Хищник, который меня купил (СИ)

“Требовать?” 
“Да, Селена, так правильнее”. 
Обмен мыслями не занял и двух секунд. Но от внимания Алефа это не укрылось.
– Значит, могу пропустить рассказ о себе, – ухмыльнулся Алеф, позволяя своему аристократичному, но жёсткому лицу слегка расслабиться. – Это и удобно. И не очень, друзья мои…
– Что Союз от нас хочет? – прямо спросил Чезар, нетерпеливо щёлкнув кончиком алого хвоста. – Селена не станет…
  
Алеф показательно закатил глаза.
А затем улыбнулся мягче.
– Ваша раса, конечно, с акцентуацией на всех этих самцово-стадно-семейных делах. Это, пожалуй, ваша единственная слабость… без обид, Чезар, – оскалился атлантианец, – не беспокойся. Ничего вашей ячейке общества не сделается.
– Но ты здесь. И ты… на шиарийской земле. Но ты не шиариец. Без обид, Алеф. Ты ведёшь это дело, а значит, оно серьёзнее, чем можно было ожидать. А значит…
– А ты соображаешь быстрее остальных, – задумчиво хмыкнул Алеф, негромко постукивая тростью об пол в такт своим словам. Словно задавая гипнотизирующий ритм. И это, вопреки ожиданиям, не бесило, а даже слегка успокаивало, А затем он продолжил: – Может, небесполезно разделять шиарийских близнецов. Они сразу прогрессируют…
– Алеф!.. – чуть ли не зарычал Чезар.
Атлантианец тяжело вздохнул. Трость замерла в его руке. Алеф приложил свободную руку раскрытой ладонью к груди в коротком жесте навроде извинительного. Но я читала по тёмным глазам атлантианца — он сказал ровно то что думает, в этой хлёсткой, слегка бестактной, но чем-то привлекательной манере. И просто решил не развивать тему, чтобы не бесить Чезара.
– К делу, друзья мои, – Алеф выудил из внутреннего кармана формы служебный планшет и положил на стол, вызывая сложную сетку проекций над ним. – Первое. Селена…
– Да?
– Вы слились пси-полями с Чезаром. Так?
“Отвечай ему честно, любовь моя” 
– Так, виан… слились, – я подобралась, но хвост Чезара успокаивающе обвил мою ногу, и я села в кресле более расслабленно.
– …И получили всю засекреченную информацию, которой Чезар владел по долгу службы… Это довольно серьёзно, виана.
— Придётся подписать документик о неразглашении…и не один, — добавил атлантианец.
– Конечно-конечно, – с готовностью закивала я, нервно перехватывая пальцами свою золотистую косу, уже не такую аккуратную, как была с утра.
Чезар коротко приобнял меня за плечо. А затем отпустил, но оставил руку лежать на спинке моего стула позади меня. Отлично. Так – мне было намного легче.
– Ну и замечательно, – формально улыбнулся Алеф, – с этим выяснили. Второй вопрос. Вам надо взглянуть на несколько фигурантов по вашему делу. Бывших сотрудников Гуаньской тюрьмы…
Хвост Чезара сжал мою щиколотку чуть сильнее. Всё в порядке, хвостик…
– … и главное – на некоего… Филипа Вэста. В протоколах числился вашим прежним официальным женихом. А также именно его именем подписан донос на вас Гуаньским властям, с указанием, в какой день, час и где именно вы попытаетесь пересечь государственную границу Гуань. Ваши особые приметы и соображение этого… кхм… юноши о ваших возможностях, которые могут понадобиться группе захвата при вашем задержании. Рекомендации о превентивных ударах…
Моё задержание. 
Тогда мне “случайно” ну или “в профилактических целях” – сломали два ребра и ключицу. А ведь я даже не сопротивлялась. Так была напугана и подавлена…
Я думала, будет больно вспомнить, но оказалось – пусто и как-то слегка досадно. Я досадовала на себя, что проглядела, каким гнилым человеком оказался мой “жених”. А ведь он обещал помочь мне бежать из Гуаньской империи. А оказывается… тот донос он сам и написал. Что ж… я не удивлена.
Алеф внимательно посмотрел на меня своими глубокими, почти чёрными глазами.
– Мне действительно жаль, виана Селена, – вдруг серьёзно и проникновенно сказал дознаватель, – и я рад, что вы эту ситуацию… кхм… отпустили.
Я благодарно кивнула, сплетая свои пальцы с пальцами Чезара под столом.
