Протокол: Новый Архимаг 2.0 (СИ)

У операторов, Морозовой и Соколова после моих слов глаза на лоб полезли. Я ходил по самому краю…
Граф хмыкнул:
— Ваше чувство юмора в сложной ситуации похвально. Редкое качество в наши дни.
— Привычка. Развивается в процессе выживания в Нижних кварталах.
— Не сомневаюсь, — он поднес сканер к моей спине, — Хотя должен заметить, что чувство юмора редко спасает, когда дело касается… серьезных вещей.
  
Сканер издал тихий сигнал, и граф Страхов начал медленно водить им вдоль моего позвоночника.
— Интересно, — пробормотал он, — Очень интересно.
Я затаил дыхание. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
«Алиса, что происходит?» — мысленно спросил я.
«Диск активировался», — ответила она, — «Я чувствую странное излучение, но оно не враждебное. Скорее… защитное? Оно создает что-то вроде маскирующего поля».
Граф Страхов нахмурился, глядя на показания сканера:
— Странно. Устройство показывает… что все в порядке. Хотя от стандартного сканера был явный сигнал аномалии… — он постучал пальцем по корпусу устройства, словно проверяя, работает ли он.
— На самом деле все логично, — вмешался Соколов, — Как я и говорил, стандартный сканер нуждается в калибровке. А ваша более современная модель, граф, показывает правильную картину.
— Всё может быть… — граф продолжал разглядывать показатели.
— Может, это намёк, граф? — я улыбнулся, — Что пора бы уже отстать от честного студента? И направить кипучую энергию на поиск реального преступника.
Граф бросил на меня острый взгляд:
— Возможно, юноша. Но проверку мы доведем до конца, — он снова поднес сканер к моей спине, на этот раз непосредственно к тому месту, где был прикреплен диск.
Сканер внезапно издал серию пронзительных сигналов, а затем… погас.
Граф Страхов в недоумении уставился на устройство:
— Что за чертовщина?
— Похоже, последствия моей «банальной» травмы оказались для него слишком… небанальными, — не удержался я от улыбки, — Такое бывает со сложными системами, когда реальность оказывается чуть сложнее инструкций.
Граф холодно усмехнулся:
— Вы поразительно самоуверенны для своего положения, молодой человек. Это… освежает.
Он передал сканер одному из своих телохранителей и жестом приказал ему проверить устройство.
— Знаете, — продолжил граф, глядя мне прямо в глаза, — я смотрел запись вашей дуэли с баронетом. Впечатляющее выступление для простолюдина.
— Всего лишь умение использовать то, что под рукой, граф, — я пожал плечами, — И некоторая невнимательность со стороны противника. Знаете, как бывает: пока один любуется своим гербом, другой уже подножку ставит. Недооценка — штука коварная.
— Любопытная философия, — граф медленно кивнул, — Мой сын, боюсь, стал наглядной иллюстрацией вашей теории. Но учтите, молодой человек, когда ставки возрастают, одного лишь эффекта неожиданности может оказаться недостаточно.
Наши взгляды скрестились, и на мгновение показалось, что в комнате остались только мы двое — остальные превратились лишь в размытые силуэты.
  
Глава 18
 
Добро пожаловать!
 
