Капитан повесился! Предполагаемый наследник
Поезд подъехал к платформе вокзала в Хайлеме, и инспектор начал гадать, каким будет коллега, что будет встречать его и вряд ли с распростертыми объятиями. Опыт общения с провинциальной полицией подсказывал, что он неминуемо столкнется с проявлениями глупости, ослиным упрямством и даже с попытками чинить препятствия. Но Лотт, полагаясь на свой острый ум, твердо верил, что уж он-то со всем справится. Стоявший возле машины суперинтендант, плотный, невысокого роста, являл собой прекрасный образчик именно такого типа человека, что Лотт предполагал увидеть. Он подошел к полицейскому и приподнял шляпу:
– Я детектив-инспектор Лотт из Нового Скотленд-Ярда, сэр. Наверное, вы меня ждете?
Даули оглядел его с нескрываемым интересом.
– Рад познакомиться. Я суперинтендант Даули. – Он протянул руку, и Лотт вяло пожал ее.
– С нетерпением ждал возможности познакомиться с вашим прекрасным городом, сэр.
Даули взглянул с удивлением – Хайлем был далеко не самым привлекательным городом в центральных графствах.
– Что ж, садитесь, – сказал он и распахнул дверцу. – Отправимся сразу в участок.
Ехать было недалеко, и Даули даже не пытался посвятить инспектора в детали расследования во время короткой поездки. Но, оказавшись у себя в кабинете, он времени даром тратить не стал, и Лотт был вынужден признать, что этот местный служака умеет излагать суть дела. Он внимательно слушал Даули и, когда тот замолчал, спросил:
– Есть ли какие-нибудь трудности, о которых мне следовало бы знать, суперинтендант? Хотелось бы понять, почему пришлось привлечь к расследованию нас.
Даули опустил голову.
– То была идея старшего констебля, – признался он. – Лично у меня никаких особых трудностей пока нет.
– У вас возникло подозрение, что это убийство, а не самоубийство?
Даули потер подбородок:
– Не то чтобы подозрение… Но есть пара моментов, указывающие именно на убийство. Не запертое изнутри окно, например, отметина на карнизе.
– На карнизе? Какая отметина? Вы об этом не упомянули, мистер Даули.
– Да, наверное, не упомянул. Так вот, дело было так. Я велел приставить лестницу, хотел посмотреть, нет ли на карнизе отпечатков пальцев в том месте, где через него был перекинут шнур. Отпечатков полно, но все они были покрыты пылью, и когда мы попытались снять их, ничего не получилось. Однако осталась отметина в том месте, где шнур стер полировку с карниза. И это показалось мне странным.
– Вы считаете странным то, что шнур терся о карниз?
– Да. Один конец шнура был привязан к батарее отопления, а другой завязан в петлю, которая обвивала шею. Толчком ноги Стеррон отбросил стул – так мы поначалу подумали, – и петля затянулась, задушив его. Шнур не оборвался, не терся о карниз. А потому не было причины для появления этого следа на лакированной поверхности.
– Вы хотите сказать, что тело было подвешено на шнуре, перекинутом через карниз, и петля затянулась уже после?
– Да. Я полагаю, что кто-то придерживал тело одной рукой, а другой просовывал голову в петлю. Этого было достаточно, чтобы вызвать трение, а шнур не оборвался, не лопнул от веса жертвы. Теперь, после всего, что случилось, говорить, конечно, легко, но мне следовало бы обратить на это внимание с самого начала.
Лотта настолько заинтересовали эти соображения, что он даже забыл съязвить в адрес суперинтенданта.
– Большинство сыщиков просто не обратили бы на это внимания, сэр, – заметил он, и в голосе его послышалось восхищение.
– Вы найдете еще немало вещей, которые я упустил из виду, – с присущей ему скромностью произнес Даули.
– Разумеется, я постараюсь, – усмехнулся Лотт. – А теперь скажите мне вот что, сэр. Раз вы уверены, что это убийство, кто, по-вашему, мог его совершить?
Даули немного помолчал, а потом решился:
– Есть два человека, у которых имелись веские причины сделать это. Один проживает в доме, другой – неподалеку отсюда.
– Кто они такие?
– Первый – брат. Он наследник всего имущества – так, по крайней мере, мне сказали, официального подтверждения тому пока нет. Он был в доме и в кабинет тоже заходил незадолго до происшествия.
