Вкусить её рождественские печеньки (ЛП)

— Я и не знал, — ответил Лиам, выглядя слегка обиженным. — Но теперь, когда ты упомянул об этом, я бы сказал, что сексуальная неудовлетворенность и отсутствие рождественского настроения создают очень раздражительного миллиардера.
— Я не раздражительный, — пробормотал я. — Просто думаю о том, насколько эта башня лучше, чем Фрост-Тауэр.
— Имеешь в виду, помимо того факта, что вся эта башня принадлежит одному арендатору, и у нас есть бутик-отель, и лучший японский ресторан на Восточном побережье, и общественная парковка, которая, не знаю, видел ли ты ее стоимость в последнее время, но приносит бешеные деньги. Думаю, это правда, что говорят — секс продается, но ничто не продается так, как парковочные места в Нью-Йорке.
— Готов к заседанию правления? — спросил я Лиама.
— Конечно! — воскликнул он. — Мне нравится, как они все заискивают перед нами.
— Все члены правления — твои братья, — парировал я, когда лифт остановился на одном из верхних этажей, где находился главный конференц-зал. С тех пор, как я был там в последний раз, кто-то успел украсить его к Рождеству. Рассеянный зимний свет проникал сквозь окна от пола до потолка, заставляя сверкать искусственный снег на гирляндах.
— Я мечтаю о… — начал напевать Лиам.
Я ударил его в живот.
— У-у-ух, — выдохнул он. — Тебе повезло, что я занимаюсь спортом и у меня потрясающий пресс, иначе я мог бы серьезно пострадать.
— Я тебя не так сильно ударил, — парировал я.
Грег Свенссон и его единокровный брат Хантер Свенссон ждали в конференц-зале. У обоих были одинаковые темно-русые волосы и высокое, широкоплечее телосложение. Они выглядели так, словно происходили от викингов, за исключением того, что теперь были корпоративными наемниками.
— Мне говорили, что будут закуски, — сказал Лиам в качестве приветствия. Я обменялся рукопожатием с Хантером, пока Грег огрызался на своего младшего брата.
— Обед будет, но только после того, как вы двое представите свои доклады.
Лиам возился с презентационным оборудованием. Из аудиосистемы зазвучала рождественская песня, и я вздрогнул.
— Грег тоже своего рода рождественский Гринч, — заорал Лиам, перекрикивая шум.
— Выключи это! — крикнул Грег.
— Вам обоим нужно немного Рождественского чуда в вашей жизни, — проговорил Лиам, когда маленькие голые Санта-Клаусы заплясали по экрану. Лиам переключился на следующий слайд, и музыка выключилась.
— Честно, Лиам, — сказал Грег.
— Вот чем вы все занимаетесь на Манхэттене? — тихо спросил Хантер. — И почему я не удивлен?
— Мне не нужно твое мнение, — огрызнулся Грег на своего единокровного брата.
— Мы можем, пожалуйста, продолжить? — спросил я. Хлоя должна была приготовить мне ужин сегодня вечером.
— У него намечается горячее свидание, — подразнил меня Лиам.
— Это не так!
— Как дети, — тихо произнес Хантер.
— Итак, если кратко, то мы сообщаем, что «Платинум Провижн» приносит огромные деньги, — сказал Лиам, — и мы раздаем солидные рождественские бонусы.
На экране появился слайд с Хлоей в откровенном костюме пряничной девочки, которая посылает воздушный поцелуй в камеру и покрывает печенье глазурью с помощью одного из инструментов «Платинум Провижн». Я ухватился за подлокотник кресла.
— Это неуместно, — сказал Грег.
— Это то, что продается, — возразил Лиам. — Мы зарабатываем так много денег, и все благодаря этой девушке и веб-шоу Гуннара.
— Мы продадим столько, сколько сможем изготовить, — вставил я. — Мы превзойдем наши прогнозы на прошлый квартал на двадцать процентов благодаря лимитированной линейке для рождественской выпечки. Благодаря «Грандиозной рождественской выпечке», люди вновь проявляют интерес к высококачественной кухонной утвари.
— Нам нужно будет как-то поддерживать к ней интерес и после Рождества, — сказал Хантер.
— Мы производим медицинское оборудование и дрели, — сказал я им. — Выпечка — это второстепенное предприятие. Оно не должно отвлекать нас от основной работы.
