Солнце (ЛП)

Я перевела глаза обратно к мужчине-видящему и поймала себя на том, что тоже присматриваюсь к нему. Окинув его рост одним взглядом, я осознала, что он довольно высок. В нем было около 195–198 см роста, широкие плечи, рыжевато-каштановые волосы и мускулистая грудь. Украденные штаны, в которые он был одет, кое-как натянулись на мускулистых ногах и животе. Его тёмная кожа блестела от грязи и пота, но он обладал привлекательным лицом и мускулистым, хорошо сложенным телом.
— Почему на тебе нет такого? — спросила я. — Ошейника, имею в виду? Почему они вообще утруждаются и сажают видящих за решётку, если способны контролировать их мысли?
— Я носил такой ошейник, Святая Сестра, — сказал он, склонив голову.
Он снова нервно покосился на Стэнли, затем на меня.
— Человеческая женщина влюбилась в меня, Высокочтимый Мост, и снимала с меня ошейник, когда мы оказывались наедине. Мы с ней много месяцев были любовниками, но в итоге наш роман раскрыли. Как только я осквернил душу одного из людей Дракона, меня нельзя было оставлять в живых. Меня предписывалось убить огнём.
Я нахмурилась ещё сильнее, затем озвучила свои мысли на этот счет.
Холо, стоявший по другую сторону от меня, фыркнул в знак согласия.
— А женщина? — спросил Стэнли. — Что стало с ней?
Хограс повернул голову, посмотрев Стэнли в глаза.
— Они также сожгли её заживо. На моих глазах. На глазах её сестёр. А также её родителей.
Я поморщилась.
Несколько секунд мы все просто молча стояли там.
Затем я кивком головы указала на клетки.
— Мы можем освободить их?
Поколебавшись, мужчина-видящий посмотрел на видящих в клетках.
— Да.
— Это безопасно для нас? — уточнил Холо. — Там нет никаких ловушек или взрывчатки? Если мы срежем ошейники, это не убьёт самих видящих?
Очередная пауза, затем видящий медленно покачал головой.
— Нет.
— Тогда что? — нетерпеливо спросила я. — Ты что-то недоговариваешь. В чём дело?
Странные, похожие на тёмный шоколад с апельсином, глаза видящего посмотрели на меня.
— Просто… они могут быть сбиты с толку, Высокочтимая, — виновато сказал он. — В зависимости от того, как долго они носили это устройство, они могут быть не в себе. Я всё ещё иногда испытываю смятение, — он нервно облизнул губы, глядя на всех нас. — Они могут быть опасны для тебя, Святая Сестра. Я бы не спешил открывать их клетки, если ты решишь освободить их.
— Это вызывает зависимость? — спросила Касс. — Как вайры?
Я мрачно глянула на неё. Ничего не смогла с собой поделать.
Словно почувствовав мой взгляд, она покраснела, но не сводила взгляда с мужчины-видящего с оранжевыми ободками вокруг радужек. Хограс тоже посмотрел на неё. Как будто на мгновение задумавшись над вопросом, он медленно покачал головой, и его губы хмуро изогнулись.
— Нет, — сказал он. — Это не вызывает зависимости, Грозная. Но collare del sangue… он меняет тебя. Он перенаправляет что-то в твоём сознании.
Он легонько дотронулся до своего виска, посмотрев на меня.
— Это изменения того, как ты думаешь. Того, как ты объясняешь себе вещи и как переживаешь события. Это изменения в том, как ты воспринимаешь других видящих и их свет. Я не могу объяснить. Если они недавно надели ошейники, это не будет проблемой.
Глянув на Фиграна, который теперь стоял рядом с ним, он заметно вздрогнул и сделал полшага назад. Фигран даже не моргнул. Шагнув вперёд, чтобы сократить расстояние, он продолжал смотреть на Хограса каким-то далёким взглядом, точно рассматривал молекулы и атомы большого видящего.
Сглотнув, Хограс посмотрел обратно на меня.
— Если они долго носили ошейник, им потребуется какое-то время, чтобы адаптироваться, Высокочтимый Мост. Мне говорили, что некоторые так никогда и не оправляются. Эти colletti di sangue призваны перепрограммировать нас. Сделать нас… другими.
