Солнце (ЛП)

Я пыталась связаться с Данте и Виком через гарнитуру, чтобы подтвердить их личности, но в итоге мы всех, кроме одного, убедили пойти с нами, сказав, что, скорее всего, случится с Римом в ближайшем будущем.
Некоторые спросили, можем ли мы забрать их семьи, и в тот момент я не могла заставить себя возразить, так что ответила согласием.
Мне оставалось надеяться, что Ревик и Балидор согласятся.
Ну, это при условии, что после того, что Ревик сделал с Ватиканом, за нами не погонится вся армия Миферов.
Ревик прислал мне координаты встречи вскоре после того, как мы добрались до арены и пошли по песку к клетке под императорской ложей. Я невольно замечала следы ног и лап на песке, а также пропитавшиеся кровью участки там, где падал какой-то незадачливый участник состязаний.
К тому моменту, когда мы добрались до клеток, Фигран гладил львов и мурлыкал им, почесывал их подбородки и приглаживал их гривы. Я невольно усмехнулась, наблюдая, как самец-лев любовно трётся своей огромной головой о живот Фиграна и издает раскатистые звуки, которые, видимо, были львиной версией мурлыканья.
Я оставила Касс разбираться с этим.
Она стояла на страже с Фиграном, следя, чтобы он не освобождал львов, и высматривая флаеры, которые могли направляться в нашу сторону.
Буквально через несколько минут мы все направились вниз через дверь-люк. Касс снова пошла первой, учитывая мою слепоту, и все Списочники последовали за ней. Я заставила Фиграна шагать передо мной, а после меня шёл только Холо. Мои телекинетические структуры были наполнены светом.
Холо схватил органический люк и уже собирался его закрыть, но тут Фигран схватил меня за руку и заверещал. Я нахмурилась, глянув на него, и он показал мимо моего лица.
— Сестра! Львы!
Я нахмурилась ещё сильнее.
— А что с ними? Они в порядке, Фиг.
— Нет! Нет! Они не в порядке! Сестра! Ты не можешь оставить их так! Не можешь!
Осознав, что он прав, я подавила вздох.
В его словах был смысл. Посмотрев на их пыльные коричневатые шкуры, я видела очертания рёбер и тазовых костей, на которых висела одна кожа. Может, нескольких Миферов стоило бросить сюда за то, что они морили голодом животных, которых использовали для своего чёртова развлечения.
И всё же мне не нравилась работа палача.
— Сестра! — заскулил Фигран. — Пожалуйста! Пожалуйста!
Приняв решение, я бросила на него быстрый взгляд, затем кивнула.
Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы разорвать звенья цепей.
Всё то время, что я занималась этим, Фигран стискивал мою руку и бдительно следил, чтобы я ничего не пропустила. Когда я закончила, он заулыбался во все тридцать два, похлопывая меня по руке. Как только они все оказались на свободе, он поцеловал мою ладонь, сам издавая урчащие звуки. Судя по лёгкому размытию его радужек, он даже тогда мог общаться со львами.
Я позволила ему посмотреть до того момента, когда львы осознали свою свободу и начали рычать, трясти гривами и расходиться от клетки.
Некоторые побежали, совершая длинные размашистые скачки и наверняка направляясь к выходам.
Я надеялась, что они выберутся.
Затем Холо потянул меня за другую руку, торопя спуститься по крутой лестнице.
Как только мы вернулись в туннель, я услышала, что Касс и Стэнли зовут нас снизу, спрашивая, почему мы так долго возимся.
Бросив последний взгляд на убегавших львов, мы с Фиграном скрылись с залитой солнцем арены, и Холо со звучным стуком захлопнул за нами люк.
Подземные туннели, освещённые органическими факелами, представляли собой нервирующую комбинацию современного и древнего, как и большинство того, что мы видели в Колизее. Животные рычали и бросались на нас из клеток — большинство из них было крупными дикими кошками, хотя мы также видели клетку с волками, с медведями, и даже аквариум и клетку с аллигаторами.
Я гадала, не забрали ли они их из какого-то итальянского зоопарка.
Я вырубила нескольких смотрителей и охранников, тогда как Касс сосредоточилась на средствах наблюдения и вторичных мерах безопасности вроде ОБЭ и других полей.
