Для тебя (ЛП)

Он прикоснулся губами к её губам, чтобы заставить замолчать, и сказал:
— Малыш, не возвращайся туда. Останься здесь, со мной. Ты идёшь туда, куда ведёт тебя Денни, а не я и не Эми.
Феб втянула воздух, сражаясь с собственными мыслями и кивнула.
— Она хотела, чтобы ты знала, — продолжил Колт. Феб снова кивнула. — Она не хотела причинить тебе ещё больше боли. — Феб кивнула ещё раз. — Она хотела, чтобы ты отпустила.
— Да, — прошептала Феб.
— Она отдала всё, что у неё было, чтобы мы могли забыть.
Слёзы текли по лицу Феб, когда она тихо прошептала:
— Да.
— Харрисы хотят, чтобы мы пришли на её похороны.
Она снова кивнула, но её дыхание сбилось.
— Им нужно увидеть, что Эми умерла не зря.
— Но она умерла зря, — прошептала Феб, слёзы попали на губы, и она слизала их языком.
— Им нужно думать, что нет.
Феб снова кивнула:
— Мы можем дать им это.
Он притянул её к себе обеими руками, она уткнулась лицом в его шею и обняла его, крепко держась обеими руками.
— Я его ненавижу, Колт, — сказал Феб ему в шею срывающимся голосом.
— Я знаю, милая.
Она сжала его куртку в кулаках и сильно дернула.
— Господи, как же я его ненавижу.
Колт обнимал её, пока она плакала, потом отодвинул её лицо от своей шеи и наклонил её голову назад, чтобы она смотрела на него. Феб разжала одну руку и вытерла лицо ладонью.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Буду, когда всё закончится.
Она ещё раз кивнула и прошептала:
— Наверное, это неправильно, ведь Денни её изнасиловал, но я рада, что тебе не придется жить с мыслью, что ты совершил то, что думал.
Колт помог ей утереть слёзы и сказал:
— Всё нормально, малыш.
Она уронила лоб ему на плечо и глубоко вдохнула полной грудью. Колт положил ладонь на тыльную сторону её шеи. Выдохнув, Феб произнесла ему в грудь:
— Ужин от Фрэнка ещё в силе?
— Я бы ни за что его не пропустил.
Её дыхание снова сбилось, и она сказала:
— Ты и так пропустил слишком много.
Колт закрыл глаза, но потом открыл их и приказал:
— Фебрари, посмотри на меня.
Она сделала, как ей сказали, и задрала голову.
— Думать о том, как могла бы сложиться жизнь, — это такая же трата времени, как мысли о том, что ты можешь перевести часы назад и что-то изменить.
Она закусила уголок губ и посмотрела в сторону, потом подняла газа и снова посмотрела на него.
— Но ты пропустил десятки фриттат.
Вот она. Его девочка.
— Всего лишь десятки? — спросил он.
— Ты ещё не пробовал мои домашние вафли. Или омлет а-ля Феб.
Колт улыбнулся.
— Чёрт, малыш, посмотри на меня. Мне сорок четыре года, и впереди меня ждёт жизнь, полная вкуснейших завтраков.
Она улыбнулась в ответ, не сильно, но уже что-то.
— Не думай, тебе придется их заработать.
— Я их заработаю.
Она привстала на цыпочки, коснулась губами его губ и посмотрела ему в глаза.
— Тебе лучше постараться.
* * *
Поднявшись на второй этаж участка, Колт направился прямиком к своему столу, чтобы положить конверт, но едва не споткнулся, когда повернул голову направо и увидел её.
Салли оказался прав. На первый взгляд Шерил «Кенди» Шекл была невероятно похожа на Фебрари.
Если присмотреться, то становилось видно, что она моложе Феб минимум на десять лет, а может и больше, просто жизнь её не баловала. Она красила волосы, в отличие от Феб, у которой цвет волос был натуральным. И её увеличенная грудь была больше, чем у Феб, и не сочеталась с её высоким и привлекательным телом. Она также не обладала стилем Феб, хотя и старалась, скорее всего потому, что её заставил Лоу. На ней тоже был чокер, и близко не такой, как у Феб, но всё же был. На шее и руках блестело серебро, кольца, серьги. Феб подбирала украшения по определённой причине, они несли индивидуальность и отпечаток её личности. Для этой женщины украшения выбирал другой человек, они были невысокого качества, и она не умела их носить. Её одежда была слишком тесной, но это была футболка, джинсы и ботинки. Опять же, не такого качества, как у Феб, как будто — и Колт подозревал, что так оно и было — она носила такую одежду, потому что это нравилось её мужчине, а не ей.