Я продолжала хмуриться. Честно говоря, моя слепота чертовски раздражала меня.
Я хотела видеть то, что видит он.
Более того, я хотела знать, как эти видящие в ошейниках воспринимают нас.
 
— Как опасность, — сказал Стэнли, отвечая на мой неозвученный вопрос. — Они воспринимают нас как опасность, Высокочтимая Сестра. вот почему он смотрит на нас так. Он нас боится, — в голосе Стэнли прозвучала лёгкая нотка презрения, и он нахмурился. — Он практически считает нас другим биологическим видом. Для него мы опасны и склонны убить его в любой момент. Людей он воспринимает как безопасных, как его правомерных хозяев. А нас он считает смертной угрозой.
Я посмотрела на видящего с оранжево-карими глазами.
— Это правда? — спросила я.
Высокий видящий слегка покраснел, но кивнул.
— Да. Это правда, Высокочтимая. Я сожалею, — он глянул на Стэнли, и теперь я видела, что он старательно старается ослабить бдительность, контролировать свой страх перед другим мужчиной. — Нас заставляют воспринимать вас как своего рода демонов. Как дикарей, — он посмотрел на меня. — Как угрозу.
В моём свете вспыхнула злость.
Прикусив губу, я посмотрела на видящих в клетках.
Теперь я видела их страх.
То отсутствующее выражение никуда не делось, но я видела напряжение в их телах и то, как они сбились вместе в центре клетки, словно для защиты. В то же время я знала, что Хограс наверняка прав. Если они боялись нас, то могли попытаться убить, чтобы защитить себя.
Я знала, что они мало что смогут сделать против нашего с Касс телекинеза, но я не хотела, чтобы нам пришлось их убивать.
— У нас есть режущий инструмент? — спросила я, не сводя взгляда с их лиц.
Краем глаза я заметила, как Стэнли кивнул.
— Да, Высокочтимый Мост.
Я кивнула.
— Ладно. Мы их всех освободим. Посмотрим, с чем мы будем иметь дело после этого, — слегка поморщившись, я кивнула в сторону Атвара, Калаши и Джусефа. — Мы хотя бы знаем, что они недолго носили ошейники. Что касается остальных, мы можем лишь надеяться на лучшее.
Стэнли кивнул.
Запустив руку в карман жилета, он достал светло-зелёный инструмент из органического металла. Я смотрела, как органика трансформируется под его пальцами после того, как он, должно быть, послал ей команду своим светом. Через несколько секунд она превратилась в режущий инструмент с притупленной носовой частью.
Как только это произошло, Стэнли шагнул к решёткам клетки, сжимая рукоятки кусачек.
Все видящие внутри сделали шаг назад.
Наблюдая, как они шарахаются от нас, смотрят на наши лица, вжимаясь спинами и боками в дальнюю стену, я вздохнула. У нас не было на это времени.
Выбрав случайного видящего, я схватила его телекинезом и грубо подтащила к решёткам клетки. Когда он забился и завопил, я впечатала его в железные решётки, прижав ноги и руки к телу
Все остальные по нашу сторону решёток сделали шаг назад.
Все, кроме меня и Касс.
Обездвижив видящего, втиснув его голову и шею в пространство между двумя органическими прутьями, я посмотрела на Стэнли.
— Давай, брат, — сказала я. — Режь.
Глава 39. Апокалипсис
Ватикан горел, и его облака затмевали небо среди бела дня.
Глядя на клубящийся чёрный дым, поднимавшийся вверх и пронизанный золотистыми и оранжевыми отсветами всё ещё бушующих пожаров, я невольно не могла отвести глаз. В моём нутре поднималась тошнота, когда я думала о предметах искусства, находившихся в тех стенах.
От этой мысли мне становилось плохо и грустно.
Я знала, что это место, как и многие другие в мире, обладало смешанной историей, и ощутимая её часть была вовсе не хорошей. Я могла оправдывать это миллионом разных способов, но правда в том, что за этими стенами горела история. История единственной известной мне цивилизации клубами поднималась в небо и заслоняла солнце завесой из тёмных частичек горящего пепла.
Апокалипсис действительно наступил.
Реальность этого факта накрыла меня, возможно, впервые.