Тень Января (СИ)

— Мне страшно…
— Ничего не бойся, любовь моя. Я с тобой, — снова пообещал демон.
— Чаша… — внезапно вспомнила я, когда мутный образ неожиданно всплыл в голове, окутанной мигренью. — Мне нужна чаша… Чаша Аллесат…
— Всё верно, — Валлафар вновь одарил меня улыбкой. — Тебе нужна чаша. Ты должна её найти.
— Но… Но как мне её найти?.. Она… она была у меня…
Я глянула на свои руки, которые были скрючены также, как в тот момент, когда открыли мой гроб. Сейчас я словно надеялась наконец-то обнаружить в них чашу. Но — увы. Ладони мои были по-прежнему пусты и холодны.
  
— Я забрал Аллесат, — вдруг сказал демон.
— Забрал?.. — меня охватила паника. — Зачем?.. Когда?..
— Перед твоим пробуждением.
— Но почему?.. Она моя… — я будто бы сама себя убеждала в этом, слова вырывались сами, помимо воли. Я бормотала без разбору: — Где Аллесат?.. Где мой артефакт?..
Улыбка Валлафара стала шире.
— Конечно, твой, Адалена. Никто иной во всех мирах не справится с этой чашей. Но я должен был забрать её, чтобы этого не сделали другие.
— Другие… — я совершенно не понимала, кто эти «другие», если кроме меня и Валлафара в этой тьме больше никого не было. — Скажи, где она?
— У врат Аклауб, — спокойно ответил демон.
— Я не знаю, что это за врата…
— Не знаешь, потому что я создал их, пока ты ещё пребывала в небытие. Это дверь из моего мира в твой мир. Аллесат дожидается тебя у входа.
— И как мне найти эти врата?
— В Мерклом лесу, на краю мира, у самого быстрого подземного потока, который питает Морут, ты найдёшь Аклауб и наконец увидишь мой мир. И найдёшь чашу.
— И ты будешь там?
Демон с улыбкой покачал рогатой головой.
— Ты всё время забываешь, любовь моя. Я с тобой. С тобой. И ты непременно вспомнишь.
— Когда? Когда найду чашу?
Его улыбка стала вмиг грустной.
— Ты вспомнишь тогда, когда позволишь своему сердцу пылать синим пламенем.
— Я не понимаю…
— Просто открой глаза, — повелел демон.
И это был слишком странный и непонятный наказ, ведь глаза мои уже были открыты.
— Открой глаза, Адалена, — повторил снова, и что-то переменилось в его баюкающем голосе. — Адалена, открой глаза, — он уже требовал и даже приказывал, а голос становился всё твёрже и нетерпимее: — Открой глаза. Ты должна открыть глаза, Адалена.
Его черты исказились, стали едва узнаваемыми и жуткими. Глаза с синими огнями раскалились добела, а затем стали обретать красный оттенок, всё насыщеннее и насыщеннее.
— Посмотри на меня, Адалена. Посмотри на меня. Посмотри. Ты видишь меня? Видишь? Видишь? Видишь?..
Я бы закричала. Но крик застрял у меня в горле, словно копьё, пронзившее плоть насквозь. Позвоночник прострелило молнией. Шею выгнуло назад. Наружу вырвался лишь утробный хрип.
— Адалена!..
Я не могла разогнуться, не могла снова вернуть своей голове нормальное положение. Глазные яблоки хаотично вращались в орбитах.
— Адалена! Адалена!.. Ты слышишь меня? Она очнулась!.. Адалена!..
Кто-то придержал мой затылок, чтобы я не свернула себе шею окончательно. Затем аккуратно надавил, заставив потихоньку опустить подбородок.
— Адалена?.. Ты можешь говорить? Ты узнаёшь меня?..
Я смотрела неотрывно на того, кто со мной разговаривал, и кто пытался достучаться до меня. И, да, я его узнала. Точёное лицо, длинные белые волосы, глаза — красная медь.
— Рэй Крост?..
— Она очнулась! — снова крикнул кому-то первый наместник лорда.
На его зов тут же объявился и сам лорд, которого я также узнала.
— Арас… — выдохнула потрясённо.
— Ну, наконец-то, — Хранитель быстро приблизился и сел рядом со мной на кровати. — Наконец-то ты пришла в себя. Мы думали…
Он прервался и тяжело вздохнул. Возможно, хотел что-то добавить, но передумал.
— С новым воскрешением, Адалена, — сказал рэй Крост с улыбкой. — Говорят, из смерти не возвращаются. А тебе удалось стать исключением уже дважды.
  
