Абсолем

— Я сам себе его прописал. Я думал, оно мне поможет стать тем, кем я хочу. Вот ведь в чем трагизм ситуации — я кватросолв. Я могу быть одинаково хорош в четырёх сферах, но незадача: ни одна из этих четырёх сфер меня не привлекает. Ни одна, — еще раз прочеканил он по слогам. — Все эти тесты на призвание — просто чушь собачья! Я хотел стать спортсменом, великим, сильным, выносливым, я хотел быть там. — Тимо кивнул головой в ту сторону, где находилась арена Чемпионата. — И поначалу всё было идеально. Лекарство прекрасно работало, так думал я, но это была ловушка. Оно завлекало, поглощало, порабощало, заставляло привыкнуть. Вот главное слово — привыкание. Теперь я привыкший раб этого лекарства. И если я не получу вовремя очередную дозу, то я обречен переживать смертную боль, но при этом оставаться живым.
— Как оно называется? Где ты его берешь? — На сей раз Макс осторожно встряхнул Тимо, заставляя его открыть глаза.
— Он называет его «корион». Не знаю, может, это и не настоящее название. Я проверял во всех известных базах, такого лекарства не существует. — Тимо равнодушно пожал плечами.
— Кто «он»? — Макс старался, чтобы его голос звучал спокойно.
— Тот, кто даёт мне это лекарство.
— Кто он, как выглядит? — начал наседать Макс.
Тимо продолжил говорить размеренно, отрешённо, чуть растягивая слова:
— Не знаю, я ни разу его не видел. Просто однажды он появился, и всё. Он сам вышел на связь и предложил мне это лекарство, сказав, что это решение всех моих проблем. Он говорил так, словно наизусть знал все мои желания, он говорил о самом сокровенном, о том, чем я ни с кем не делился. Он словно залез мне в голову. Как же он хорошо знал, что мне нужно. Даже я сам не смог бы это лучше выразить словами… — Тимо посмотрел на Макса: — Вы понимаете, о чем я, преподаватель Штайн?
— К сожалению. — Макс кивнул. — Тимо, я знаю, кто подсадил тебя на это лекарство. Это очень опасный чел… — Макс осёкся, чуть не назвав Адриана «человеком». — Он очень опасен, и он действительно покопался у тебя в голове. Он это может. Я не знаю, что за дрянь он тебе давал, но тебе нужно немедленно прекратить её принимать.
Тимо вдруг расхохотался, зрачки его вновь расширились и заблестели.
— Вы так и не поняли? Я не в состоянии этого сделать! Я в западне. Я вынужден снова и снова приходить в эту библиотеку и рыскать в книгах в поисках очередной дозы, опираясь на подсказки, которые он мне присылает.
Макс тут же произнес:
— С какого кода он присылает тебе сообщения?! Дай мне свой манипулятор.
Но Тимо покачал головой:
— Не знаю, как ему это удалось, но код, с которого приходят сообщения, не отслеживается.
Макс достал свой манипулятор и включил его, нажав вызов. Зизи вновь ответил очень быстро.
— Я уже собирался вам звонить, — проговорил Зиберман.
— Зизи, — перебил Макс, — я сейчас скину тебе код манипулятора, на который приходят сообщения с другого заблокированного кода.
— Кто способен заблокировать свой код? — недоумённо спросил Зизи.
— Только гении вроде тебя, — ответил Макс, — я хочу, чтобы ты узнал, кому принадлежит этот заблокированный код. Это наш абсолем. Узнаем, чей код, — узнаем, под чьей личностью скрывается Адриан.
Говоря это, Макс взял из рук Тимо его манипулятор и с него отправил сообщение Зиберману.
 
Зизи шумно выдохнул. Затем по привычке начал торопливо вываливать очередную порцию информации:
— Я зачем собирался звонить-то, хотел сказать, что это точно не тот парнишка, чьё дело вы хотели достать. Я взломал его серый код. Там обычная трагическая история. Старшего сына Ирен Клео на самом деле звали Илия, он погиб в возрасте пяти лет: утонул на Гавайях. Ирен не усмотрела за сыном. Её подруга кинулась в воду спасать мальчика, но безуспешно, был сильный шторм, она тоже утонула. У той женщины остался сын — Тимо, одногодок Илии. Терзаемая чувством вины, Ирен усыновила Тимо и вырастила как своего сына. Когда это произошло, Ирен использовала всё своё влияние, чтобы на личное дело старшего сына наложили серый код и эта история никогда не всплыла.
Слушая Зизи, Макс неотрывно смотрел на измученного Тимо, стоявшего напротив.
— Спасибо за информацию, — наконец произнес он.
— Вот ещё что, — не унимался Зиберман, — когда я копал на этого мальчика, я отметил любопытную деталь — он кватросолв. Я подумал, может, стоит порыскать среди вундеркиндов колледжа, ведь Адриан гений.
Макс не сумел сдержать смешок:
— Уже, мы как раз занимались этими тремя.
— Тремя? Но я нашел четырёх.
— Ты же видел, что четвёртое дело закрыто, этот студент перевёлся от нас в другой колледж, — нетерпеливо пояснил Макс.
— И всё равно я взломал это дело. Привычка, — добавил Зизи. — Так вот, четвёртое дело принадлежит некоему Денису Фаргу, который проучился в вашем колледже всего месяц и перевелся. Это спортсмен, он…
— Я знаю, кто такой Фарг, — поражённо произнес Макс.
— Тогда вы знаете, что он был дисквалифицирован. Того уровня, на котором он сейчас выступает, он достиг уже после дисквалификации. Когда она закончилась, он как раз поступил к вам учиться и параллельно усиленно тренировался. Я попытался найти информацию о нём в период дисквалификации или до неё, но ничего.
— Вообще ничего интересного? — спросил Макс.
— Вообще ничего, в том смысле, — пояснил Зизи, — что никакой информации не существует. Ещё два года назад совершенно никаких упоминаний о человеке по имени Денис Фарг не было.
— Словно его не существовало, — медленно проговорил Макс.
— Судя по данным всемирной манипуляторной сети, которой я доверяю больше, нежели себе, это действительно так. Еще два года назад человека по имени Денис Фарг не существовало в природе.
И тут Макса осенило — конечно же проще всего совместить семнадцатый номер с диструктивом, вмороженным в лёд, находясь на этом льду!
Макса прошиб холодный пот. Фарг постоянно находится на ледовом овале или рядом с ним. В любой момент он может подойти к ледяной дорожке, и ни один волонтёр даже не подумает о том, чтобы остановить участника Чемпионата Земли. Макс отчётливо вспомнил высокую, мощную фигуру Фарга. Массивный, хорошо сложенный, с эталонными пропорциями, словно… выращенный в лаборатории.
Макс уже собирался отключить манипулятор, но, посмотрев на Тимо, произнес:
— Зизи, ты слышал что-нибудь о препарате под названием «корион»?
Зиберман даже поперхнулся от неожиданности:
— Мне интересно, откуда вы слышали о нем. Это один из засекреченных проектов Лиги. Им занимался отдел В3. Он был признан неудачным, и его закрыли.