Скверная жизнь дракона. Книга восьмая (СИ)

— Давай, кошки-мышки, — с вожделением прошептал я.
Активировано «Тайное насыщение»
Восполнение 1 пункта «выносливости» в десять секунд за один пункт «маны»
«Рывок» вдавил мою ступню в землю, четыре метра проскочили мгновением. Потом ещё «Рывок», и ещё четыре метра. И ещё, и ещё. Дорога отдалялась.
— Энергия души… — послышался позади сдавленный ослабший голос. Распев «Магической стрелы».
  
Не оборачиваясь и продолжая пользоваться «Рывками» — я дотронулся пальцем до гримуара, вызвал «Ледяное копьё» и закинул руку за плечо. «Чувство магии» подсказывало направление, куда смотрела мерцающая блямба заклинания, показывало и мерцающий овал магического следа парня. «Ледяное копьё» сорвалось с пальца, пробив парню горло. Распев прекратился, скопившаяся магическая энергия в пальце с хлопом петарды разорвала его. К трём лежащим на дороге облачкам добавилось четвёртое.
Я «Рывками» пронёсся мимо лысого трупа, вбежав в границу леса. Фиолетовый шлейф впереди, в метрах пятидесяти, дребезжит пульсирующими волокнами, дрожит неявной рябью. Но продолжает отдаляться. У девки «Рывки» прокачены до первого улучшения минимум, она уж точно взяла «дальность работы», и преодолевает все пять метров. Или даже два улучшения на дальность, и теперь скачет на восемь. Но это ей не поможет. Сколько бы у неё ни было «выносливости», сколько бы ни припасла зелий — её «выносливость» конечна. У меня она тоже конечна, но её больше.
Семьдесят, восемьдесят метров разницы. И шлейф замедлился. Он всё ещё бежал, но уже без «Рывков». Расстояние стремительно сокращалось. Пятьдесят, тридцать. Между мелькающих деревьев показалась тёмно-коричневый силуэт приталенной одежды и конский хвост чёрных волос. Пятнадцать метров, девушка придерживала руку на рукояти меча и смотрела строго вперёд. Пять метров. Под моими ногами громко хрустнула ветка, девушка затормозила и выхватила меч.
«Рывок» в сторону, потом обратно, приземляясь в десятках сантиметров от девушки. Вся энергия тела, должная отправиться в очередной «Рывок», переместилась в правую ногу и точным «Пинком» ушла в живот девушки. Та аж отлетела, перекувыркнувшись и спиной ударившись о дерево. Её вырвало вперемешку с кровью, в штанах спереди зажурчало, а позади набухло. Не дожидаясь, пока та оклемается, я посохом поддел её и перевернул на спину, приставив к груди острый осн.
— Мы из Всеобщей Церкви, — натужно выпалила девушка с перемазанным кровью и желчью ртом.
— Попробуй ещё раз, — я не собирался верить в очевидную чушь, и надавил ногой девке на живот.
— Я клянусь, нас послал инквизитор Лаотлетий, мы…
— У тебя последний шанс.
— Всебогами молю. Я младшая служительница в отряде Лаотлетия. Мы все с него. Мы из Всеобщей Церкви, я…
Активирован «Пронзающий удар»
Осн моргнул ярко-синим, ткань куртки скрипнула, продавливаясь внутрь груди. Глаза девушки выпучились от боли.
— В следующий раз придумай отмазку поумнее, — мой палец указывал строго в голову девушки. «Магическая стрела» синим сгустком сорвалась, с едва слышным хлопком ударив аккурат между двух зелёных глаз. Потом ещё одна, и ещё. На седьмую стрелу девушка дёрнулась и обмякла.
«Обнаружение жизни» закончило действовать, я активировал по новой и от резко накатившей слабости едва не упал на колени, в глазах поплыло, зрение заволокло серой дымкой. Дрожащая рука едва нашарила ближайшее дерево, опереться, справиться с наваждением. Внеочередное использование «умения» сожрало уже семьсот «жизней», но я должен был убедиться, что небольшой фиолетовый подрагивающий шлейф девочки стоит на одном месте и рядом с ней никого нет. Вот только у дороги, почему-то, слабо трепыхался ещё один шлейф.
Широкоплечий мужик с басистым голосом валялся тряпичной куклой. Висок продавлен и раздроблен, из него выпали кроваво-серые куски мозга и костей, один глаз закатился, а второй подрагивая и едва фокусировался на мне.
