Алекс. Безродный. Дилогия (СИ)

Тот же, чуть прищурившись, потёр свои виски и вздохнул.
— Любите же вы все всё усложнять… — Писарь встал с места и начал искать необходимое. — Вечно у вас всё не так, как у людей.
— Уж прости, мужик, — пожал я плечами. — Работа у нас такая — радовать хозяев сего дома…
— Понимаю… — усмехнулся он, и в его взгляде я действительно заметил понимание. Даже жаль мне его немного.
Когда мы пришли, писарь поклонился госпоже и сел за стол, который та благородно освободила. Я же стал нарочито громко проговаривать рецептуру тех блюд, что я ранее рассказал Сисилии. Даже парочку других ещё добавил, от чистого сердца. В благодарность за вечер, так скажем. Если бы я сразу исчез из города, то можно было бы вешать орден «матроса» на грудь, ибо поматросил и бросил. Это бы точь-в-точь описало сложившуюся ситуацию.
Писарь же, наблюдая за сим цирком, не мог не покачать головой, но предусмотрительно даже не вздохнул, потому что каждый вздох обойдётся ему слишком дорого. Нравы у местных-то жёсткие, а у аристократов ещё жёстче. Каждый трон в Диких Землях добывается кровью, потом и мечом. Возможно, ещё магией.
Закончив с этим, я попрощался с парнем, с кухаркой и поклонился княжне.
— Если вам будет интересно, то я всегда буду рад помочь вам в поисках рецептов старины и заграничья. Всё-таки моя работа связана с книгами…
— Я тебя поняла, — сузила княгиня глаза, чуть улыбнувшись. — Обязательно потом воспользуюсь предложением. Я люблю хорошую кухню. А сейчас прошу меня простить. Необходимо поработать с получившимися записями. Верно, Крол?
— Да, — ответил писарь, — как скажете, Ваше Высочество.
Попрощавшись с «Сисилией и Ко», я направился в сторону главного зала. Как я понял, князь, жрец, глава стражи и старик всё ещё не освободились, а потому, пока есть время, я могу пообщаться с местной аристократией. Старик советовал не высовываться… Но всё, что нельзя было высовывать и засовывать, я уже… Кхм. Впрочем, проехали.
Толпа, кстати, уже довольно опьянела. И это замечательно! У многих лица были достаточно покрасневшими от того количества алкоголя, что щедрой рукой прислуги разливали по бокалам и фужерам. Он хоть и не сильно пьянит, но это всё ещё спиртное. Выпьешь достаточно и опьянеешь сто процентов. Но мне от этого только легче: меньше будут обращать внимание на этикет и манеры, легче втереться в доверие… И вообще, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. Это моя стихия.
— Слышал, что у вас в приграничье недавно стали более активны монстры? — спросил один аристократ другого.
— Да, верно слышал, — кивнул тот, пригубив ещё вина. — Спуска на них никакого нет. Ещё и атакуют неожиданно и каждый раз в разных местах. У меня нет столько рыцарей, чтобы охранять все границы владений!
— И как вы справляетесь? Что-то придумали?
— Да ни черта мы не придумали! — взъярился он. — Даже храмовники не спасают, поскольку людей не хватает кровь из носу! А эти чёртовы мурлоки всё продолжают и продолжают лезть на мои земли из Чёрной реки!
— Ам, прошу прощения, — встрял я.
— А, — повернулись ко мне. — А ты у нас?..
— Алекс. Ученик библиотекаря, — поклонился я. — Просто мимо проходил и услышал, что у вас проблемы с мурлоками. Я прав?
— Точно! — вновь повысил аристократ голос. — Даже приманки на них не срабатывают, как бы мы их не делали!
— А вы использовали Голубоцвет в качестве «приправы» для приманки?
— Голубоцвет? — наклонил он голову. — Что это?
— Это такой цветок, внешне напоминает вон те цветы на столе, — указал я на вазу с местными розами. — Вот только лепестки у него не в виде бутона, а раскрыты.
— И что мне эти цветочки дадут? — фыркнул мужчина. — Они не способны убить этих монстров.
— Убить — нет, — я пожал плечами, — а вот значительно привлечь их внимание — да.
— То есть? — уже чуть более заинтересовано спросил он, а остальные стали «греть уши». Видимо, не одного его беспокоила эта проблема.
— Их лепестки покрыты пыльцой, большая часть которой содержится на пестике. Её запах очень хорошо привлекает насекомых для опыления, а вот мурлоки любят есть эти цветы, поскольку для них они как эти сладости на столе.
