Тень Января (СИ)

— Прости меня, — прошептала тихо.
И тут же слёзы вновь подступили к горлу. Я не сумела их сдержать и расплакалась вновь.
Конь главнокомандующего недовольно захрапел, будто попрекая меня за слабость. Я пригладила его по гриве.
— Не бойся. Тебя в обиду не дам, — я пообещала это самой себе, хотя умом понимала, что и себя-то с трудом могу защитить в этом жестоком тёмном мире.
  
Жеребец снова издал какой-то странный звук, словно злился. А потом стал вдруг притопывать копытами.
— Ну, тише-тише. Здесь не стоит танцевать. Под нами лёд, и лучше бы нам убраться поскорее отсюда.
Животное не желало успокаиваться. Тряхнув головой, конь зацокал ещё агрессивнее.
— Да что с тобой?.. — недоумевала я, натягивая поводья потуже.
И тут мой взгляд зацепился за какие-то светящиеся точки. Красные, точно зажжённые огни свеч. Одна, вторая, третья, пятая, десятая…
Я тотчас сбилась со счёта, когда количество огоньков резко возросло. И все они одновременно приближались, их становилось всё больше и больше. А двигались они с того берега реки, куда я намеревалась попасть, дабы очутиться в безопасности.
Вот только теперь возник серьёзный вопрос: какой берег для меня безопаснее? Ведь ко мне по льду надвигались не просто загадочные огни. Это были глаза, множество глаз. А принадлежали они существам, которых я никогда раньше не видела, даже в фильмах ужасов подобных монстров не встречала. Чем-то они напоминали волков, только очень крупных. И у каждого было по три пары красных светящихся глаз. А когда один из них разинул челюсти, я успела заметить ещё и острые зубы в несколько рядов.
Существа неторопливо сокращали расстояние. И, кажется, не из-за страха, а из-за предвкушения лакомых кусочков, одним из которых должна была стать я.
Конь подо мной буквально взбесился. Он стал метаться из стороны в сторону, в то время как чудовищные волки рассредоточивались по периметру, загоняя нас в кольцо.
— Ну, тихо! Тихо! — силилась я усмирить животное.
Но все мои порывы оказались бесполезны. Жеребец в ужасе встал на дыбы. Я не удержалась в седле, упала на лёд. Больно ударилась боком. Но как-то всё же умудрилась выхватить свой меч.
И как раз вовремя — один из монстров прыгнул прямо на меня. Я ударила его по морде лезвием. От такого удара у нормального животного ничего бы не осталось от головы, но этот только зарычал и отскочил прочь. Рана едва-едва виднелась на его шкуре. Видимо, она была какой-то невероятно прочной.
Боковым зрением я заметила, что двое других чудовищ напали на жеребца и впились ему в ноги. Тот отбивался изо всех сил. Но я не могла ему помочь. Теперь меня обступали уже трое, одного из которых я только что ранила. И понимала, что если уж такой точный удар не сразил монстра, то с тремя подобными мне ни за что не справиться.
— Адалена!.. — голос Рэагана прорвал ночь. — Адалена!!!
— Я здесь!!! — закричала в ответ.
И в тот же миг меня атаковал тот же волчара. Одновременно с ним бросился второй, третий. Я размахивала мечом, полосуя звериные шкуры, для которых моя сталь была не страшнее укола иглой. Они лязгали зубами, отступали и нападали вновь, пытаясь ухватить за подол платья или меховой накидки.
— Адалена!!! — Рэаган был где-то рядом.
Я слышала его, слышала, как ревёт в предсмертной агонии его жеребец, которого буквально рвали на куски адские твари.
— Адалена!!!
Атака за атакой я снова и снова наносила удары. Успела схватить левой рукой ещё и кинжал, но, увы, не настолько была умелой, чтобы биться сразу двумя оружиями. Одного из волков я всё-таки проткнула коротким клинком, который вошёл под нижней челюстью вы вышел острием перед шестью красными глазами.
— Адалена!
Наконец, я увидела главнокомандующего. Оба своих меча он уже держал наизготове. Двое монстров как раз закончили добивать лошадь и кинулись на Рэагана. Тот их встретил сокрушительными ударами. Но я не увидела, получилось ли у него кого-то убить. Только поняла, что целиться надо в челюсть — там их слабое место.
— Адалена, держись! — прокричал Рэаган, когда очередным тычком я сумела вогнать меч прямо в один из шести глаз монстра.
Тот завизжал, как щенок, и пополз по льду, безвольно суча лапами. Однако возрадоваться успеху я не успела, потому что третий волк никуда не подевался. Он сделал быстрый высокий прыжок. Я не успела вовремя поднять меч, когда тяжеленная туша обрушилась на меня сверху. Я упала на спину и тут же почувствовала вибрацию под собой, а затем и хруст ломающегося льда.
— Адалена!
Ледяная толща разверзлась у меня за спиной. Я ничего не сумела предпринять, когда меня разом поглотила холодная чёрная вода.
— Адалена!!!
Шестиглазый волк упал вместе со мной. Его челюсти плотно впились в капюшон на моём плаще. Чудовище барахталось на глубине, тем самым утягивая и меня за собой. Он сделал рывок, и я полностью окунулась в воду.
— Адалена!!!
Мне не хватило всего-то глотка воздуха. Одного, пускай самого крошечного. А на то, чтобы вынырнуть не хватило уже сил. Всё тело в долю секунды заледенело и свело страшным спазмом. Я больше не могла контролировать свои движения, не могла бороться, не могла помочь даже себе.
Очередной рывок захлебывающегося животного заставил меня сделать рефлекторный вдох. Вода вошла в лёгкие. Синеватое свечение в небе над водой — последнее, что я помнила и на что смотрела, уходя на дно.
— Адалена!!!
А затем всё исчезло. И призрачный синий свет, и голос главнокомандующего, который отчаянно звал меня, но так и не дозвался.
  