— Вы совсем идиоты или, так, конченые олигофрены? — спросил я у мужика, на что тот не смог промычать, лишь едва приоткрыл рот. — Это надо додуматься, преследовать ксата. И ладно ещё в караванах или в городе, там контракты действуют, и даже священный договор защищает ксата. Десятый пункт договора, знаешь такой? Из-за него ксат в пределах городской черты чувствует себя в относительной безопасности. Но преследовать ксата за пределами города, на диких землях, где не действуют законы — до такого додумается только сознательный убийца, или патентованный дебил.
Запущенная в мужика тройка «Магических стрел» поставила точку в произошедшем. Меня злил даже не сам факт нападения или нелепые попытки отмазаться — во всей этой суматохе я забыл о небольшом, но очень важном плане, ради которого и закидывал «очки навыков» во «Владение оружием».
Я раздосадовано сплюнул и выдохнул, успокаиваясь. Убиваться о произошедшем смысла нет, ещё будет возможность. Главное — проблема с преследователями решена.
В одежде убитых я не шарил, хоть и покосился на пояс широкоплечего мужика, но меньше знаешь — крепче спишь, хоть последнее ко мне не относится. Зато в каждом из шести тяжёлых рюкзаков еды хватило бы на десять дней пути.
Прекрасным трофеем стал мешок со свежими сухарями, увесистый кусок вяленого мяса в специях и небольшая головка сыра — всё это скрасит сегодняшний ужин. Незначительным возмещением моих трудов стала магическая зажигалка, наргодат, похожий на небольшой серебряный прямоугольник с отверстием в центре. Если подать ману, то из отверстия вырвется небольшой огонёк. У меня есть такая зажигалка, но не хочется расходовать её «магическую прочность».
Самой же доброй и радостной находкой стал небольшой бурдюк с дрянным коньяком. Пахнет портянками с неделю носки, месяц пролежавшими в сыром углу и используемыми половой тряпкой в уборной сифилитиков — но на халяву и хомяк закуска.
За сбором трофеев я провёл не больше десяти минут, а вся ситуация с битвой заняла четверть часа. Недолго, но и за это короткое время девочка перепугалась. Покорно стоя на месте посреди леса, прикрываясь от мира сложенными руками на груди — она дрожала, вдавливала голову в плечи и испуганно зыркала по сторонам, прислушиваясь к малейшему шороху. И тихонько ойкала даже от писка комара, а от звука упавшей ветки и вовсе подпрыгивала.
— Хозяин? — тихонько, испуганно позвала девочка, услышав шаги за деревьями.
Я не отозвался, продолжая идти в её сторону, на что девочка ещё сильнее затряслась и едва удержала слёзы, и прекратила дрожать лишь различив мой силуэт между деревьев. Она шумно шмыгнула носом и растянула рот в счастливой, но ломаной улыбке.
— Хозяин, хозяин, — пролепетала девочка и бросилась мне навстречу. Позабыв обо всех приличиях и нормах, она врезалась в меня, обняв за пояс и уткнувшись лицом в бок. — Соя здесь. Соя здесь. Здесь.
— Да здесь ты, здесь, — я легонько оттолкнул девочку за голову, на что она только ещё сильнее заулыбалась и рукавом утёрла проступившие слёзы.
— Здесь, — протянула она и ухватилась за мою руку, игнорируя мешочек с добытыми трофеями.
— Потом, идти надо, — я дёрнул рукой, освобождая её и показав на наши рюкзаки.
Малышка всё поняла и накинула на плечи свой рюкзачок. Я позволил девочке открыть куртку, чтобы освободить вторую пару рук. Та вытянула их, разминая, и вскоре тремя руками прижала к груди мешочек с трофеями, а четвёртую оставила свободной. Девочка улучила момент, когда я с трудом надену тяжёлый рюкзак и пойду вперёд, и тут же схватилась за мою руку с довольным прищуром.
  
— Под ноги смотри, а то… — договорить я не успел, малышка запнулась о корягу и повисла на моей руке в сантиметрах от земли. — Под ноги смотри.
— Да, буду, — промямлила та и послушалась совета, но украдкой посматривала на наши руки.
По густому сосновому лесу мы шли долго, наслаждаясь густым ароматом хвои и слушая щебетания птиц. И парочку раз пройдя по небольшим лесным полянкам, поросшим разнотравьем, где я добавил к трофеям несколько листочков ароматных трав.