 
— Ты предлагаешь рвать их и использовать в качестве приманки? Это же очень долго!
— Не просто рвать, а добавлять в воду, и уже ей поливать приманку в виде говяжьего мяса. — объяснял я, подняв палец вверх. — Такое мясо им нравится больше всего из домашнего скота.
— Говядина довольно дорогая сама по себе, — задумались остальные, на что я лишь фыркнул.
— Либо так, либо она всё равно попадёт в их пасть. Выбирайте, что лучше.
— Спасибо, Алекс, — первым очнулся тот аристократ, который начал эту дискуссию, — век буду должен тебе, если сработает. Накрыть одно-два племени, и остальные уже десять раз подумают, прежде чем соваться к моим пастбищам…
— Не стоит, — пожал я протянутую мне руку. — Рад был помочь.
— Всё равно — буду должен, — настоял тот, чуть сильнее сжав мою ладонь. — Я не из тех, кто пренебрегает протянутой рукой помощи.
— Что же. Тогда в случае чего обращусь.
— На том и порешим.
Так мы и болтали с ними о всяком. Я объяснил, что работаю в библиотеке, а потому многое могу знать, поскольку читать приходится достаточно. Это всех заинтересовало, и меня начали расспрашивать о всяком: о причинах нападений орков, об образе жизни кочевников, чтобы лучше их понимать и на этом играть.
Чуть позже меня спросили о дезертирах, и большинство сразу же подхватило данную тему. Мы тогда ещё больше опьянели после выпитого алкоголя, так что атмосфера стала оживлённее. Я, конечно, с моими габаритами был практически полностью трезв, в отличие от низкорослых аристо вокруг.
Как оказалось, дезертирство в рядах армии цвело, что только в путь, а потому я постарался дать нормальный ответ. Но в общих чертах он сходился на том, что войскам попросту некомфортно жить в предоставленных им условиях. На самом деле там собака была зарыта куда глубже, но влезать во всё это дерьмо я не хотел и отмахнулся, мол, не мой профиль.
— А зря! Такой здоровый детина, как ты, легко бы сотником стал, а может даже и до тысячника дослужился, — стукнул по столу старик. Судя по рубцам и шрамам — старый вояка.
— Эти чёртовы крестьяне совсем разум потеряли! — сказал кто-то из присутствующих за другим концом стола, и его возмущения тут же подхватили собравшиеся. — Мы им предоставляем возможность спокойно жить, а они, видите ли, недовольны!
— Да ну их, этих крестьян, — махнул один аристократ рукой. — Если не хотят работать, как им положено, то пускай дохнут где-нибудь в лесу. Их выбор.
Остальные согласно загоготали, продолжая поливать людей грязью. Я же стоял чуть в стороне и с отвращением наблюдал за всем этим. Вот вроде взрослые люди, достаточно сильные, особенно по сравнению с простым людом, а всё так же несут ахинею про своё могущество. У вас несколько кругов силы и звёзд, тогда как у самых талантливых из крестьян, по обмолвкам старика, и пару звёздочек в статусе найти будет сложно. Я понимаю, что на силе и строится вся средневековая иерархия, но всё-таки… Омерзительно.
Вздохнув, я едва заметно покачал головой. Ладно, чего уж тут? Я прекрасно знал, с кем веду дела, и знал, чем всё может закончиться. Нечего жаловаться. Да и, признаться, заведённые за время столь небольшого разговора знакомства и связи — штука полезная. У них есть и деньги, и сила как в виде своей небольшой армии, так и магов, а это имеет вес.
Внезапно открылась большая дверь, и в зал вошли князь со своими сопровождающими в лице вернувшейся к ним скучающей и вздыхающей княгини, Верховного жреца, командира гвардейцев и Констиниуса.
Когда Оруэлла увидели собравшиеся, в том числе и я, все поклонились ему, на что тот лишь с улыбкой на лице махнул рукой, давая понять, что можно расслабиться. Что же… Раз он в приподнятом настроении, значит, «шалость удалась». Они о чём-то всё-таки договорились.
Я подошёл к старику, и тот меня обрадовал тем, что пора уходить. Я искренне поблагодарил за гостеприимство князя, с трудом сохраняя лицо, и напоследок свистнул ещё одну тарелку с мясными шариками. Княгиня, кстати, с улыбкой на лице попрощалась со мной. Спасибо, хоть не начала подмигивать и заигрывать.