 
Её карие глаза заметили его, и на лице отразилось удивление, прежде чем она быстро отвела взгляд. Колт сжал челюсти. Ей скормили ту же историю, что и Райану. Она знала его и считала продажным копом.
Когда Колт положил конверт на стол, к нему подошёл Салли.
— Как всё прошло с родителями Эми?
— Хорошо, насколько это возможно, учитывая, что она отправила родителям предсмертные письма, из которых они узнали, что Денни Лоу изнасиловал их дочь.
Салли отпрянул на несколько дюймов и выдохнул:
— Твою мать.
Колт приблизился и тихо заговорил:
— Ребёнок не от меня, я её не трогал, не раздевался, она тоже. Ребёнок от Денни.
Лицо Салли стало красным от гнева.
— Этот парень, как грёбаное торнадо, оставляет за собой одни разрушения. — Он взглянул на конверт и снова на Колта. — Это письмо?
— Да, адресовано мне.
— Мы можем его использовать?
— Родители разрешили.
— Феб знает?
— Я только что вернулся из бара.
— Как она восприняла это?
— Не очень хорошо, но я узнал, что впереди меня ждут вафли и омлеты, хотя я должен их заработать, так что всё закончилось удачно.
Салли улыбнулся, и в его улыбке читалось не только веселье, но и что-то ещё. Он не заставил Колта долго гадать.
— Помнишь тот раз, когда мы ездили в Зимний парк, и Лорейн отправилась спать, а мы с тобой решили встретить рассвет в Колорадо и всю ночь пили и разговаривали? — спросил он и быстро добавил, чтобы дать Колту возможность для отступления, если тот не хотел разговаривать на эту тему: — Ты тогда сильно напился.
Он напился. Достаточно сильно, чтобы рассказать Салли всё про Феб, почему он её любил и почему ему было так больно, когда он её потерял. Но не достаточно сильно, чтобы забыть об этом. Это случилось после ухода Мелани, в то время он был зол на неё за то, что она сдалась, и думал, не подал ли он ненамеренно какой-то сигнал.
— Я помню.
— После твоего рассказа, после того, что говорила мне Лорейн, я всё равно не понимал, что такого было в Фебрари. Она была холодна с тобой, словно лёд. Со всеми остальными — добрая и милая. Для меня имело значение только то, что она ушла и ранила тебя. — Всё ещё продолжая улыбаться, Салли сказал: — Вафли, омлеты, вторая попытка посреди этого дерьма и женщина, способная выдержать подобное безумие и каждый день выходить на работу? — Он покачал головой. — Думаю, теперь я понимаю. — Его улыбка наконец наполнилась юмором. — Хотя ещё лучше, что теперь это досталось тебе.
Колт покачал головой, но усмехнулся.
— Не груби, Сал.
— Надо тебя напоить и выяснить, носит ли она эти чокеры в постель, — пошутил Салли.
— Теперь ты меня злишь.
— Спокойно, мужик, я просто спросил. Все хотят это знать.
Колт не успел ничего ответить, потому что его окликнул Новаковски.
— Лейтенант Колтон.
Он повернул голову направо и увидел, что Шерил Шекл озирается по сторонам. На её лице отразились надежда и ожидание. Счастливое ожидание. Она думала, что её любовник рядом.
Колту это не понравилось, но Новаковски не стал бы называть его имя, если бы не хотел чего-то доказать, поэтому он откликнулся:
— Да?
Шерил напряглась всем телом, и её взгляд метнулся к нему. После чего она побледнела.
— Не хотите поучаствовать в нашей беседе? — спросил Новаковски, кивая на Шерил. Она посмотрела на Новаковски, потом на Колта. Её лицо всё ещё было бледным, а руки крепко сжатыми.
Колт понятия не имел, во что играет этот парень, и ему хотелось бы, чтобы ублюдок для начала предупредил его.
— Думаю, вы справитесь, — ответил Колт, думая, как же ему «позаботится о Кенди», как он пообещал Райану.