Сканер графа Страхова так и не подал признаков жизни, сколько бы его помощники не пытались его реанимировать. Один из них даже прибегнул к классическому методу «выключить и включить снова», но в ответ устройство издало жалобный писк и окончательно испустило электронный дух.
— Любопытно, — пробормотал граф, разглядывая прибор с таким видом, будто тот предал его в самый ответственный момент, — Такого никогда прежде не случалось.
— Техника, граф, даже самая совершенная, иногда выходит из строя, — Соколов произнёс это с плохо скрываемым удовольствием, — Особенно когда её используют для… несвойственных задач.
Страхов бросил на него холодный взгляд:
— Что вы имеете в виду, профессор?
— Просто отмечаю, что сканеры LX-1200-A создавались для работы с древними артефактами, а не для проверки студентов с травмами позвоночника, — Соколов улыбнулся, поправляя очки, — Всё равно что использовать квантовый микроскоп для рассматривания мух.
— Или чешуи на змее, — едва слышно добавила Морозова, — Которая пытается тебя задушить…
Я улыбнулся краешком губ. Екатерина Васильевна как всегда немного на своей волне.
Помощник графа закрыл кейс с неработающим сканером:
— Господин граф, замену придётся ждать не менее трёх месяцев. Фабрика в северном секторе закрылась ещё в прошлом году.
Страхов поджал губы:
— Что ж… — он перевёл взгляд на меня, — Похоже, тебе повезло, юноша. На сегодня ты свободен.
Человек в сером наклеил на меня зелёную метку:
— Студент Ветров проверку прошёл. Следующий!
Как только мы втроём (я, Соколов и Морозова) оказались в коридоре, профессор схватил меня за локоть и потащил прочь.
— Давайте не медлить, — пробормотал он, — Нужно кое-что обсудить. В более приватной обстановке.
— Надо же, вы способны на рациональные решения, Савелий Аркадьевич, — протянула Морозова ледяным тоном, следуя за нами, — Чудеса случаются.
— Не начинайте, Екатерина Васильевна, — огрызнулся Соколов, — Ценю вашу помощь, но не комментарии о моих умственных способностях.
Я удивленно посмотрел сначала на одного, потом на другого. Чего это на них нашло?
Через десять минут мы уже были в лаборатории Соколова. Профессор немедленно запер дверь на три замка, задернул шторы, выключил свет и активировал какое-то странное устройство, напоминающее пульверизатор. Оно начало распылять в воздухе мерцающую субстанцию.
— Теперь нас не подслушают, — объявил Соколов, — Полная защита от любых устройств слежения.
— За исключением элементарных чар воздушного уха, — Морозова закатила глаза.
— Которые я, разумеется, тоже блокировал, — Соколов указал на крошечные руны, мерцающие по периметру комнаты, — В отличие от некоторых, я не полагаюсь только на одну линию защиты.
Морозова брезгливо поморщилась, но до ответа не снизошла. Она прошла к окну и застыла там, глядя на город, словно мраморная статуя, случайно попавшая на блошиный рынок. Соколов же принялся перекладывать какие-то колбы и пробирки, создавая ещё больше беспорядка.
Я плюхнулся на единственный относительно чистый стул. Наблюдать за этими двумя было отдельным видом развлечения. Они явно знали друг друга давно, и воздух между ними искрил таким напряжением, что можно было подзаряжать коммуникаторы. Как два старых кота, которые делят одну территорию и постоянно шипят друг на друга, но при этом почему-то не могут разъехаться.
Соколов, мой добрый, хоть и эксцентричный наставник. И Морозова, моя личная Ночная Госпожа, с которой у нас были… крайне специфические отношения. Интересно, какая кошка пробежала между ними в прошлом? Или, может, целый тигр?
— Ну что, Савелий Аркадьевич, — Морозова повернулась от окна, скрестив руки на груди, — Каков ваш гениальный анализ ситуации? Надеюсь, он будет более вразумительным, чем ваши попытки убедить комиссию в погрешностях сканера. Выглядело жалко.
— Мои попытки, Екатерина Васильевна, — огрызнулся Соколов, едва не уронив колбу с пузырящейся фиолетовой жидкостью, — позволили нашему молодому человеку выйти оттуда с зелёной наклейкой, а не в компании людей с очень специфическими инструментами! В отличие от ваших… элегантных, но совершенно бесполезных манёвров у экрана.
— Мои «бесполезные манёвры», как вы изволили выразиться, отвлекли операторов в нужный момент! — Морозова сделала шаг вперёд, и её голос стал ещё холоднее, — А если бы вы не начали нести чушь про «левитирующих лягушек», возможно, всё прошло бы куда более гладко!
  
— Я хотя бы пытался говорить на их языке! — Соколов стукнул кулаком по столу, отчего несколько пробирок подпрыгнули, — А вы стояли там с видом Снежной Королевы на аудиенции у Деда Мороза!
— Эй, прекратите оба! — не выдержал я, — Вы сейчас похожи на моих родителей, когда они спорят, чья очередь мыть посуду. Мы вроде как одну проблему решаем, нет?