Алекс. Безродный. Дилогия (СИ)
В первом варианте моя жизнь, скорее всего, будет предрешена. Та воскликнет, что я пытался её домогаться в комнате её слуги, когда она привела меня сюда по доброй воле. Тут и ярость князя, и презрение со стороны иных дворян, и многое другое. Старик может не повестись на этот бред, но что он сделает? В этом обществе он не прямо-таки крутой старый перец. О нём, как я погляжу, никто ничего толком-то и не знает, за исключением князя, главы разведки и, возможно, княгини. Церковники явно не до конца понимают, с кем имеют дело. В общем, он хреновый помощник при подобном развитии событий.
Во втором варианте меня может ждать та же самая участь, но совсем не обязательно. Перспективы вырисовываются куда получше, да и в разы приятнее. Цель Сисилии — повеселиться и насладиться моим «обществом». А это значит, что, пока я ей интересен как мужчина, у меня будет время для принятия контрмер. Тут и опытный старикан может помочь. Да, может быть такое, что потом я ей надоем и женщина решит избавиться от надоедливой игрушки… Но то когда будет?..
Ситуация патовая. Слева у нас обрыв, справа тоже, но чуть подальше. И там и там меня ждёт незавидная участь, но это только в том случае, если я вовремя не сверну в сторону или не найду переправу через карьер. И этим самым спасительным мостом может стать эта самая княгиня. Она невероятно влиятельна в дворянской среде и способна на очень многое, в том числе и предоставить спасательную подушку в грязных играх местной аристократии. Эдакий джокер, что в любой момент может повернуться против меня самого.
— Знаешь, — начала она, чуть постукивая пальцем по двери, — Моя кухарка довольно медлительный человек, и если она куда-то ушла, то это надолго.
— И насколько примерно?
— Кто знает?.. — лукаво улыбнулась женщина. — Может, минут на двадцать, может, на тридцать… А может, и вовсе на час.
— Понятно… — задумчиво произнёс я. — Значит, придётся подождать её какое-то время.
— Да. А пока помоги мне кое с чем, — соблазнительно облизнула княгиня губки, медленно приближаясь ко мне. — У меня после всех этих дел так болит всё тело, что просто ужас. Не мог бы ты немного… помочь с этим?
Под конец она вплотную подошла ко мне и прижалась. Её грудь надавила сквозь пижонскую одежду местного мастера швейных дел, и я смог отчётливо ощущать, что под этим платьем… больше ничего нет.
Набухшие соски соблазнительно выпирали из этого несчастного куска ткани, говоря, что их хозяйка уже достаточно возбуждена. Это чувствовалось в каждом её движении и жесте.
Я вновь внимательно её рассмотрел, но уже не как княгиню де Клиффорд, а как женщину по имени Сисилия.
На её тело грех жаловаться. Я ещё тогда, когда она только вышла на свет, отметил её красоту. Кожа нежна и красива. Лицо прекрасно, так и хочется его всё расцеловать. Шелковистые волосы пахнут цитрусами с цветами. Жинушка старины Тога тогда мне сказала, что подобные духи есть только у Оглайлы и у неё. Что же, не ошиблась. Хотя я особо-то никого, кроме них, и не зажимал в этом городе.
Уж не знаю, что там под платьем, но даже так могу сказать, что княгиня — женщина высшего сорта. Такие большие и красивые груди не у каждой молодой девушки встречаются. В прошлом мире девять из десяти мужиков закричали бы, что это силикон и хирургия… А об остальных частях тела и вовсе думать тяжело…
— Ну, так что? — томно протянула красавица бархатным, сладким, словно дражайший на свете деликатес, голосом. — Поможешь даме в беде?
Она взяла мою ладонь и стала водить ею по своему телу. Сначала я слегка коснулся её бедра, затем руку приподняли до попки, дав чуток сжать её.
Упругая, как я и думал.
Затем ладонь провели по талии и остановили на груди. После мою руку силой прижали к ней, давая полностью прочувствовать упругость, хоть и сквозь платье.
Я не выдержал. Да и мало кто смог бы противостоять чарам этой дьяволицы. Нет, магию она больше не использовала. Она использовала естественные женские чары, которые способна использоваться каждая женщина на свете, просто надо немного приловчиться и потренироваться.
