Абсолем

— Что за проект?
— Это была попытка синтезировать вещество, которое гасило некоторые способности абсолема. Но как вы знаете, в случае с Адрианом это не помогло. Его организм сумел подавить действие кориона. Но думаю, проект закрыли и по другому поводу. В процессе исследования выяснилось, что корион оказывает особое воздействие на человека, проще говоря, для нас это наркотик.
— Что такое наркотик? — спросил Макс, услышав новое слово.
Зизи вздохнул:
— Это термин старого времени. Так назывались все запрещенные психоактивные вещества. Их было очень много, но смысл в том, что все они во много раз увеличивали поток нейромедиаторов типа дофамина и серотонина. Проще говоря, вызывалось искусственное чувство удовольствия, эйфории, счастья, силы, неограниченных возможностей. Но эффект постепенно сходил на нет, уступая место так называемой ломке, страшным болям и депрессивным расстройствам. Последствия для здоровья были необратимыми. В общем, это дикость старого времени.
Макс отошел в сторону, чтобы Тимо его не услышал:
— Зизи, а если я тебе скажу, что эта дикость вырвалась за пределы лаборатории Лиги. Адриан подсадил на корион Тимо Клео.
Зизи глубоко вздохнул:
— Я могу только посочувствовать парню. У Лиги нет антидота. Говорю же, проект был закрыт.
Макс обернулся и посмотрел на Тимо Клео, которому, судя по всему, сейчас было на всё плевать. Студент стоял с закрытыми глазами, опершись о стеллаж, и наслаждался ощущением «не боли». Бледный, измученный, похудевший, он находился в страшном ожидании очередного «сдирания кожи», которое неизбежно настигнет его, если он не положит вовремя под язык заветный черничный квадратик. Макс вновь отвернулся:
— Зизи, в секторе, который вёл проект «Корион», работает Лора Лапидус. Свяжись с ней и договорись о встрече. По манипулятору ничего не рассказывай, только лично. Скажи, что ты от меня. Расскажи, что случилось с Тимо. Антидот должен быть найден как можно скорее.
— Но…
— Действуй!
Макс отключил манипулятор. Подойдя к Тимо, он потормошил его за плечо:
— Сколько у тебя есть времени?
Тот совершенно безразлично пожал плечами:
— Часов десять, может быть, двенадцать. Потом пару часов тревоги и тошноты, прежде чем я начну медленно умирать.
Макс проговорил твёрдо:
— Тимо, сейчас ты отправишься домой и запрёшься в своей комнате. Никому не будешь открывать, кроме меня или женщины, которая представится Лорой Лапидус. Запомнил? Мне нужно закончить дела здесь, затем я вернусь за тобой. Я обещаю, что помогу тебе.
Тимо наконец поднял веки и с тоской посмотрел на Макса:
— Мне нельзя помочь. — Он поднял руку и ткнул указательным пальцем себе в голову. — Он сказал мне это прямо сюда.
Макс схватил Тимо двумя руками и сильно встряхнул, пытаясь привести в чувство:
— Ты запомнил, что я тебе сказал?
Тимо посмотрел преподавателю в глаза и всё-таки кивнул. Неуверенно. Макс развернулся и направился к выходу. Когда он был уже почти у дверей, Тимо окликнул его:
— Преподаватель Штайн, а если вы не успеете закончить свои дела?
Макс на секунду остановился и, не оборачиваясь, произнес:
— Тогда нам всем будет уже всё равно.
   
Глава 17
 
Кровные родственники
 
Макс шёл по подземному коридору, чувствуя себя оглушённым. Он потряс головой, пытаясь избавиться от этого ощущения, но тяжесть всего происходящего навалилась и не отпускала. Он понятия не имел, как добраться до Фарга, который был сейчас на виду у всего мира. Вскоре Макс вновь оказался в общем холле арены. Сюда доносился рёв трибун, но в самом холле было пусто. Лишь возле выходов стояли волонтёры, да и те прилипли к прозрачным раздвижным воротам, пытаясь разглядеть происходящее на ледовой дорожке. Макс хотел пройти к ближайшим воротам, чтобы выйти и посмотреть, какой по счету забег, и узнать, в каком участвует Фарг.
— Преподаватель Штайн!
Он обернулся. К нему бежал Тилль. Остановившись, парень торопливо проговорил:
— Это не Барнаби Бартлби. Он обычный парень, я проверил!
— С Эзрой Ковачем тоже мимо. — Макс и Тилль как по команде обернулись, к ним подходила Лира. — Обычный студент, главное желание которого выяснить отношения со своей девушкой. Планов взорвать сто тысяч человек у него нет. По крайней мере, пока. Но еще пару подобных выходок Марии, и я за него не ручаюсь.
Брови Тилля поползли вверх.
— Какая еще Мария?
Лира отмахнулась:
— Не бери в голову. Главное, Ковач не тот, кто нам нужен.
— Это Денис Фарг, — проговорил Макс.
Студенты изумленно уставились на него.
— Тот самый, конькобежец? — осторожно уточнил Тилль.
Макс кивнул. Тилль и Лира многозначительно переглянулись, у обоих с трудом укладывалось в голове, как участник Чемпионата Земли мог оказаться абсолемом. Это было невероятно.
— Фарг бежал в последней группе, они только что финишировали, — произнесла Лира.
Макс раздумывал.
— Потом финалисты спускаются в зону предфинальной изоляции и готовятся к решающему раунду. Ты не заметила, Фарг вышел в финал? — Впрочем, Макс и так знал ответ на этот вопрос.
Лира кивнула:
— Из последней группы — он и Кун Либеро.
— А Трент? — вдруг спросил Макс.
Лира вновь кивнула, на сей раз с чуть заметной улыбкой, которая, впрочем, тут же погасла — девушка осознала, что Трент находился сейчас внизу в замкнутом пространстве вместе с Адрианом.
— Судя по шуму, сейчас всё начнется, — сказал Тилль.
Действительно, новая звуковая волна пронеслась по трибунам. Они посмотрели на ближайший монитор, транслировавший соревнования в реальном времени. Финальная десятка спортсменов как раз стояла перед главными воротами в ангар. Конькобежцы полумесяцем выстроились вокруг сухопарого распорядителя. Макс пристально рассматривал лицо Фарга. Тот не был сосредоточен и напряжен, скорее внимателен. Его уверенность чувствовалась даже сквозь экран. Макс подошёл к монитору и выделил нужный объект. Фигура Фарга увеличилась и выехала за пределы монитора. Было заметно, что абсолем не слушает то, что им говорил распорядитель. Он о чём-то думал, и его мысли приносили ему удовольствие. И его внимательность относилась скорее к этим мыслям. Неожиданно он вскинул голову и посмотрел прямо в камеру. Правый уголок его губ чуть приподнялся, он улыбался. Казалось, еще секунда — и он подмигнет Максу. Но Денис Фарг отвернулся и вновь посмотрел на распорядителя.