– А второй?
– Мужчина, который ухлестывал за женой покойного, вдовой. Вот вам и мотив – теперь он сможет ее заполучить.
– А его в доме не было в тот момент?
– Нет. Но он заходил днем. К тому же живет всего в нескольких милях отсюда. Сэр Карл Веннинг. Занимает должность главного шерифа. – Неожиданно Даули рассмеялся. – Да, кстати, возможно, именно поэтому вы здесь. Наш начальник просто испугался, решив, что не следует втягивать местную полицию в распри с главным шерифом. Сказал, что это было бы грубой ошибкой и мы бы имели дурацкий вид.
Глаза Лотта казались неестественно большими за стеклами пенсне.
– Понимаю, – кивнул он. – То есть это я должен совершить грубую ошибку и иметь дурацкий вид. Вот уж не думал, что могу считаться послушным орудием в чужих руках.
– Ничего не поделаешь. Мы позвонили в Скотленд-Ярд, и они прислали вас.
Лотт сообразил, что ради разнообразия местная полиция сможет вдоволь посмеяться и поиздеваться над ним.
– Придется мне действовать аккуратнее, – пробормотал он.
Еще некоторое время полицейские обсуждали расследование. Даули показал инспектору Лотту примечания Герберта Стеррона к завещанию, а также справочник, испещренный красными чернилами, и сыщики пришли к выводу, что все это многообещающие зацепки. Лотт взял на себя деликатное задание пообщаться с главным шерифом, а Даули решил еще раз поговорить с Джеральдом Стерроном. Однако суперинтендант полагал, что для расспросов время уже позднее, а инспектор Лотт был убежден: надо ковать железо, пока горячо. Он рассчитывал на то, что во время ужина сэр Карл Веннинг выпьет вина, язык у него развяжется, и он потеряет бдительность. Лотт взял машину и отправился к дому баронета.
Поместье Хай-Оукс, семейное гнездо Веннингов, было не таким большим, как Феррис-Корт. Построили его во времена правления короля Георга IV, ранее о существовании клана Веннингов никто и не слышал. С тех пор поместье три раза переходило от отца к сыну и представляло собой уютный, хорошо обставленный дом. Дверь отворил мужчина со строгим лицом – сразу и не поймешь, дворецкий или просто слуга.
– Сэр Карл Веннинг дома? – спросил Лотт с обворожительной улыбкой.
Но улыбка не помогла растопить лед – возможно, сердце мужчины было сделано из более прочного материала. Он внимательно оглядел незваного гостя с головы до ног, решил, что он какой-то мелкий клерк, и холодно сообщил:
– Сэр Карл Веннинг дома, но в такое позднее время никого не принимает.
– Он один?
– Не имеет значения.
– Полагаю, все же имеет. Просто не хотел беспокоить его, если он действительно занят. Может, вы передадите ему, что инспектор Лотт из Скотленд-Ярда был бы рад, если бы он уделил ему несколько минут для разговора.
Физиономия у мужчины вытянулась. Лотт с трудом сдержал смех при виде этой перемены.
– Разумеется, сэр! Будьте так добры, пройдите в холл. Я немедленно доложу сэру Карлу о вашем приходе.
В свое время этот человек успел побывать в переделках, подумал Лотт, когда слуга быстро исчез в глубине дома. Через минуту он вернулся и, попросив инспектора следовать за ним, провел его в уютно обставленную гостиную, где в камине ярко пылал огонь. Сэр Карл Веннинг стоял спиной к огню и пытался раскурить толстую сигару. Вспыхнуло пламя спички, озарив лицо, и Лотт разглядел выразительные черты, которые несколько дней назад так заинтриговали сэра Джеймса Хэмстеда.
– Добрый вечер, инспектор, – сказал сэр Карл и взмахом сигары указал на кресло рядом с камином. – Надеюсь, вам будет не слишком жарко. Сам я настолько привык к тропическому климату, что здешние летние вечера кажутся мне прохладными. Желаете сигару?
– Благодарю, сэр, я не курю, – солгал Лотт.
– Тогда, может, выпьем?
– Нет, спасибо, сэр. Я только поужинал.
– Я тоже. Надеюсь, вы не испортите мне пищеварения. Ну, что я натворил? Превысил скорость или что-то еще?