Абсолем

Тилль нервно сглотнул.
— Такое ощущение, будто он знал, что мы на него смотрим, — произнес студент, — он словно поджарил меня взглядом.
— Нужно идти, — произнесла Лира.
И девушка понеслась вперёд, будто точно знала верный путь. Макс и Тилль поспешили за ней.
— Разве вход из центра овала не единственный? — спросил Макс на ходу.
— Нет, — девушка отрицательно качнула головой, — есть запасной проход для волонтёров и сервисменов.
Их нагнал Тилль.
— Когда ты успела всё разузнать? — поинтересовался он.
— Случайно довелось побыть волонтёром, — туманно пояснила Лира.
Она вытащила из заднего кармана торчавшую смятую тряпку, на которую ни Макс, ни Тилль не обращали внимания, и расправила её. Это оказалась волонтёрская жилетка, которую Лира на ходу натянула на себя. Макс хотел было спросить, откуда она у девушки, но передумал. Они прошли несколько секций, наконец Лира свернула в боковой коридор.
— Направо раздевалки спортсменов, левее выход на лестницу, по ней можно спуститься в нижний коридор. По идее, он должен вести к подземным раздевалкам. А уже оттуда можно попасть в туннель, который ведёт в ангар.
Макс и Тилль переглянулись. Лира уже подходила к лестнице, и они поторопились за ней. Девушка подошла к дверям и нажала на мягкую панель слева от них. Двери замерцали голубоватым светом, и широкий лазерный луч просканировал сверху вниз корпус Лиры. В этот момент волонтёрская жилетка заискрилась, слившись с серебряными волосами девушки. Механический голос из динамика произнес:
— Мария Дзанарди, волонтёр второго уровня, допуск в сектор разрешён.
И двери разъехались. Лира обернулась и торопливо махнула:
— Быстрее!
Повторять дважды не нужно было. Макс и Тилль молнией метнулись в проход, Лира прошла следом, и двери вновь сомкнулись. Они оказались на круглом лестничном пролете. На сей раз Макс пошёл первым. Он быстро спустился в просторный, хорошо освещённый холл, который постепенно сужался и переходил в коридор. Они прошли по нему и уперлись в очередную дверь. Мерцавшее табло оповещало, что далее начинается личная зона спортсменов.
— Там раздевалка, в которой они ждали финальный этап, — бросила Лира.
Она вновь нажала на мягкую панель сбоку от двери, и лазерный луч в очередной раз просканировал девушку.
— Мария Дзанарди, волонтёр второго уровня, допуск в сектор запрещён.
Лира, уже сделавшая шаг вперёд, растерянно замерла. Двери остались закрытыми. Девушка обернулась и посмотрела на Макса, виновато пожав плечами:
— Кажется, в личную зону спортсменов волонтёрам нельзя.
Макс задумчиво отстранил студентку и подошёл к двери. Достав свой манипулятор, он приблизил его к мягкой панели, давая считать личный код.
— Максимус Револо Штайн, личный тренер участника Чемпионата Земли Трента Лайарда. Допуск разрешён по особому распоряжению.
И двери тут же разъехались.
— Всё-таки иногда Авакян делает полезные вещи, — пробормотал Макс, пропуская вперед себя Тилля и Лиру.
Они оказались в просторном помещении, поделённом на открытые сектора. Над каждым сектором маячило табло с фамилией финалиста — перед решающим раундом каждый мог побыть в своем личном пространстве. Но судя по всему, мало кто этой возможностью воспользовался — многие сектора по-прежнему были не активированы. Зато в просторном общем секторе валялись пустые бутылки из-под солевых растворов и обертки от питательных батончиков. Они остановились перед дверью.
 
— Очевидно, нам туда, — сказала Лира, — это единственный выход, через который они могли попасть в коридор.
Макс кивнул и приложил свой манипулятор к мягкой сканирующей панели.
— Максимус Револо Штайн, личный тренер участника Чемпионата Земли Трента Лайарда. Допуск в сектор запрещён.
Теперь уже Макс растерянно обернулся к студентам. Тилль тревожно кусал нижнюю губу.
— Неужели больше никак? — Он быстро переводил взгляд с преподавателя на подругу.
Лира и Макс молчали, прекрасно осознавая, что это единственный выход. Безнадежную тишину прервал тихий звук открывающейся… двери! Как по команде, все трое уставились на выход. В раздевалку хотел войти высокий сухопарый мужчина, но остановился как вкопанный, наткнувшись на взгляды странной троицы.
— Что вы здесь делаете? — нахмурившись, спросил он. — Вы в курсе, что это закрытый сектор?
— Я личный тренер одного из участников, у меня допуск по особому распоряжению, — быстро произнёс Макс.
Мужчина еще две секунды пытливо разглядывал Макса, затем перевёл взгляд на студентов:
— А они как прошли? Ни у кого из волонтёров нет допуска сюда.
Макс понимал, что вразумительного ответа, который бы удовлетворил распорядителя, у него не было, поэтому он тут же задал свой вопрос:
— Почему я не могу выйти в этот коридор?
Распорядитель посмотрел на него как на сумасшедшего. Покачав головой, он всё-таки вошёл внутрь, и двери за ним закрылись.
— Потому что этот коридор, — сухопарый кивнул вперед, — единственный путь в ангар, где проходит финал.
— Именно туда нам и нужно, — произнес Макс.
— Вы в своём уме? — Распорядитель произнёс это не громко, но вышло внушительно. Он продолжал смотреть на Макса как на сумасшедшего. — Доступ в финальный сектор есть только у финалистов! Теперь даже я не могу туда попасть. Ангар автоматически блокируется до окончания финала. Разблокировка происходит, когда уничтожен последний запрограммированный демон.
Лира не выдержала и выскочила вперёд:
— Но ведь должен же быть какой-то способ?! Есть ведь какие-то варианты на случай аварийной ситуации?
Сухопарый хмуро посмотрел на Лиру:
— Какие еще аварийные ситуации, девушка? Вы хотите о чем-то сообщить? — Второй вопрос был адресован уже Максу.
Ожидая ответа, распорядитель непроизвольно затеребил прозрачную карту, висевшую на гидронитке у него на шее.
— Возможно, — кивнул Макс, — но вначале нам нужно попасть в ангар. У нас мало времени.
Сухопарый покачал головой:
— Аварийный ключ действительно имеется, — он сильнее сжал карту на груди, — но им может воспользоваться только распорядитель турнира после личного приказа главы организационного комитета Чемпионата. Если вам есть что сообщить, то вам следует обратиться в головной штаб турнира. Там ваш запрос рассмотрят в течение нескольких минут и выдадут заключение.