Глава 33
 
Я огляделась. Помимо Кроста и Араса обнаружила неподалёку в углу ещё одного человека — женщину в хилых обносках, скорее похожих на ветошь. Спутанные длинные волосы, в которых колыхались бесчисленные бусины, монеты и какие-то подвески, тянулись вдоль её иссушенного лица почти до самых колен. Женщина сидела на полу со скрещенными ногами. Глаза её были затянуты молочной плёнкой, полностью скрывавшей зрачки и радужку. Она непрерывно покачивалась, словно маятник, но, казалось, не только не видит, но и не осознаёт окружающую действительность, пребывая в каком-то ином мире.
Провидица, Хэйда — слепая затворница, к которой мы направлялись вместе с Рэаганом.
И тут я вспомнила…
— Где Рэаган? — спросила обеспокоенно, уже находясь на грани паники. — Он… Он…
— Он сейчас придёт, — ответил правитель.
Тревога тотчас улеглась, а спустя несколько минут в хижину вошёл главнокомандующий. С порога он встретился со мной глазами, и тогда я окончательно успокоилась, что не стала виновницей ещё одной смерти. Но теперь появился уже другой повод нервничать.
— Что произошло?..
Рэаган неторопливо приблизился, сел в изножье кровати рядом с Хранителем. Крост стоял позади них. И все трое смотрели на меня. Я молчала в ожидании ответа или, скорее, приговора за своё предательство.
— На нас напали сноварги, — сказал главнокомандующий. — Мы шли к провидице, пересекали Морут, когда они стали окружать нас.
У меня замерло сердце. Рэаган… солгал. Точнее — рассказал лишь половину правды, а другую, наиболее важную и щекотливую половину, исказил до неузнаваемости.
— Оба наших коня погибли, — продолжал он. — И ты тоже едва не погибла. Мне удалось вытащить тебя из реки, но ты впала летаргический сон и никак не пробуждалась.
— Рэаган сообщил мне о твоём состоянии, — продолжил Арас. — И я решил приехать, чтобы как-то помочь тебе.
— А… она?.. — я осторожно кивнула на странную женщину.
— Похоже, Хэйда давно ушла в тень миров, — ответил Крост. — Едва ли она сможет кому-то помочь теперь. Ей больше нет дела до мирских тревог.
— Значит, — осторожно начала я, — провидица не увидела моего прошлого и… будущего?..
— Теперь она видит всё, — произнёс Рэаган. — Но в таком бесчисленном хаосе никто не в состоянии отличить одно от другого. Да и общаться в человеческом смысле этого слова Хэйда больше не в силах.
Я даже не знала, хорошие ли это новости или плохие. Наверное, лично для меня — хорошие. Провидица погрузилась в безвремнный транс. Она не могла поведать мою главную тайну. Однако для Араса и всего Эвигона это означало крушение ещё одной надежды.
— К сожалению, эта затея ни к чему не привела, — подтвердил мои выводы Арас. — Но ты хотя бы выжила и…
Он вздохнул, пристально посмотрел мне в глаза. Казалось, его взгляд источал какую-то немую просьбу.
— Но как я выжила? — вряд ли это было то, что хотел услышать правитель.
Тем не менее, он ответил:
— Сначала о тебе заботился Рэаган. Когда понял, что ничем не может помочь, он добрался до ближайшего селения и сумел отправить ко мне гонца с посланием, а затем вернулся к тебе и дожидался моего прибытия. Мне долго не удавалось вернуть тебя к жизни даже с помощью магии, но ты всё-таки выкарабкалась из небытия.
— Должно быть, что-то этому поспособствовало, — негромко заметил рэй Крост.
Я глянула на него и заметила в его глазах нечто такое, что говорило о двойном смысле его слов. Наместник будто бы что-то знал или догадывалась, или попросту хотел эмоционально надавить на меня. А может, мне и вовсе это лишь казалось… Возможно, рэй вообще не имел в виду ничего особенного?
  
— Сколько я спала? — спросила я, понимая, что времени наверняка утекло немало.
— Две недели, — огорошил меня главнокомандующий.
Две… недели… Значит, уже настала середина декабря. А до начала вахты Хранителя осталась половина месяца.
— А те твари… сноварги… Они… Они водятся в Мерклом лесу?