Школа на краю империи (СИ)

— Сгодятся, — кивнула женщина. — Главное, чтобы образ закрепился в голове. Идеал — если вы часто видите то, что собираетесь вообразить.
Мои одноклассники внимательно слушали.
— Задача на сегодня, — продолжила учительница, — выбрать подходящий образ для визуализации. Запомнить картинку в мельчайших деталях. И, если успеете, представить, как некая субстанция струится по энергетическим линиям. С первого раза вы не сможете это почувствовать. Сдвиг может наступить через несколько недель.
— Или месяцев, — буркнул Вова.
— Или никогда, — отрезала Марфа Денисовна. — Начали.
Оставшиеся тридцать минут урока мы честно пытались создать в голове эту гипотетическую хрень. Я нафантазировал точную копию своей кровеносной системы, только серого цвета. Со стальным отливом. Сосредоточившись, начал воображать, как энергия вливается в капилляры, вены, артерии... Всё это было лишь игрой моего ума.
Учительница курсировала между нашей группой и остальными ребятами, но в процесс не вмешивалась. Затем я услышал громкий хлопок.
— Всем вернуться на свои места!
Когда класс объединился, Марфа Денисовна подвела итог занятия:
— Сегодня я наблюдала успехи у некоторых ребят. Вы обратили внимание, что группа, сумевшая освоить медитативные азы, работала отдельно. В будущем я переделаю расписание таким образом, чтобы подстроиться под уровень развития каждого. У нас в школе пять классов первогодок. Это без малого сто пятьдесят человек. На всю эту толпу работают три учителя. Мы разделим вас таким образом, чтобы в одной аудитории не скапливалось много школьников. Всего будет три группы. Те, кто стал пробуждённым и хочет повысить свой уровень. Те, кто находится в начале своего пути. И те, кто достиг определённого прогресса, но ещё далёк от первого ранга.
— А что будем делать мы? — поинтересовался Барский.
— Ты, Лев, относишься к первой группе. Будешь осваивать техники быстрого восстановления.
— Меня интересует непрерывная циркуляция, — заявил Барский.
Учительница мягко улыбнулась:
— Всем известно, что этот навык присущ одарённым второго-третьего уровня. За всю историю школы лишь один ученик получил ранг продвинутого и освоил непрерывную циркуляцию. Это действующий глава нашего клана. Ещё вопросы?
Барский заткнулся.
— Если вы не справились с визуализацией, не переживайте, — Марфа Денисовна бросила взгляд в мою сторону. — Никто не осваивает эту технику на первом занятии. Продолжайте упорно идти к своей цели.
Прозвенел звонок.
Гимназисты начали подниматься.
— Домашнее задание! — повысила голос наставница. — Выйти на обязательную пятиминутную медитацию в любое удобное для вас время. Я хочу, чтобы до конца сентября у меня не было отстающих.
Я спокойно обулся, пропустил основную толпу к винтовой лестнице и уже собирался уходить, но меня окликнули. Марфа Денисовна непостижимым образом оказалась рядом, хотя и не обладала навыками телепортации.
— Иванов, задержись.
Когда мы остались на крыше одни, начался допрос.
— Ты вообще ничего не смыслишь в медитативных практиках, — сходу заявила учительница. — Я никогда не видела более бездарного претендента. А тут — прорыв. Да ещё, как я слышала, дал отпор Барскому и его прихлебателям. Что произошло?
Пожимаю плечами.
Вот сейчас надо вести себя предельно осторожно. Передо мной эмпат, который молниеносно почует ложь. Спокойствие, ровный эмоциональный фон...
— Меня начали избивать, — сказал я. — И, наверное, голову повредили. Я вдруг понял, как надо действовать. И дал сдачи.
— Барскому? — опешила наставница.
— С ним я сразиться не успел. Появился Вадим Петрович.
— Надзиратель, — кивнула Марфа Денисовна. — Конечно. И что произошло дальше?
Я пересказал ход стычки с ушлёпками Барского. Дал информацию про амнезию. Сообщил, что теперь, как мне кажется, я умею интуитивно драться. Последняя фраза заставила брови учительницы поползти вверх.
— А к врачу обращался?
— Я же из ПСП. Какие у меня шансы найти нормального врача?
Сработало.
Марфа Денисовна сочувствующе покачала головой.
  