Я резко опустил свою руку ей на талию, а второй схватил с другой стороны. Затем резко развернул её, да так, что Сисилия чуть вскрикнула от удивления. Я чуть наклонил её и сам подался вперёд, одновременно с этим быстро приподнимая подол её красного платья.
— М-м-м… — закусила женщина губу, соблазнительно смотря на меня. — Какой ты резкий и напористый. Мне нра-авится.
Мгновение, и предо мной великолепная картина. Такое ни один художник не перенесёт на холст.
— Рада, что не ошиблась в тебе, — хихикнула девушка, помогая мне. — Твоё копьё такое же большое и крепкое, как и всё твоё тело само по себе.
— Копьё может быстро затупиться… Я давненько с ним не тренировался. Да и повариха может прийти в любой момент, или вдруг собрание закончится, — заговорщицки шепчу я ей на ушко, — потому нам следует по-то-ро-пить-ся.
* * *
— Я немного не этого ожидала, — надувшись, произнесла княгиня, пока поправляла своё платье, — всё как-то слишком быстро закончилось. Я не прочувствовала.
— Боюсь, что наш сеанс массажа был ограничен по времени, — оправдывался я, надевая штаны. — Люди снаружи могут начать беспокоиться, а потому не стоит их волновать без повода.
— Ничего, — фыркнула женщина, — не маленькие. Не растаяли бы.
— Если же вам вновь понадобятся мои услуги массажиста, — предложил я ей альтернативу, — то я всегда могу помочь вам в более комфортном для вас месте, где никто ничего не увидит и никто не станет за вас переживать. Вам же достаточно отправить слугу с письмом…
— Что же, — чуть повеселев, лукаво произнесла девушка, — я с радостью воспользуюсь твоим предложением, А-лекс.
— Ну, — сел я на рядом стоящий стул, — и когда нам ждать кухарку?
— Она должна быть совсем неподалёку, — заёрзала Сисилия, чуть ложась на стол. — Обычно она находится неподалёку отсюда, так что…
— И где именно?
— Налево по коридору, — махнула та ручкой, — вторая дверь, что потеряла свой цвет. Провожать не стану, не заблудишься.
Благодарно кивнув, я отворил запертую дверь и быстрым шагом направился по указанному маршруту. Необходимо всё делать быстро и наверняка, иначе беда.
Дойдя до нужного места, я отворил дверь и действительно увидел шагающую из стороны в сторону женщину чуть в возрасте. Та, увидев меня, от удивления захлопала глазами. Явно либо ждала кого-то другого, нежели меня, либо не так рано. Ну да плевать.
— Ты где шляешься, старуха⁈ — начал кричать я на неё. — Её Высочество уже чёрте сколько ждёт тебя! Жить надоело⁈
Чуть опешив, та наконец-то сообразила, что происходит, и бегом направилась на место работы. Я же последовал за ней, чуть прикрикивая, да так, чтобы все в этом долбанном дворце знали о происходящем. Не нужны мне эксцессы. Мне нужно АЛИБИ!
Заходя на кухню, я заметил мельтешащую из стороны в сторону кухарку и княгиню, что с небольшим безразличием наблюдает за разворачивающимся концертом.
— Где бумага и карандаш? — задал я вопрос женщине, отчего та посмотрела на меня непонимающим взглядом. — Будешь записывать рецепты, что я буду диктовать.
— Н-но я не умею писать, господин… — сказала она и опустила голову.
— Вашу ж мать да коленом об косяк, — ругнулся я и посмотрел на Сисилию. — Где мне найти писаря, чтобы тот всё записал? У него уж точно есть и инструментарий, и навыки.
— А разве это разумно — записывать семейные рецепты на бумагу? — чуть наклонив голову, ответила она вопросом. — Это же тайна любого рода, и неважно, в каком он сословии. Никто не записывает рецепты, а держит их у себя в голове.
— Ну уж извините, — усмехнулся я, — у меня совершенно иной подход к такого рода вещам.
Кухарка продолжила наводить порядок, княгиня пожала плечами:
— Направо и до поворота. Затем пройдёшь три левые двери и увидишь четвёртую. Обычно он там сидит и пишет.
Я поблагодарил её и чуть ли не бегом направился к нему. Он, кстати, оказался куда моложе, чем его коллега-кухарка. Та уже в возрасте, а этому на вид чуть за двадцать. Значит, голова у него варит хорошо, а потому я чуть ли не с порога вывалил на парня всю подноготную.