 
Мы добирались до конца похожих на лабиринт туннелей, и я видела впереди лифт со стальными дверьми… и тут мы прошли мимо последней клетки, полностью построенной из органических и полуорганических металлов.
Она была заполнена видящими.
Я остановилась как вкопанная, уставившись на них.
Холо, Касс и Фигран остановились вместе со мной, всматриваясь в те же лица.
Все видящие в клетках носили те кровавые ошейники. Они смотрели на нас из-за решёток, их лица и глаза оставались пустыми.
Затем я увидела знакомое лицо в толпе, ближе к задней стенке. Мгновение спустя я увидела возле него ещё двух знакомых и резко вдохнула.
— Атвар, — я посмотрела на видящего рядом с ним, тоже в кровавом ошейнике. — Джусеф. Калаши. Gaos d’lanlente…
Всё ещё глядя на них и пытаясь осмыслить, как они могут быть здесь после всего того, что мы видели под землёй в тех пещерах… я внезапно осознала.
Я не видела, как они упали. Я не видела, чтобы Атвара, Джусефа или Калаши подстрелили. Я не видела, чтобы они кричали, горели или поднимали на нас оружие.
Они просто исчезли, когда пало Барьерное поле.
Практически как Балидор исчез с арены несколько минут назад.
Выругавшись, я подошла к органической клетке.
Эти трое смотрели на меня точно так же, как и остальные видящие в клетке. Лица Атвара, Калаши и Джусефа были такими же пустыми и неморгающими, как и остальные. В их глазах или выражениях лиц не было никакого признака того, что они знакомы со мной или как-то узнали меня.
Я не могла оставить их здесь. Это не обсуждалось.
В то же время я не имела ни малейшего понятия о том, что именно делали эти ошейники, и могли ли мы безопасно снять их, не убив видящих, на которых они надеты, или нас самих. У нас было мало времени, и мы не могли позволить себе бороться с ними, если они станут сопротивляться или нападут на нас, как только мы откроем дверцы клетки.
Я обернулась через плечо, посмотрев на толпу Списочников и других людей и видящих.
— Вы все, — сказала я наконец, заговорив на прекси. — Что вам известно про эти ошейники?
Темноглазый видящий с оранжевыми кольцами вокруг радужек шагнул вперед, кивнув мне, затем бросив более настороженный взгляд на Касс и Стэнли.
Затем он посмотрел обратно на меня.
— Высокочтимая Сестра… это colletti di sangue.
— Ошейники крови, — пробормотала Касс рядом со мной.
Я нахмурилась, глянув на неё, затем обратно на видящего со странными глазами.
— Как тебя зовут?
— Хограс, Высокочтимая Сестра.
Я кивнула в сторону клетки и ошейников.
— Что делают ошейники? Они отличаются от обычных ошейников сдерживания видящих. Мы видели, что с ними видящие могут пользоваться своими навыками. Мы видели, как они строили щиты, читали других…
— Да, Высокочтимый Мост, — подтвердил Хограс. — Это не столько ошейники сдерживания видящих, сколько ошейники контроля мыслей, — увидев что-то на моём лице, он нахмурился, словно ему было неловко. Он глянул на Касс, затем на Стэнли, затем на Фиграна, затем опять на меня.
Я заметила, что теперь он явно нервничал.
— Монахи называют их colletti di penitenza, — объяснил он. — Ошейники греха… наказания. Они говорят, что это для нашего блага. За то, что родились нечистыми. Они делают наши мысли…
Он умолк, поколебавшись. Он нервно глянул на Стэнли, который тоже хмуро смотрел на него. Его глаза слегка расфокусировались, пока он сканировал странного видящего.
— …Чистыми, — неловко закончил Хограс. — Они делают наши мысли чистыми. Они делают так, чтобы мы могли думать только об Единственном Боге, о служении слугам Бога. Нам есть дело только до служения Дейфилиусу и его Священной Гвардии. До служения Смещению.
Вскинув бровь, я глянула на Касс, которая тоже нахмурилась.
Она скрестила руки на груди, пошире расставив ноги и глядя на крупного мужчину.