— Да, но если в этой сфере есть деньги, то всем нужно стремиться туда, — добавил Грег.
— Давайте продолжим и обсудим ваш прогресс в области фармацевтического производства, — произнес Хантер, открывая новую страницу в своем блокноте. — Компания «Свенссон ФармаТек» нуждается в продуктах, которые «Платинум Провижн» могла бы разрабатывать и производить.
Оставшаяся часть заседания совета директоров затянулась дольше, чем я предполагал. Хантер и Грег настояли на пересмотре графика производства рождественской выпечки.
— Чего абсолютно не может быть, — сказал Хантер, — так это того, что ваша компания не выполнит обещания, которые вы дали потребителям. Маркетинг существует повсюду. Каждый, кто хочет приобрести кухонное оборудование, должен иметь возможность его приобрести. Отказ — это не вариант.
— Мы сделаем это, — пообещал я.
— Точно? — спросил Хантер. — Тебя так отвлекает эта башня, а Лиам еще и упомянул девушку…
— Я не отвлекаюсь.
— Хорошо, — сказал Хантер. — «Платинум Провижн» — это твой главный приоритет, а не дурацкое реалити-шоу моего брата, не твоя башня и, конечно, не эта пекарша. Понимаешь?
— Конечно, — твердо ответил я. Но Хлоя завладела моей жизнью и всем моим личным пространством.
— Куда ты собрался? — спросил Лиам после заседания совета директоров. — Поешь с нами, чтобы я не оставался наедине со своими братьями.
— Хлоя должна была приготовить мне ужин, — сообщил я Лиаму. — Но она на меня злится. Так что, возможно, этого и не будет.
— Так что ты можешь пойти и выпить с нами.
— Не знаю. У меня же еще съемки и мой пес.
— Когда ты наймешь себе нового ассистента? — спросил Лиам.
— Когда-нибудь. Сейчас у меня и так много забот.
Я вернулся в Фрост-Тауэр на метро. Произошла крупная авария, и движение на дороге было хуже обычного. У входа в вестибюль стоял бездомный Санта-Клаус. Он отдал мне честь, и, вопреки здравому смыслу, я положил деньги в его чашку.
— Премного благодарен, сэр, — поблагодарил он.
Возможно, это принесет мне удачу.
Когда я подошел к дверям, Хлоя выходила из башни — она чуть не бросилась прямо в мои объятия. Мне хотелось поцеловать ее, но я не знал, в каких отношениях мы находимся.
— Хочешь сделать еще несколько снимков? — поинтересовался я, пытаясь стереть из памяти ее образ в том костюме.
— Я собиралась купить продукты для твоего ужина, — ответила она.
Интересно, заметила ли она вожделение в моих глазах.
— Я боялся, что все может быть отменено.
— Нет, — она посмотрела на свои туфли, затем на улицу. — Прости, что накричала на тебя.
— Это моя вина, — поспешно добавил я. — Я пытаюсь быть менее мелочным. Только что дал бездомному Санте десять долларов.
— Это многовато, — нахмурилась она и посмотрела на часы. — Мне нужно идти в магазин, иначе готовить для тебя будет уже слишком поздно.
— Я пойду с тобой, — сказал я, не желая, чтобы она сама платила за ингредиенты.
— Продуктовый магазин, где мы делаем покупки для шоу, недалеко, — сообщила она, когда мы пробирались сквозь толпу в час пик. Снаружи Санта звонил в колокольчик, собирая пожертвования для Армии спасения.
— Хо-хо-хо! Счастливого Рождества! — пропел он.
Я ожидал, что мы быстро зайдем в магазин и выйдем из него, но Хлоя останавливалась и осматривала каждый продукт. Она осмотрела каждую репу, каждую картофелину и потратила невыносимое количество времени на споры с мясником. Я со скуки бродил по окрестностям. Санта-Клаус разглядывал макароны. Рождество просто не могло оставить меня в покое.
Когда мясник протянул ей мясо, завернутое в вощеную бумагу, я подумал, что мы наконец-то закончили. Но нет, Хлоя захотела вернуться к прилавку с фруктами и овощами.
— Ты покупаешь баклажаны?
— Может быть, — сказала она, кладя баклажан обратно, взяла точно такой же, и положила его в одну из корзин, которые она велела мне нести. Она улыбнулась мне. — Мне нравится, когда красивый мужчина следует за мной по пятам и носит все мои покупки.