Глава 32
 
Холод. Непередаваемый, могильный холод вновь сцепил меня прочными цепями.
Я пребывала в нём целую бесконечность. В ней не было ни света, ни даже слабого отблеска. Тьма поглотила меня. Полностью. Я стала её частью, неотделимой и сумрачной. Не ощущала ни времени, ни пространства, ни самой себя. Во мне не осталось чувств, эмоций, желаний. Лишь бездонная пропасть сознания зияла пустотой, гулкой и холодной.
— Адалена… — звук моего имени первым пробился сквозь эту беспросветность.
Я ухватилась за него, как за спасительную нить. Слишком хрупкую, чтобы вытянуть меня. Но иной у меня всё равно не было.
— Адалена… — нежный и уверенный голос.
Я узнала его, я рвалась к нему. Он звучал через время и пространство, звучал где-то, куда я не могла добраться, но куда всегда стремилась попасть.
— Адалена…
Я разглядела его во тьме. И вдруг осознала, что он и был той самой тьмой. Был соткан из неё подобно ткани чёрного шёлка с чёрными узорами, разнообразными и многочисленными, причудливо переплетавшимися друг с другом. Но настолько тёмными, что ни один глаз не способен был различить этой красоты.
А я смогла. И встретилась взглядом с его глазами.
— Адалена… — он притронулся своей большой сильной и в то же время чуткой рукой к моим волосам, белым, как снег, как и его волосы, рассыпанные по широким плечам.
Завитые длинные рога безошибочно давали понять, что это именно он. А синие пламена глаз ласкали нежнее самых трепетных прикосновений.
— Я так рад тебя видеть, моя любовь…
— Валлафар… — прошептала иссохшими слабыми губами. — Ты пришёл… Ты не уйдёшь?.. Пообещай, что ты не уйдёшь…
— Я всегда с тобой, — заверил он, снова и снова проводя пальцами по моим прядям. — В любой жизни. В любой смерти. Ты моя.
— Забери меня, — моя просьба прозвучала тихо и жалостливо. — Я не хочу больше находиться здесь. Я хочу к тебе.
— Скоро. Скоро, Адалена. Скоро так и случится. Скоро не станет «здесь» и «там». Скоро наши миры станут единым миром. Нашим миром, Адалена.
  
— Как это возможно?
— О, ты знаешь. Ты всё знаешь, Адалена, — он мягко улыбнулся. — Ты хранишь это знание внутри себя. Просто открой сердце и дай ему освободиться.
— Я не понимаю… — простонала глухо.
Первое ощущение физического тела прорезалось так некстати и так неприятно, запульсировав в висках тупой болью. А боль вскоре обратилась в монотонный звон, который бил по слуховым перепонкам, провоцируя приступ головной боли.