным кругом. И, как он не чувствовал землю, расстояние и глубину — все-таки не смог состыковать это огромное кольцо точно, на соединении получился перепад высоты, на вершок, не больше. Ну, с другой стороны — могло быть и хуже, как в том анекдоте «в крайнем случае — будут два туннеля».
В стене коридора темнели отверстия — будущие помещения. Полноценными кладовыми, закромами и тому подобным они станут потом, когда я смогу запустить сюда плотников, чтобы они повесили двери, поставили полки и сусеки, принесли сундуки и тому подобную мебель. Но это — потом, когда я смогу, наконец, спрятать свой Источник в одном из этих помещений и полноценно использовать свою боярскую силу, свое Повеление. Потому что, как вы помните, закапывать людей на месте их работы мне не очень хочется.
Я сделал бодрый круг по внешнему коридору, только пламя настенных светильников трепетало, да боярыня Морозова еле успевала за мной. Прошел мимо темнеющего в стене спуска на второй ярус, на котором будут находиться более серьезные помещения, вроде сокровищницы, архива, арсенала… Пыточной. Да, мой личный палач Христофор просил оборудовать ему рабочее место. И даже лично нарисовал, какой формы помещение ему потребно.
Но на второй ярус — и тем более на третий — я спускаться не стал, вышел вновь в центральный зал, посмотрел на поднимающиеся вверх ступени лестницы, по которой мы сюда и спустились, подошел к одному из ближайших помещений. В котором еще не было ни дверей, ничего, зато уже стоял огромный сундук.
Посмотрел на сундук — пустой, конечно — повернулся… И наткнулся на Марфу, тут же посмотревшую на меня снизу вверх.
— Викеша… — прошептала она, — тебе же понравилось?
— Конечно, Марфуша, мне все понравилось, из того, что я увидел.
— А хочешь еще кое на что посмотреть?
Я не успел отреагировать на это неожиданное предложение, как тонкие пальчики развязали на мне завязки шубы — та с шорохом упала на пол — и принялись за застежки кафтана.
— Что это ты такое делаешь? — спокойно спросил я. Ну, а правда — как мне на такое реагировать? Кричать «Помогите! Насилуют!». А меня явно собирались… изнасиловать…
Марфа уронила на пол свой сарафан, оставшись в одной тонкой рубашке, медленно сняла кокошник — волосы, не тронутые сединой, несмотря на возраст, рассыпались по плечам. Горячие ладошки скользнули по моей груди:
— Крепкий… Сильный…
Она с неожиданной силой толкнула меня на сундук.
— Здесь неудобно… — только и успел сказать я.
Морозова хихикнула:
— Ты даже не представляешь, в каких неудобных местах я в молодости веселилась!
— В каких? — с интересом произнесли у нее за спиной.
В проходе стояла Аглаша, уставив руки в боки. Из-за ее плеч выглядывали Дита и Клава. Бесовка, как ей и полагается — из-за левого.
Глава 21
1
— Это не то, что ты подумала, — произнес я классическую фразу мужей, пойманных на горячем. Или, вернее — на горячей…
— Ты что, — скрестила Аглашка руки на груди, — хочешь сказать, что вы вовсе не в тавлеи играли?
Морозова спряталась за моей спиной и чем-то шуршала. Может, одевалась… хотя вся ее одежда лежит передо мной на полу.
— А в тавлеи всегда голышом играют? — невинно поинтересовалась Дита.
— Только когда проигрываются, — не оборачиваясь, ответила Аглаша, продолжая сурово сверлить меня взглядом, — поэтому, девочки, берите эту проигравшуюся догола и ведите в покои. Объясните ей там, что не стоит с чужими мужьями в свайку играть. А я пока мужу правила игры растолкую…
Марфа всё же была боярыней и не стала визжать и сопротивляться. Она, в конце концов, на казнь спокойно шла — хотя то была и не она, морок, вызванный Царским Повелением — что ей какие-то девчачьи угрозы. Она вышла из-за моей спины, наклонилась, подбирая одежду… В одной рубашке. Очень тоненькой рубашке… Практически прозрачной рубашке! Я поднял взгляд и получил еще один высверк из аглашкиных глаз, которой определенно не понравилось, куда я только что смотрел.
Клава и Дита увели Марфу, стихли шаги, Аглаша повернулась ко мне…
И подмигнула.
2
Как вы, наверное, уже догадались — всё это было разыграно. Для того, чтобы убрать Морозову из подземелья. И не просто убрать, а так, чтобы она ничего не заподозрила. Уж больно хитра боярыня, если ей просто сказать свалить отсюда, обязательно сообразит, что я прячу здесь Источник, начнет копать и, кто знает, может и отроет. А так — сцена ревности, какой еще Источник? Тем более, сейчас она стопроцентно видела, что на мне, кхм, Источника в свернутом виде нет.
Я торопливо привел одежду в порядок и мы с моей скоморошкой рванули вверх по лестнице.
— Ты зачем ее по кругу таскал? Мог бы сразу в тот подвальчик завести, мы там и сундук намеренно поставили, чтобы ей место поудобнее показалось, для соблазнения. Мы с девочками уже устали в засаде ждать.
— Чтобы желание в ней посильнее разгорелось, — ответил я, — чтобы оно разум ей затуманило и она про ловушку не догадалась.
Вот я какой продуман. Не говорить же Аглаше, что я просто-напросто перепутал, с какой стороны комната-ловушка…
А вот и то помещение, где Марфа меня встретила. То самое, что заставлено бочками и бочонками, пустыми и с чем попало: с медом и с грибами, с рыбой и с солониной, с капустой…
Я подошел к одному из бочат. Качнул его и положил на пузатый бок. Щелкнула крышка тайника
…и с Источниками.
* * *Стремно, конечно, было оставлять бочонок с моим Источником вот так, без присмотра, в помещении, через которое шляется кто попало. Нет, разумом, конечно, понимаешь, что никто не знает, что в нем спрятан Источник, но… блин! Все равно страшно!