— Значит, в тебе появилось некое знание. Ты дерёшься, побеждаешь сильных противников и умеешь медитировать. Что ещё?
— Вроде ничего, — я подпустил в голос неуверенности. — Ну, я пытаюсь освоиться. Тело что-то умеет, но я не помню прошлую жизнь, ничего не знаю о Фазисе... И даже то, что в школе изучал, в голове не задержалось.
— Туго тебе придётся, — признала женщина. — Надеюсь, это пройдёт. Я помогу с медитациями, отвечу на любые вопросы. Но это всё, что от меня зависит, Иванов.
— Спасибо, Марфа Денисовна.
— Не за что. И это... соблюдай осторожность. В гимназии учатся отпрыски очень влиятельных родов. Я бы на твоём месте нашла способ, как помириться с Барским.
Ираклий ждал меня внизу, у основания винтовой лестницы.
— Что она хотела?
— Про драку с Барским спрашивала.
— Так это из-за тебя он со своими дружками взыскание получил? — воскликнул Ираклий. — Я слышал краем уха...
Следующим пунктом в расписании шла история Предтеч. Мы направились в противоположное крыло. По коридорам ходили гимназисты и учителя. Один раз мне показалось, что я вижу Вадима Петровича...
Надзиратель.
Вот же словечко...
Как будто мы зэки, а не обычные дети.
— Расскажи мне про взыскания, — попросил я.
— А ты не знаешь?
Укоризненно смотрю на приятеля.
— Блин, извини. Забыл, — Ираклий достал из бокового кармашка флягу, скрутил колпачок, сделал пару глотков. — Будешь?
— А что это?
— Моя бабуля сделала морс.
Я попробовал из вежливости. Морс был холодным и вкусным. Доминировала клюква, но ощущались нотки... даже не знаю, чего. Цитрусовые...
— Прикольно, — я вернул флягу.
Ираклий завинтил колпачок и убрал флягу на прежнее место.
— Взыскания, — сказал мой приятель. — Они разные бывают. Зависит от степени провинности. Могут лишить обеда, перестанут выдавать свежие ифу, оружие или учебники. Тогда за это будешь платить. А ещё могут стипендию урезать.
— Что, прости? Мы получаем стипендию?
— Ну, да. Маленькую, но для моей семьи и это деньги. Семьдесят рублей на дороге не валяются.
Вот оно что. Теперь понятно, откуда у моего предшественника появились купюры и монетки. Получается интересная картина. Вроде бы, в Российской империи человек человеку волк, а социальными льготами и не пахнет, но... Сироты могут жить и питататься в ПСП, посещать гимназическую столовую... Даже стипендия есть. Странно, что Юля не сказала об этом, когда перечисляла хорошие новости.
Наверное, тупо платить «нулёвкам». Клан инвестирует в учеников, которых старшеклассники могут зарубить в любой момент. Видимо, Эфа — богатый Дом. Могут себе позволить.
Спрашивать Ираклия, не из-за стипендии ли он рискует своей жизнью в гимназии, не хотелось. Это мой единственный школьный друг, обидится ещё.
— В общем, взысканий хватает, — резюмировал Ираклий. — Лучше на них не нарываться.
Незаметно мы подошли к аудитории «4-36», где по расписанию значился следующий урок. Я уж было поверил, что этот дурацкий день может закончиться хорошо, но тут передо мной выросла старая знакомая. Рыжеволосая бестия с туго заплетённой косой. Насколько я помню, Ольга Котова. С боевым веером во внутреннем кармане пиджака.
— Я вызываю тебя на дуэль, — заявила рыжая.
  
Глава 19
 
— Хм, а отказаться нельзя?
Глаза девушки расширились от удивления.
Ответил Ираклий:
— Ты не можешь уклониться от официального вызова. Так написано в Уставе.
Изучаю свою новую противницу.
— И что мне за это будет? Дайте угадать — взыскание.
— Нет, — покачал головой Ираклий. — Выгонят из гимназии.
— С позором, — оскалилась рыжая.
— Ладно, — пожимаю плечами. — Как мне принять вызов?
— Я подала заявку на дуэль, — ответила Котова. — Зайди в приёмную и подтверди своё участие. Ты что, с Луны свалился?