Алеф ввёл какую-то команду в зависших над столом голограммах-проекциях его планшета, и стена комнаты вдруг стала прозрачной! – словно нас от соседнего помещения отделяет не непробиваемая стена металла, пронизанная силовыми линиями, а обычное стекло.
Я вздрогнула.
Это он. 
Филип сидел на аккуратно застеленной казённой кровати. Нога на ногу, руки скрещены на груди. С лицом словно ему все должны.
“Не могу проводить тебя, крошка, – улыбался он мне тогда, а выражение глаз было такое же холодное и заносчивое. У меня экзамен, Селена. А ты поезжай, вот твой билет…” 
– Он нас не видит и не слышит, – пояснил Алеф, хотя я уже и догадалась об этом сама, – и Селена, без ваших показаний и его признания нам придётся дать ему условный срок. Увы. Но если мы получим сведения, доказывающие, что шесть невест Филипа Веста попали в гуаньскую тюрьму не по трагическому совпадению…
Я сглотнула. Ещё пять девушек?!
– Они живы? – я заглянула в глаза атлантианцу.
– … живы, – уклончиво ответил он. И закрылся от меня. Атлантианская раса тоже была сильными менталистами-псиониками. Но я и без пси-сил знала: если девочки живые, может, они перенесли такое, что предпочли бы умереть.
– Они уже прошли полное физическое восстановление тел, – сдался Алеф, поняв, что я не отведу взгляд. – И скоро под наблюдением лучших псиоников Союза – пройдут избирательное выжигание воспоминаний. Во избежание у девушек… срывов.
У меня набежали слёзы. 
Не из-за своей тяжёлой судьбы.
Мне повезло. Ведь меня спас мой Чезар.
А их… никто не спас.
“Их тоже спасли, Селена…” – мягко обхватил меня Чезар тёплой волной на уровне пси.
А я посмотрела на Филипа через непроницаемую стеклянную стену камеры.
И меня обуяла холодная чёрная ярость: я обязана посадить Филипа! Далеко и надолго! За каждую из тех девушек… и, наверно, за многих других.
– Нам будет достаточно получить его разрешение, – вкрадчиво произнёс Алеф вслух, – на чтение его памяти. Пусть просто скажет это вслух. И мы получим данные его заказчиков. Имена жертв. Но сейчас его документация безупречна. И он человек. Руководство требует веский повод… Увы, мы не можем прибегать ни к каким старомодным методам убеждения дачи показаний… Мы же не гуаньцы. Хотя в данном случае… стоило бы.
Я снова посмотрела в глаза дознавателя и поняла: он знает.
Мы с Чезаром не прописывали ни в каких документах, как мы совместными усилиями умеем пользоваться силой моего обратного пси-лечения. И атлантианец просит меня применить мои силы к Филипу. Ведь мои возможности пока нигде не оценены и не зафиксированы. Да это и невозможно оценить без спецприборов, типа массивной эф-дуги, напоминающий томограф на полкомнаты…
Я улыбнулась уголками губ: что-то я не наблюдаю здесь эф-дуги.
А значит, я смогу… “надавить” на Филипа своей новой силой. И никто не поймает меня за руку. Так вот что нужно от нас Союзу!
– Я поговорю с ним, виан-дознаватель, – улыбнулась я атланитанцу чуть смелее.
– Вот и ладненько, – расцвёл Алеф. – А ваш будущий супруг, виана, пока поговорит с другим подследственным. Бывшим начальником гуаньской тюрьмы, например. Здесь мы более свободны в выборе методов… Да и датчики слежения в его камере через раз включаются… Какие-то перепады энергии, – беспечно протянул дознаватель.
– Я готов поговорить с вианом-тюремщиком, – хищно оскалился Чезар, – у нас с ним как раз остались незакрытые вопросы.
***
Алеф меня предупредил, что камера Филипа оснащена датчиками слежения. И объяснил, где найти индикаторы, чтобы убедиться, что ведётся запись. И я была готова.
Казённая кровать, стол, два стула, вмурованные в пол. Вот и вся обстановка. Рай, по сравнению с условиями, в которых я выживала в Гуань.
– Селена?! – Филип вскочил со своей ровно застеленной койки, и его лицо сделалось из надменного растерянным. Он нервно взъерошил свои короткие светлые волосы. Голубые глаза встревоженно забегали. – Как ты?.. Я думал… кхм… что ты давно дома.